Магия нуля

Абрамыч Степан

. .

— Что?

Роберт ошарашенно рассматривал песчаное послание, оставленное его товарищем.

— Дьявол? Он все это время был Дьяволом.

Он упал на колени, его лицо исказилось от удивления и некоторого страха. Страха быть убитым.

Несмотря на то, что Бром большую часть своей сознательной жизни просидел без движения, его знали абсолютно все. И все его боялись. Дети, которых пугали страшилками о Дьяволе по ночам, взрослые, перегоняющие между друг другом слухи, богатые и влиятельные люди, с неимоверным страхом вспоминая про

самого бесшумного и опасного убийцу в мире, и даже маги. Не было в мире мага, который бы не боялся Брома. Все достижения, все силы, все чувства, все, что когда-либо было дорого, могло быть уничтожено примитивным прикосновением. Дьявол был опасен, он был смертелен, он был неописуемо ужасен. И за этого все его боялись.

И Роберт не был исключением, какую бы мощную силу он не демонстрировал при схватке с Байроном, прикосновения действительно бы достаточно, чтобы покончить с его жизнью.

— Но куда ты пошел? Что я должен сделать с девочкой?

— Не думал, что встречу тебя здесь.

Напротив растерявшегося усатого мага уверенно стоял Байрон все в том же жилете. Он презрительно взирал на убогую свинью, сложив ладони перед собой.

— Ты…

— Стоять, хоть намек на Хайда, и ты труп.

— Кто же ты такой?

— Меня зовут Джордж Гордон Байрон, тебе повезло недавно лишить меня жизни. Точнее говоря, Хайду.

— Откуда ты знаешь?

— Я просто знаю. Знаю, что ты никакой не маг. У тебя раздвоение личности, и магией владеет только Хайд, твоя вторая сущность.

— …

— Ты таскаешь гору мяса в сумке, чтобы удовлетворять его голод, но при этом держишь себя молодцом.

— …

— Хайям сказал тебя меня убить.

— Откуда?

— Запомни этот урок на всю свою жизнь.

— …

— Ты всего лишь ничтожество, и тебе никогда не достичь моего уровня, уровня Хайяма, уровня Брома. Ты жалкая свинья, это все, что ты должен понять перед смертью.

— Я…

Роберт яростно взглянул в глаза диктующего ему заповеди мага, его зрачки начали наливаться кроваво-красным.

В мгновение ока Байрон схватил сидящего на песке усатого монстра за шиворот и одним молниеносным рывком выкинул его в воздух, отправив отчаявшегося Роберта в стратосферу.

— Если бы не Хайд, я бы просто убил тебя.

Хромой маг проговорил это вслед уходящей комете, разбрызгивающей кровью по огненной траектории, создаваемой от невыносимо быстрой скорости.

— Ха.

Байрон схватился за свое лицо.

— ХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХА!!!

«Я не могу. Я просто не могу не смеяться. Все так идеально, все так филигранно идет в мою пользу. Марина, Стивенсон — все свиньи собрались в одном месте, чтобы быть выкинутыми из этого мира, быть опрокинутыми мои праведным мечом!»

Громогласный смех, хрипло и звонко перепрыгивающий меж каменный стенок, наткнулся на чей-то отчаянный плач. Жалкие притихшие всхлипы еле различались среди бешенных волн сумасшедшего Байрона. Но это не помешало ему четко услышать Диану.

— Кто?

Его глаза испуганно сжались,

превратив лоб в скопление бесконечных морщин, а рот в злобный оскал. Его кровожадность возвелась до абсолюта: он упустил сразу двух свиней, не окунув свои руки в их распростертые кровавые тела. Ничто и никогда не передало бы все безумие, охватившее его зеленые зрачки. Сдаться, умереть — никаких других мыслей перед ними бы не появилось.

— Свиииииииньяя?!!!

Байрон устрашающе протянул гласную и с вопящим криком в мгновение ока добрался до девочки, приложив свой кинжал к ее горлу. Шея Дианы испуганно дергалась, двигая своей нежной кожей в упор к стальному лезвию, пока кровожадные глазницы мага варварски впирались в ее лицо, рассматривая сморщенные черты девичьего лица.

— Ты…

Он приблизил свое лицо, чуть не коснувшись носом побледневшего лба Дианы.

— …Свинья?

Девочка понимала, что ничего легче у нее в жизни не спрашивали, и ответ был очевиден. Но страх крепко сжал девичью глотку, передавив горло, отчего из дрожащего рта вырвался лишь невнятный хрип.

— Ты не свинья.

Маг убрал кинжал и направился вон из пещеры, оставив смертельно напуганную девочку в полном одиночестве. Его кровожадность никуда не исчезла, он бешено осматривал окрестности, надеясь встретить там кого-нибудь, кого он смог бы распотрошить.

— Я не могу сражаться в таком состоянии.

Байрон вытянул правую руку в сторону, сжав ее в кулак, поднял наверх, слегка напрягая пальцы, и схватился левой ладонью за бицепс, причем так резко, что по пустыни раздался резкий хлопок.

— Вот.

Рядом появился другой Байрон, на этот раз в красном пальто, красной рубашке, красной шляпе, красных брюках, красных туфлях. Да что уж говорить, все его лицо было окрашено в тот же кровавый цвет. Ни одна частичка его тела не была другого оттенка.

Он держал в руке какого-то голого мужчину, у него было довольно мускулистое телосложение, короткая рыжая прическа и небольшая борода.

— Опять, опя…

Не успел он что-то сказать, как первый Байрон схватился за его кадык. Один рывок, и он был вырван. Оторвалось ухо. Распоролся нос. Вырвались глаза. Раздробилась челюсть. Выдавился мозг. Вырвался язык. Споролся живот. Выбросились кишки. Открылась грудная клетка. Взорвалось сердце. Выкинулись легкие. Разорвались гениталии. Оторвались ноги. Отодрался таз.

— Достаточно.

Байрон удовлетворенно отошел от кровавого месива, отряхая с себя кусочки костей и сухожилий. Красный Байрон взялся за скальп, отброшенный в сторону и исчез с этой незначительной частью тела.

«Такого со мной давно не было, что ж. Теперь…»

Он был готов к битве.

Глава 15

Очередная горсть песчаной пыли рассыпалась в знойном воздухе, разлетаясь вокруг бледной ноги. Тропинка следов отпечаталась по пустыни, прочертив по песчаному полю тонкую полоску отметин от зеленых перетаптывающих шлепанцев.