Махабхарата
Шрифт:
Пратипа ответствовал ей непреклонно:
«Погубит меня нарушенье закона.
Не сделаю так, как тебе захотелось:
На правом колене моем ты уселась,
Где дочери, снохи садятся, о дева,
А место для милой возлюбленной — слева.
Супругой мне стать не имеешь ты права,
Поскольку ты села, беспечная, справа,
Но если ты сблизиться хочешь со мною,
То
Богиня промолвила слово ответа:
«О праведник, ты не нарушишь обета.
Я с сыном твоим сочетаться готова,
Найти себе мужа из рода святого.
Тебе, о великий подвижник, в угоду
Да стану я преданной Бхаратов роду.
Чтоб вас прославлять, мне столетия мало,
Вы — блага и чести исток и начало.
Условимся: как бы себя ни вела я,-
Твой сын, о поступках моих размышляя,
Вовек да не спросит, откуда я родом,-
И счастье с моим обретет он приходом.
Своим сыновьям, добродетельным, честным,
Он будет обязан блаженством небесным».
Сказала — исчезла из глаз властелина.
Он стал дожидаться рождения сына.
Он, бык среди воинов, подвиги чести
Свершал с добронравной супругою вместе,
Во имя добра и покоя трудился,
И сын у четы седовласой родился,-
Тот самый Махабхиша в облике новом,
Как было всесильным завещано словом.
Пратипа, беззлобный душой, мальчугану
Дал скромное имя — Смиренный, Шантану:
Пускай завоюет он мир милосердьем,
Законы добра исполняя с усердьем.
Он рос в почитанье заветов и правил.
Пратипа вступившего в возраст наставил:
«Красива, прелестна, одета богато,
Пришла ко мне женщина, сын мой, когда-то.
Быть может, к тебе она явится вскоре
С желаньем добра и с любовью во взоре.
Не должен ты спрашивать: "Кто ты и чья ты?"
Ты с ней сочетайся, любовью объятый.
Не спрашивай ты о поступках подруги,
Ты будешь иметь сыновей от супруги.
Ты с ней насладись, чтоб она, молодая,
Тобой насладилась, тебе угождая».
Пратипа, последний сказав из приказов
И сына Шантану на царство помазав,
Бесхитростный, чуждый корысти и злобе,
Ушел — и в лесной поселился чащобе.
Сыновья
Шантану, сей лучник, искавший добычу,
Охотился часто за всякою дичью,
Всегда избирал потаенные тропы,
Где бегали буйволы и антилопы.
У Ганги-реки, на пути одиноком,
Встречался отважный стрелок ненароком
С певцами небесными, с полубогами;
Звенела земля у него под ногами.
Однажды красавицу встретил Шантану,
И он удивился прелестному стану.
Иль то божество красоты приближалось,
На лотосе чистом пред ним возвышалось?
Свежа, белозуба, мила и беспечна,
В тончайших одеждах, во всем безупречна,
Она воссияла светло и невинно,
Как лотоса редкостного сердцевина!
Смотрел властелин, трепеща, восхищаясь.
Глазами он пил ее, не насыщаясь.
Она приближалась, желанна до боли,-
И пил он, и жаждал все боле и боле!
Он тоже, в блистании царственной власти,
Зажег в ней пылание радостной страсти:
Смотрела на воина с жарким томленьем,
Смотрела, не в силах насытиться зреньем!
Спросил повелитель, исполненный жара:
«Певица небесная ты иль апсара?
Змея или данави — жизни врагиня?
Дитя человеческое иль богиня?
Небесной сияешь красой иль земною,-
Но, кто бы ты ни была, будь мне женою!»
Услышав звучащее ласково слово,
Условие с васу исполнить готова
И, голосом звонким царя услаждая,
Сказала, разумная и молодая:
«Твоею женою покорною стану,
Но, что бы ни делала я, о Шантану,
Хорошей тебе покажусь иль дурною,-
Клянись, что не будешь ты спорить со мною.
А если меня оскорбишь и осудишь,-
Уйду я и ты мне супругом не будешь».
«Согласен!» — сказал он, ее одаряя
Отрадой, не знавшей ни меры, ни края.
Ее получив, как желанную долю,
Могучий, с женой наслаждался он вволю,
Решил он: «Пойдет она прямо иль косо –
Смолчу, никогда не задам ей вопроса».
И царь был доволен ее красотою,
Ее добродетелью и чистотою,
Ее обхожденьем, спокойным и ровным,
Ее угожденьем на ложе любовном.