Мальчик нарасхват
Шрифт:
Я практически тут же отвернулся, снова уставившись в телевизор, а гость, с сомнением оглянувшись на дверь, отошел от нее и плюхнулся в кресло, ни капли не расслабляясь при этом.
Так мы просидели каждый на своем месте, не шевелясь, около сорока минут, вслушиваясь в могильную тишину. Понимая, что обстановка накаленная, я прошелся по каналам, остановившись на музыкальном. Матвей не возражал, только попросил сделать звук громче.
Наверное, это было лишним, потому что в следующую секунду дверь рядом открылась. Вышел Вадим. Матвей моментально
Выглядел Вадим спокойным. Чересчур спокойным, будто вылакал припрятанный где-то пузырек валерьянки. Впрочем, взгляд его все еще сохранил некоторую отчужденность и холод, но жажда убийства бесследно ушла, что не могло не радовать.
Оглядев нас, мужчина, к общему удивлению, никуда не ушел, а сел рядом на диван и уставился в телевизор, не проронив ни слова и не пытаясь объяснить причину своего поведения. Мириться пришел? Или показывает, что остыл?
Украдкой переглянулись с Матвеем. Тот едва заметно пожал плечами, выражая свое недоумение, и устремил все свое внимание на следующий музыкальный клип, где песня еще толком-то и не успела начаться, а какая-то смазливая тетенька уже вовсю трясла своими женскими прелестями.
Мне почему-то сразу захотелось уйти. Да, пусть сейчас Вадим вел себя практически как обычно и не рвался набить кому-нибудь рожу, а я вообще оказался лишь свидетелем и ни к чему причастен не был (надеюсь на это), все же чувствовал себя неуютно. Очень уж неуютно. Но и оторвать свой зад и свалить куда-нибудь я также не мог. Неудобно как-то, да и зад словно прирос к дивану, не отодрать.
И пересесть некуда. Вон, гостю-то повезло, он хотя бы в кресле устроился, а я тут на одном диване с этим… циклопом сидеть теперь должен. Хотя сам виноват, нужно было сразу садиться в выгодное место.
А теперь, получается, «лох» в центре, а два мужика с подбитыми глазами по бокам. Круто.
Вздохнув, с тоской перевел взгляд с телевизора на люстру над головой. И почему Вадим не идет на кухню? Он когда с работы приходит, всегда голодный. В разной степени, но голодный. А тут, наверное, уже час прошел, а он только выполз из спальни, даже не оглянувшись на кухню.
Ах да, Матвей же говорил про какую-то колбаску, когда заходил в комнату. Неужели он серьезно притащил туда колбасу из холодильника? А она вообще там была?
Пока я пытался припомнить подобное, зазвучала вдруг еще одна мелодия, которая не могла исходить из телевизора. Спохватившись, я заерзал на месте и достал из-под зада свой сотовый. Взглянув, кому понадобился, скуксился.
Кажется, Олег обо мне вспомнил. Ну, вряд ли он вообще меня забывал после последнего раза, когда я, подавшись порыву и обнаглев окончательно, сбросил звонок. Ага, а после выключил телефон на два дня.
Пока я критически вглядывался в пиликающий телефон в руках, относительно миролюбивое выражение лица Вадима плавно сошло на «нет». Подождав
– Долго мяться будешь? Не хочешь разговаривать, просто отключи.
Но, увидев вызывающий контакт, Вадим осекся. Даже как-то изменился в лице. А затем уверенно поднес мой телефон к уху и, отвечая на звонок, рявкнул:
– Данный абонент не доступен или находится вне зоны действия сети!
И, не обращая на наши с Матвеем вылупившиеся физиономии, нажал на сброс, несколько мгновений пристально смотрел на заставку сотового, после чего повернулся ко мне. Я попытался слиться с обивкой дивана.
Видимо, задатками хамелеона я не обладаю, потому что Вадим, по-прежнему вперив в меня взгляд, сказал:
– Раз не хочешь отвечать, выключил бы свой телефон к чертовой бабушке или хотя бы на беззвучку поставил. Или в черный список своего ненаглядного «НЕ БРАТЬ» внес, раз так разговаривать с ним не хочешь.
Я ляпнул первое, что пришло в голову:
– А я не знаю…
– Что не знаешь?
– Ну, как в черный список заносить.
Посмотрев на меня, как на последнего идиота, Вадим процедил:
– Балбесина.
И уткнулся в мой телефон, щелкая кнопками. Через пару минут кинул его мне, буркнув:
– Готово.
– А, спасибо, - неуверенно кивнул я, подозрительно повертев в руках сотовый.
Забытый всеми гость, дабы хоть как-то продолжить разговор и опять не молчать, внес свою лепту:
– А я вот… отпуск взял.
Вадим громко закашлялся.
========== Глава 22 ==========
POV Артема.
Время: около одиннадцати часов вечера. Или уже ночи? Ну, неважно.
Место: лестничная площадка.
Цель: постучаться в измазанную в чем-то белом дверь.
Результат на данный момент: откусанный ноготь большого пальца правой руки и грязные следы от подошвы на красном чемодане.
Похоже, это все, на что я способен. Н-да, даже как-то грустно.
Изучив в сотый раз надпись «Маша, прости меня» на вечно закрытых дверцах лифта, сумрачно пнул свой чемодан, сделав его еще грязнее, чем до этого. Все-таки не нужно было идти через песочницу, вон песка сколько.
Что я мог делать практически ночью на лестничной площадке с вещами на руках? Размышлять о бренности жизни. А еще о том, какой я идиот. И все вокруг тоже идиоты.
А самый главный идиот - это, разумеется, подбитый на один глаз мужлан. И очень жаль, что подбитый только на один. Его и пнуть раз сто не помешало бы. Так, для профилактики.
С чего вдруг такие мысли? Нет, честно сказать, они и раньше появлялись, но вскользь, не слишком серьезно. А сейчас, когда я мялся на лестничной площадке со своими пожитками, как-то мне не до шуток стало.