Магнит

Фрей Таня

Она немного помолчала. Видимо, пыталась собрать в единое целое обрывки воспоминаний, столь болезненные, столь необычные. Режущие. Мне знакомо это чувство.

Собравшись с духом, она продолжила:

— Я спросила у неё, что происходит. И она посмотрела на меня совершенно отсутствующим взглядом. Будто сквозь меня, но в то же время весьма целенаправленно. Будто смотрела прямо в душу.

Меня будто холодом от этих слов пробрало. Казалось, даже сквозь слова Бри чувствовался этот взгляд: пустой, ледяной, пронизывающий.

— И

она же что-то сказала, верно? — осторожно перебила я.

— Да… да. Это главная часть моего рассказа. Лекса… нет, не Лекса. Я не понимаю, как это объяснить. Но слова были примерно такими: "Вы ходите вокруг да около, не понимая, что происходит на самом деле. Чтобы избавиться от смертей, вы должны понять, кто их притягивает. Вы должны найти Магнит.".

— Кого? Магнит?

— Вот и у меня такая же реакция была, — сипло сказала Бриджет и прочистила горло. — Магнит — это кто-то из города. Кто-то из его жителей.

— И вполне вероятно, что это кто-то из нас… — закончила я её мысль, и она кивнула в знак согласия.

Так вот оно что. Весь это паранормальный бред не возник из пустоты. Он возник из-за кого-то из нас, из жителей. Или из нашей компании.

— Мы должны найти этого человека, но как? — спросила я, понимая, что вряд ли получу ответ.

— Возможно, этот человек чем-то отличается от остальных, — предположила Бри. — Может, ведёт себя не как остальные, или…

— …или у него три глаза? — попыталась пошутить я.

— Джонни Стоккер имел два лица, сросшиеся в вертикальной плоскости, — на полном серьёзе сказала она. — И глаз у него, таким образом, было не два, а три, если не все четыре. Так что ситуация эта, конечно, редкая, но возможная. Хотя я не верю этой информации. Скорее всего, это выдумки.

У меня чуть челюсть не отвалилась.

— Откуда ты это знаешь?

Та чуть повела плечом.

Удивительно, но сейчас я не видела в ней ту маленькую плаксу, которую привыкал видеть до этого. Нет, Бриджет — не такая. Да, она плакала, заперевшись в кабинке туалета, но не потому, что она ненормальная, а потому что ей было тяжело. Но сейчас ей было ещё тяжелее. И именно сейчас она держалась настоящим бойцом. Бойцом, чьим главным оружием является не заточённый нож, а знания.

Она говорила с нами прежде, находила, какую тему поддержать. Но почему-то мы сторонились её общества. Она это видела. Ей было больно.

А мы не понимали.

— Я знаю многое, — наконец ответила Бри. — Вопрос лишь в том, нужно ли мне всё это.

— Сейчас разговор идёт о нашем выживании. — Я скривилась, осознав, что только что произнесла. В голове это, конечно, уложиться не собиралось. — Если эти знания помогут, чтобы выжить, то они нужны.

Она слегка улыбнулась. Слегка — потому что все эти события улыбку не вызывали. Да и не могли её вызвать ни при каких условиях.

Улыбаться здесь будут только умалишённые, и то не из-за того, что им это нравится. Они будут улыбаться своим мыслям, приходящим им в голову.

— Потом она упала, — вновь вернулась к разговору Бри, — а потом… ты видела.

Я поджала губы. Удивительно, но говорить об этом действительно было больно. Тяжело. Слова не хотели вырываться, такое ощущение, будто вместе с ними разрывалась душа. Молчание — лучший способ уберечь свою душу.

— Сегодня я пыталась выехать из Тэррифилда, — поспешно перевела тему я, понимая, что дальнейший разговор о Лексе попросту заведёт нас в тупик.

Бриджет выжидающе посмотрела на меня.

— И?

— И мне не удалось.

— В каком смысле?

— В прямом. Меня не выпустили. Не знаю, что это было… — Я задумалась. — Но это из того же ряда, что и остальные события.

Бри открыла рот, намереваясь что-то сказать. Но так и осталась в таком положении. Удивлённом.

— Я слышала голос, — через силу выговорила я.

— Чей? — взволнованно поинтересовалась Бри.

Хейли.

— Я не знаю, — ответила я и закашлялась, будто подавилась чем-то. Подавилась не своим голосом.

— И что тебе сказали?

— Что мне не сбежать из Тэррифилда.

— А значит, не сбежать всем нам, — хмуро подытожила она и встала с кровати. — Это было предупреждение не лично тебе, Чарли. Уж не знаю, кто там с тобой говорил, но это явно не предвещает ничего хорошего.

Она подошла к стеллажу, взяла в руки плюшевого щенка, повертела в руках. А потом швырнула его в другой конец комнаты и развернула ко мне лицо, полное и злобы, и разочарованности, и недоумения. Всего вместе.

— Мы заперты, — сказала она.

— Мы заперты, — механически повторила я.

Бри вновь отвернулась.

И вдруг я улыбнулась.

Вы заперты.

И эту дикую улыбку я не пожелаю увидеть и врагу.

Вот только…

Только враг её и видел.

Я встала, собравшись уходить, и вдруг поняла, что есть ещё кое-что, о чём мне следует рассказать.

— Сегодня в полицейском участке случилось необъяснимое, — начала я. — И я уверена, что каждый будет ненавидеть меня за это.

Бри тут же изменилась в лице.

Казалось, она прочитала мои мысли, даже не слушая мои слова.

— Только не говори, что…

— Я сдала вас. Всех вас. Против воли. Это будто говорила не я, будто не я сдала им дневник Хейли. Это всё делала не я.

Она приложила ко рту ладонь. Отвернулась. Вновь повернулась.

Но все движения были словно в замедленной съёмке.

— В то, что это могла быть не ты, я поверить могу, — медленно проговорила она. — Но в то, что все наши действия провалились коту под хвост…

Бри не закончила фразу.