Мальчик нарасхват

Скромный эксплуататор

Я хмыкнул сквозь размышления. «Может быть». Хитрый какой. И все же, глубоко вздохнув, я сдался.

– Хорошо, я расскажу.

========== Глава 13 ==========

POV Артема.

Судорожно вздохнув, я все же собрался с мыслями. Мой рассказ обещал быть долгим и нудным. Я решил начать рассказывать практически с самого начала, чтобы и Вадиму, и мне самому все было предельно ясно.

С чего все началось?

Вернее, с кого. С Олега, разумеется.

Его я встретил несколько лет назад. Вернее, несколько лет назад начали укрепляться наши отношения, встретились мы куда раньше. Я довольно смутно помню наше знакомство, но тот день, с которого началась наша дружба, забыть невозможно.

Стояли с друзьями на улице. Человек было немного, три или четыре. Конец лета или начало осени. Помню, смертная скука едва не расплавляла наше существование. Чтобы хоть как-то взбодриться, кто-то предложил позвать Олега.

Тогда он еще не особо был популярен, но уже влился в компанию. Человек он веселый и неугомонный, не пройдет и пяти минут, чтобы он что-нибудь эдакое не придумал и не натворил. В общем, его присутствие должно было развеять нашу скуку.

Идея позвать Олега всем понравилась, мы переполошились. Ни для кого не было секретом, где он жил, но кто же его будет звать? Да, мы могли бы и позвонить Олегу, но на тот момент сотового у него почему-то не было.

Сначала мы с пацанами перепирались, потом сыграли в «камень-ножницы-бумага». Обычная детская забава, думаю, все в нее когда-нибудь играли. В итоге, я продул.

Поднимаясь на пятый этаж, я, конечно, злился своему проигрышу, но не пойти не мог. Стучался долго и настойчиво, мне никто не открывал. В голове промелькнула мысль, что в квартире никого нет, и только я повернулся, чтобы уйти, как дверь все же открылась.

Я увидел Таню, старшую сестру Олега. Если и сейчас, находясь с этой девушкой наедине, мне становится не по себе, то в то время я ее вообще побаивался и старался избегать. Сглотнув, все же выдавил из себя, что пришел за Олегом.

Таня молча отступила в сторону, давая понять, что звать она никого не собирается. Мол, сам иди и зови, раз надо. Когда я разулся, сестра Олега тихо пробормотала:

– Он не выходит.

С удивлением подняв голову, увидел, что отрешенное всегда лицо вдруг болезненно скривилось. Это был единственный раз, когда я увидел живую эмоцию на лице Тани. С замешательством спросил:

– Почему?

Мне не ответили, девушка уже ушла. В тот день я в первый раз оказался в квартире Олега один, без друзей. Немного взволнованно оглядываясь, нашел закрытую дверь в комнату Олега. Постучался. Немного поколебавшись, потому что мне никто не открывал, заглянул в комнату сам.

Наверное, то, что я увидел, навсегда сохранится в моей памяти, до самой смерти. Оголенная худая спина, плечи мелко подрагивают, голова низко опущена. Олег повернулся лицом ко мне, услышав скрип двери. Красные мокрые глаза, линия губ изломлена, опухший нос приобрел малиновый оттенок.

Увидев чужие слезы, я растерялся и даже несколько испугался, не имея понятия,

что делать в таких ситуациях. Да и тем более от Олега я такого не ожидал. Во-первых, он был парнем, а во-вторых, мне всегда казалось, что жизнерадостные и вечно улыбающиеся люди не могут так выглядеть.

Сердце мое застучало быстро, я почувствовал в ногах привычную слабость, как когда обычно сильно волновался. Изумленно глядя на несколько удивленное заплаканное лицо Олега, осипшим голосом ляпнул:

– Т-ты чего? Что-то случилось?

На что парень вяло замотал головой. Я услышал тихое «уйди», но заставить себя сделать хоть шаг почему-то не мог. Некоторое время нелепо мялся у двери, чуть ли не прилипнув к ней, а Олег все сидел на полу, возле кровати, спиной ко мне и старательно тер свои глаза. Пересилив себя, я все же неуверенно подошел. Подрагивающей рукой потянулся к сутулой спине, желая хлопнуть по плечу, чтобы утешить, но дотронуться до Олега так и не смог, замерев в нескольких сантиметрах от него. Неловко присев на корточки и слушая икоту, заплетающимся языком снова спросил:

– Ну ты чего? Может, скажешь?

Олег упрямо отвернулся. Мне было одновременно и любопытно, и неудобно, и боязно. Все же начал настаивать:

– Скажи!

– Нет.

– Ну скажи, пожалуйста! Обещаю, никому не расскажу, честное слово… Олег? Скажи?

Судорожный вздох. Чувствуется, что парень колеблется, решает, рассказывать ему или нет. Наверное, тяжесть случившегося все же перевешивает, потому что Олег резко оборачивается. Оказавшись близко, я вздрогнул, но решил не отодвигаться. В глазах напротив больше не было слез, но в них плескалось непонятное мне чувство. Едва взглянув в них, сердце сжалось, грудь сдавило, стало тяжело. Сдавленным голосом Олег недоверчиво, но с проскальзывающей надеждой спросил:

– Точно никому не расскажешь?

– Точно, - уверенно кивнул.

Глубоко вдохнув и выдохнув, парень, вроде бы уже успокоившийся, снова дрожащим голосом прошептал:

– У меня папа умер.

Сердце забилось еще быстрее, анализируя чужую беду. Видя, что плечи знакомого снова начинают вздрагивать, я шумно сглотнул, положил на его спину руку и также шепотом сказал:

– Соболезную.

Я не дождался ни ответа, ни даже кивка. Ощущая ладонью дрожь, у меня у самого в горле встал комок, который я всеми силами пытался сглотнуть. Понимая, что в таком состоянии любому человеку нужно выговориться, пододвинулся еще ближе. То похлопывая, то поглаживая по спине Олега, тихо спросил:

– А как твой папа… ну…

Посмотрев на меня одними глазами, не поворачивая головы, Олег горько усмехнулся. С его носа капнула слеза.

Остальное я помню не слишком хорошо. Помню, что очень долго сидел с Олегом, утешал его, а он все говорил и говорил. Вышел от него я, разумеется, один. На меня тут же налетели друзья, с негодованием вопя, где я там сдох и почему один. Бледный, не отошедший еще от впечатлений и чужого горя, попытался улыбнуться и ответил только:

– Олег не сможет выйти к нам.