Мальчик нарасхват
Шрифт:
– Эй, это нечестно!
Весьма недобрые и выразительные взгляды я предпочел проигнорировать, как и предостерегающие одергивания Олега, продолжая возмущенно орать и переходить на личности.
Когда я, видимо, всех уже конкретно достал, кто-то не вытерпел и, ругнувшись, недовольно буркнул:
– Твою ж… Приткни его уже, а? – умоляющий взгляд на Олега. – Че он тут разорался, задрал, мелкий.
– Кто мелкий? Я?! – едва не задохнулся я от возмущения, но тут же получил крепкий подзатыльник от мрачного Олега.
– Ты можешь уже помолчать? – громким раздраженным полушепотом заткнул он меня
А я не мог. Наверное, меня действительно развезло от спиртного – я уже не отдавал отчета своим действиям. Неудивительно, что вскоре моя нетрезвая голова отхватила приличных нагоняев . Начиная с того момента, когда я обнаружил себя лежащим на полу, остальные события помню уже не так размыто, более отчетливо.
Вот я полулежу на полу, опираясь на локти, рукой машинально дотрагиваюсь до разбитой губы. Олег с красным лицом стоит впереди, хмурый, с грозно сжатыми кулаками. Раздались одобрительные возгласы.
– Правильно, правильно, врежь ему хорошенько! Давно пора, а то достал уже. Может, хоть теперь заткнется.
«Неужели Олег ударил?» - пронеслась в сознании удивленная и обиженная мысль. Сам же Олег, слегка покачиваясь, сумрачно меня оглядел и буркнул:
– Замолчал-таки, - с этими словами он опустился на стул.
Вспыхнув, я, как мне показалось, стремительно вскочил на ноги. Только хотел раскричаться, как тот самый лысый и плечистый парень тоже встал, проявляя полную готовность к бою. Сверкая глазами, он горячо проговорил, занося над головой кулак:
– Ну, теперь я…
– Эй, эй, эй! – вскочил со стула Олег, вставая межу мной и разъярившимся парнем.
– Че… А ну отойди, я тоже ему табло набить хочу!
– Нельзя! – упрямо качнул головой друг.
– Почему это? – опешил лысый, опуская руку. – Ты ж ему вмазал, а я че?
– Ну, - на мгновение растерялся Олег, а потом вдруг задиристо вскинул подбородок.
– А потому что он – мой!
– В смысле? – непонимающе донеслось со «зрительских» мест.
Я тоже рассеяно глядел на спину друга. Олег, цепко ухватив меня за запястье, потянул в сторону. Я, потеряв равновесие, снес что-то со стола – раздался звук разбитого стекла. А вцепившийся в меня парень, будто и не заметивший этого, что-то пробормотал себе под нос, прищурился и громко пояснил:
– В том смысле, что бить его могу только я!
Плечистый хотел было что-то недовольно возразить, но Олег перебил его:
– И не только бить, а вообще все! Все что хочу! Он – моя кукла! И вы, кстати, тоже!
– Эй, братан, - осторожно дотронулись до Олега спустя неловкую паузу, - это, конечно, классно, но ты явно лишнего хлебнул. Хватит тебе. Слышь, пацаны, ему больше не наливать!
Странно было это слышать, ведь Олег, по-моему, даже и не притрагивался к алкоголю. По крайней мере пьяным он не выглядел точно. Возможно, именно поэтому эти слова задели Олега, потому что он вдруг будто сорвался с цепи. Сильнее сжав мою руку, он сдвинул брови на переносице. Прищурившись, чуть слышно выдохнул:
– Не верите?
А в следующую секунду я оказался на полу. Вообще у меня имеется несколько версий, почему же я там оказался. Первая: я был мертвецки пьян и поэтому неудивительно, что и сам мог потерять равновесие и упасть. Вторая: меня ударили, поэтому
Но пока я сидел на полу и туго соображал, что случилось, Олег вдруг растянул губы в улыбке. Он развел руками.
– Ну как? Теперь видите? Я могу делать с ним все, что хочу!
– Эм, - неуверенно прозвучало спустя затянувшуюся паузу, - братан, мы, э, впечатлены, но паренек-то в сиську пьян. Конечно, он тебе отпор и не дает.
Кивок на меня. Я, кажется, уже догадался в чем дело и теперь осторожно ощупывал свой нос, позволяя потихоньку обиде и гневу закрасться в душу.
Сказать честно, следующее я плохо помню. Вернее, не помню совсем. Дыра в памяти. Вот я вроде бы сидел на полу и недоумевал - за что же получил?
– а спустя мгновение – бац! – и я уже лежу дома на кровати, а надо мной озабоченно склонена чья-то голова. Как оказалось потом, Славы. Чувствовал в тот день я себя паршивее некуда. Сначала в физическом плане – посмотревшись в зеркало, не поверил своим глазам – ну настолько красочно было расписано мое лицо. Жуть глядеть просто! А потом, когда мне удалось-таки вспомнить, что произошло, гадко стало и на душе.
– И вот после этого…
– Да! Да! И вот после этого я стал вот таким, какой сейчас есть!.. Не совсем после этого, там еще несколько инцидентов произошло, аналогичных этому. А потом, - буркнул я, - как ты уже мог понять, Олег, дабы поиграть на публику, принудил меня…
Видя, как округлились глаза Вадима и он что-то захотел сказать, я жестом попросил его не прерывать меня.
– Нет, меня не изнасиловали, а… ну… Короче, судя по реакции, ты понял, что мне пришлось сделать, - я посмотрел исподлобья на скривившегося мужчину.
– Так чего ж ты не вмазал ему хорошенько? – все же не удержался Вадим и потряс кулаком.
– Ну, - я отвел взгляд, ожидая этого вопроса, - не мог. Я… слаб.
– Слаб? – недоверчиво хмыкнул Вадим, критически оглядев меня. – Ну ладно, верю.
Быстро взглянув на подозрительную рожу, понял, что врать у Вадима получается плохо. По крайней мере хуже, чем у меня. Моей лжи хотя бы какое-то время верят, а вот у него все на лице написано. И думать не надо. Особенно сморщенный нос и глубокая складка между бровей говорят о многом.
Я вздохнул, но еще что-то доказывать не стал. Не верят – не надо, главное чтобы не допрашивали. Но, если честно, смотреть с укоризной только на Вадима было бы неправильно, потому что я и сам о многом умалчивал и много чего недоговаривал.
– Это все? – помолчав некоторое время, спросил Вадим.
– Ну… да, наверное, - кивнул я, старательно избегая взгляда мужчины.
Он, чему-то хмыкнув, воспрянул духом. Хлопнув себя по коленям, поднялся с корточек и внезапно подошел ко мне вплотную. Ойкнув, я отшатнулся. Вадим же, испытывая мои нервы на прочность, наклонился и вдруг выдохнул мне в лицо.