Мальчик нарасхват

Скромный эксплуататор

– Да вроде не должна. Тем более, что она рано на работу уходит и возвращается поздно. Ну, если что, скажу, что мне было одиноко и скучно.

Положив вещи на чемодан, залез на диван, пододвинувшись к стене. Укрываясь, пробубнил себе под нос:

– А я тут тебе шут, чтобы развлекать, что ли?

– Нет, ты мне брат.

Судя по голосу, Слава улыбался, но я не мог это видеть, потому что телевизор вдруг погас, отчего комната полностью погрузилась во тьму.

***

Проснулся я поздно. Оно и неудивительно: половину ночи не мог уснуть,

постоянно вспоминая слова Вадима и его гадкую рожу в тот момент. Еще и дым мне прямо в лицо выдохнул, паразит. Разумеется, я источал яд, с трудом сдерживаясь, чтобы не вцепиться в подушку зубами и не разодрать ее в клочья. Вряд ли мне от этого стало бы легче, а оправдываться потом перед Славой как-то надо.

Открыв глаза, первые пять секунд я не помнил, где нахожусь и что это вообще за место такое, но затем сообразил. Повертев головой, обнаружил, что в комнате, кроме меня, никого нет. Казалось, что квартира вовсе пустовала, потому как было очень тихо, лишь на улице верещал какой-то буйный ребенок.

Поерзав на месте, поднялся. Почесавшись, посидел немного так, тупо глядя перед собой. Затем, понимая, что встать рано или поздно все равно придется, поднялся на ноги. Зевнув, посмотрел на свои вещи на чемодане, но брать их не стал и уверенно направился в ванную комнату.

Выйдя оттуда через несколько минут, удостоверился, что в квартире я был не один. Закрытая до этого дверь была приглашающе приоткрыта, и я, мазнув быстрым взглядом по смятому одеялу на диване, вошел на кухню.

– Утречка, - приветливо махнул рукой Слава, заметив меня. – Садись, вон, на стул.

Ясное дело, что не на стол. Кивнув в ответ, сел, а Слава, напротив, встал.

– У нас тут есть особо нечего, поэтому жрачки по минимуму.

– Спасибо, - промямлил я, наблюдая за тем, как передо мной появляется завтрак.

Поставив все на стол, Слава сел обратно на свое место напротив меня. Перед ним стояла только белая полупустая чашка да еще крошки возле нее, которые указывали, что брат свое уже слопал.

– Мы так давно не завтракали вместе, даже как-то не верится.

Я поднял глаза, засовывая в рот хлеб, щедро намазанный плавленым сыром. Слава же явно отдался ностальгии, чуть сощурившись. Заметив, что я на него смотрю, он расплылся в довольной улыбке. Я не удержался.

– Чего такой довольный-то?

– Ну, - смахнул Слава крошку пальцем, - я просто рад этому. А ты разве не рад?

– Да не особо. Утро как утро. Но сыр вкусный.

Проигнорировав мою похвалу, брат чуть обижено скривился и укоризненно заметил:

– Но мы же почти год не виделись.

– Мы виделись несколько дней назад, - в свою очередь подметил я, запивая бутерброд теплым чаем.

Слава хмыкнул, последовав моему примеру, поднес чашку к губам.

– Я в целом говорю. Разве ты не скучал по мне?

– Больно надо.

– А я вот скучал.

– Поздравляю.

Уставившись на меня, парень после паузы тоскливо вздохнул, подперев щеку кулаком.

– Когда ты успел обзавестись колючками?

– Я всегда

таким был!

– Ну да, ну да, - скривил собеседник губы. – Не надо мне тут. Раньше ты был таким добрым, мягким. Всегда нуждался в моей поддержке и никогда… ладно, редко, очень-очень редко, разговаривал со мной в таком тоне, а еще лип ко мне постоянно…

Я закашлялся крошками.

– Это когда такое было?!

– В детском саду.

– Ну ты нашел, что вспомнить!

– Да, нашел. А все потому, что я скучаю по тем временам, когда мы были с тобой не разлей вода.

– Ну и скучай дальше, - буркнул я, поднимаясь с места.
– Спасибо, я поел.

– Эй!

Остановившись, напряженно повернулся.

– Ну что еще?

– Ты куда?

– Как «куда»? Домой.

– Как это домой? – недоуменно уставился на меня Слава.

– Вот так. Вчера еще сказал же.

Брат тоже поднялся на ноги. Нахмурившись, он покачал головой из стороны в сторону, будто пытался отогнать мои слова. Видя, что он хочет сказать что-то еще, я послушно стоял, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.

– Но я вообще-то уже позвонил родителям.

– Что? Зачем? – теперь настала моя очередь удивленно таращиться.

– Сказал, что ты у меня останешься дней так… на неделю, короче. Мама обрадовалась, услышав это, - быстро вставил Слава, видя, как стремительно искажает мое лицо возмущение, перемешенное с раздражением.

Пофыркав и поплевавшись, я все же определился, что сказать первым, и взорвался:

– А меня спрашивать не надо было?!

– Да. Но ты бы отказался, поэтому нет.

– Вот… Я бы вас всех… Да тьфу!

Развернувшись, гордо удалился, громко топая. Вздыхая, Слава вышел следом.

– Да ладно тебе! Недельку у меня погостить переломишься, что ли?

– А если я не хочу?

– Хочешь расстроить маму? Она опять ведь с горя напьется, знаешь ведь.

– А… Но… А если Наташа против? – я покосился на закрытую дверь.

Заметив это, Слава небрежно махнул рукой.

– Нашел из-за чего переживать. Она тебя даже не заметила, когда на работу уходила. Договорюсь я с ней. Ее сейчас нет, можешь заглянуть в спальню, если хочешь.

Отвернувшись, потянулся за своими вещами. Не спуская с меня глаз, Слава плюхнулся на диван с неубранной постелью. Пока я яростно натягивал на себя штаны, он меланхолично почесал коленку. Шмыгнул носом и поднял на меня большие жалостливые глаза.

– Да ладно тебе! Чего ты опять начинаешь? Мы ведь только-только помирились, да и вооб…

Слава не успел договорить, а я возмутиться и огрызнуться – перебила мелодия сотового. Похлопав себя по карманам, телефон не обнаружил. Прислушавшись, понял, что мелодия исходит из чемодана. Или рюкзака? Все то время, пока я усердно переворачивал все вверх дном, настойчивый звонок не прекращался. Слава моим поискам не препятствовал, тихо наблюдая за моим копошением. Наконец, найдя сотовый в чемодане, где он был погребен под грудой скомканной одежды, извлек его оттуда.