Максим

Подвойская Леонида Ивановна

Глава 27

Это ученые еще спорят, есть или нет параллельные миры. На самом деле есть и параллельные миры с президентами, принцессами, глобальным потеплением и таким же терроризмом. А есть и параллельные маленькие мирки с вот такими уютными городками в десять ДОСОВ, прямыми узенькими дорожками между ними, тянущимися к солнцу тополями, неспешными беседами оставшихся в городке пенсионеров, бушующими цветами на клумбах. Правда, собирает порой в одной громогласной крылатой машине майор из этого мирка неприметных капитанов и лейтенантов и врывается с большой

мир. И рассматривает затем чужой президент фото их "коломбины" над авианосцем. А эти скромные ребята вернутся в свой параллельный мирок, врежут в честь такого дела "шпаги" (слитого из агрегатов и очищенного хитроумным способом спирта) и идут в свои еще более мелкие мирки мимо гоняющей мяч шантрапы, гуляющей или чинно сидящей в беседках молодежи.

Серый тоже сидел в одной из таких беседок. Но тихо - не обозначает "чинно". С незнакомыми, более старшими хлопцами он резался в "кинга". Проигравшие скидывались, и самый проигравший уходил на промысел - добывать вино. Судя по состоянию игравших, промышляли они довольно удачно.

– О, Максвелл!
– обрадовался Серый появлению друга.
– Присоединяйся! Давай за приезд! Там есть еще что? Наливай, Рост!

– "Постой, паровоз, не стучите, колеса", - отреагировал названный Ростом худощавый высокий пацан.
– В долг играешь, в долг пьешь, и еще угощаешь?
– с мягкой угрозой упрекнул он Сергея.

– Да ладно, тебе. Это, действительно, мой кореш, - поняв, что зарвался, оправдывался Серый.
– Ну, Белый, ну, тот самый…

– Тот самый?
– деланно удивился Рост.
– Послушай, Боб, по-моему, мелковат он для того самого", а?

– Это тот самый сын героя - ядовито уточнил сидевший четвертым Кот. От выпитого или еще от чего он очень побледнел и исхудавшее белое, озлобленное на весь мир лицо мальчишки вызывало сострадание.

– Ну, такого звания я не знаю, чтобы бесплатно наливать. Может, сбегаешь?
– предложил Рост.

– Не официант и не лакей, - коротко отрезал Максим.

– Ух ты!
– восхитился Боб, - какие мы гордые.

– А ты как насчет гордости? Может, сбегаешь? Проплачу.

Было видно, как на уже пропитом лице что-то, похожее на самоуважение, боролось с алчностью.

– Тройной тариф, - продолжал ковать железо Максим. Или вот что - он достал из кармана сотенную.
– Чего торговаться. Чем вы тут лакомитесь? Н-е-е, протянул он, увидев жуткое дешевое пойло и неподдающийся временам и модам сырок.
– Давай так. М…м…м, что тут можно достать? Ну, хорошо. Водки, кадарки и кагора. Хороший коктейль получается. Шоколадку. Что прикусить?

– Вот только-только гриль открыли.

– Давай и гриль. И быстро. Остальное заберешь за труды. Поменять найдёшь где?

Боб уже в пути успокаивающе махнул рукой.

– А я бы не побежал. Ни за какие деньги не побежал - процедил Кот.

– Да бегал же, успокойся, - отмахнулся Серый. Рост, что-то соображая, молчал.

– Там был уговор. Правила. А тут - действительно, лакейство. Здорово его сын героя уделал.

– Молчи, если будешь пить, - отозвался скривившийся Рост.

– Ну, ты, Макс, молоток! Как говорил Балаганов, забурел! А говорят, любительский спорт теперь неприбыльный! Вот, полюбуйтесь!

– Так ты ещё и спортсмен?
–

нехорошо осклабился Рост.

– Почему "ещё"?
– ответил за друга Серый.
– Он у нас боксер.

– Ах, боксер, - еще кривее и многозначительнее ухмыльнулся Рост. Ладно, - добавил он.
– Давай, боксер, выйдем, разговор есть.

– Не советую, - подал из своего угла ехидный голос Кота.

– Ша, котенок. Тебя не спросили.
– Оскорбленный подросток было подхватился, но затем махнул рукой и вновь затих в своем углу.

– Подожди, чувак, что случилось? О чем базар?
– заволновался Сергей.

– Серый, твой дружбан - не всегда твоя забота. Не суетись - посоветовал ему уже выходя новый знакомый.

– Он прав, Серый, - подтвердил Максим.

Повинуясь неписаным правилам городка, парочка чинно, по дружески прошла от беседки и скрылась "за сараями" - извечном месте сведения счетов драчунов. Правда, со временем сараи стали гаражами, драчуны - костоломами, но удачнее места так и не находилось.

– Ты оскорбил моего дружбана, - взялся за дело Рост, надвигаясь на подростка.

– Это как?
– решил уточнить Максим.

– Ты купил его, как холуя.

– Но он же сам купился. Я же только предложил.

– Ты мне не сявкай, - в руках Роста щелкнул и холодно блеснул лезвием нож. Хочешь уйти целым - выкладывай все из своих закромов.

– Да что же это за наглость такая?
– возмутился Максим.
– Да тебя же завтра загребут. Ты что, думаешь, я молчать буду?

– А придется! И я сейчас объясню почему, - он приставил лезвие вплотную к горлу.
– Кто против Роста вякнет, тот плохо, очень плохо кончает. А Рост выходит. За неимением улик. Знаешь, что это значит, вьюноша?
– он вновь осклабился, демонстрируя отсутствие передних зубов.

– Ну, зубы тебе повыбивали и без милиции - прокомментировал свои наблюдения Максим.

– Что?
– взревел щербатый, пытаясь уколоть собеседника ножом в шею. Он озадаченно посмотрел на место укола, не дождался крови, но, отмахнувшись от этой нелепицы, прошипел: - Да, не менты, ты прав. Но я их достал.

– Врёшь ты все, - ушел от соперника в сторону Максим.
– Мелочь ты. Дешовка. Мразь. Возиться не хочется.

– Что-о-о?
– загудел Рост, бросаясь на наглеца. И тут же упал. Максиму действительно не хотелось возиться с этой зарвавшейся мелкотой. После тех акул и тигров-людоедов этот вызывал даже не отвращение, просто какую-то гадливость. Но это у него. А как другим ребятам, впервые столкнувшимся с криминалом? Ведь не врал, запугал здесь кого-то. Мразь. Зарвавшаяся от безнаказанности мразь.

– Мразь, - вслух повторил он.
– Теперь будешь ползать.

– Погоди… Ты… погоди, - испуганно хрипел поверженный, руками цепляясь за стену гаража и пытаясь подняться на онемевшие ноги. Ты что, всерьез, что- ли. Не, давай побазарим. Я… того. Я же… не знал!!!
– завопил он.

– Как только ещё крикнешь - онемеешь. Все, твои гастроли кончились, - Максим вышел из темноты и пошел к беседке. Там Боб уже распаковывал покупки. Видимо, ему рассказали, куда ушел его друг с новым спонсором. Но он наверняка ожидал другого исхода и искренне удивился, увидев Максима.