Магия чувств
Шрифт:
Но такой девушке не место в его взрослой жизни, твердо напомнил он себе. Нужно выбросить ее из головы. А не пригласить ли ему на завтрашний ужин Жанину? Вот это действительно красавица и одета всегда сверхэлегантно. Привести с собой такую девушку — мечта каждого мужчины.
Решительно настроившись, он перегнулся через стол и обратился по внутренней связи к секретарше:
— Леннеке, соедините меня, пожалуйста, с мадемуазель де Савари, попросил он твердым голосом.
— Хорошо, господин.
Кажется,
— Что ты об этом думаешь. Пит? — не унимался Дирк.
Пит вопросительно вскинул на него глаза: он совершенно потерял нить их разговора.
— Нужно вызвать полицию, чтобы выдворить эту лодку. За тем, чтобы найти причину, думаю, дело не станет. Не иначе как там все под наркотой.
Пит пожал своими широкими плечами.
— Возможно, ты прав, — нехотя отозвался он. — Я буду просто счастлив, если они уберутся подальше от моего дома.
— Я сообщу в комиссариат, — оживленно продолжал Дирк. — А знаешь, — в его голосе зазвучали похотливые нотки, — вот этот маленький конский хвост, эта блондиночка, я бы не прочь рассмотреть ее поближе.
— Что, черт возьми, здесь происходит? — Чарли с ужасом остановилась у входа в маленькую каюту. В ней собралось около дюжины ребят, большинство из которых сидели на полу, и только полный идиот не догадался бы, чем они занимаются.
Один из сидящих на полу волосатиков, тот, что примазался к ним еще в Англии вместе с другими студентами колледжа, покосился на нее затуманенным взором.
— Чего ты дергаешься, детка Чарли? — с томным видом пробормотал он. Ну, оттянулись немного, и что с того? Лучше сама попробуй. Такой крутой кайф!
— Это я вижу, — бросила она, пренебрежительно посмотрев на мертвенно-бледные, бессмысленные физиономии, уставившиеся на нее остекленевшим взглядом. — А ну-ка, сейчас же убирайтесь вон! И чтобы я больше вас здесь не видела. Иначе я вызову полицию.
Он захохотал, не веря, что она всерьез.
— Ну, расслабься, — заплетающимся языком продолжал он уговаривать ее. — Всего-то немного транка…
— Знаю, что это такое, — оборвала она его. — Об этом я и говорю, Стю. У меня на лодке наркотики запрещены.
— Ну, брось же, Чарли. — Он схватил ее за руку и хотел притянуть к себе на колени. — Не порти нам удовольствие.
Чарли отдернула руку.
— И давно вы здесь сидите? — в ярости кричала она. — Знаете же, что я этого терпеть не могу.
— Ты же сама твердила, что я должен работать, — еле ворочая языком, препирался он. — Вот я и получил хорошенький бизнес.
— То есть ты взялся за распространение наркотиков? — Она в ужасе уставилась на
Он хихикнул:
— У одного моего дружка есть специальная установочка.
— Здесь ты продавать это не будешь, — твердо заявила она. — Если на счет «три» ты не выметешься отсюда, твоя дрянь окажется в канале. И если я еще когда-нибудь тебя увижу туг поблизости, обещаю, что вызову полицию. С пола раздались протестующие вопли:
— Чарли! Да брось же, детка, ну к чему это…
Сверху вдруг донесся громкий топот: кто-то мчался вниз к ним в каюту. Послышался крик «Полиция!», и началось столпотворение. Пинаясь и толкаясь, все кинулись к двери, и Чарли оказалась на полу. Откуда ни возьмись посреди толпы выросло с полдюжины крепких полицейских, они хватали всех подряд и тащили за собой.
Чарли в страхе забилась в угол, но неожиданно над ней возник какой-то верзила в полицейской форме и крепко вцепился ей в руку.
— Пит предложил внести за меня залог? — Чарли удивленно уставилась на адвоката. Та кивнула.
— Господин ден Ауден, — за ее профессиональной маской явно прослеживалась женская подозрительность, — человек очень обаятельный и, конечно, глубокоуважаемый. Почти уверена, что комиссар удовлетворит его просьбу. Поэтому, если вы окончательно решили не сообщать своему отцу…
— Нет, — наотрез отказалась Чарли, замотав головой. — Уж лучше сидеть в тюрьме.
— Что ж, — сухо согласилась адвокат. — Думаю, выбора у вас нет, только принять предложение господина ден Аудена. Вы же знаете, что наркотики очень серьезная проблема. Полиция ведет с этим решительную борьбу.
— Они были не мои. — Чарли не уставала повторять это, несмотря на то что все обстоятельно изложила в заявлении. — Я к ним никогда не прикасалась. Никогда.
Адвокат ухмыльнулась:
— Что самое странное, я вам верю, но убеждать надо не меня. А суда ждать, возможно, придется очень долго.
Чарли колебалась, сжимая в волнении руки. Она провела две жуткие ночи в камере предварительного заключения в полицейском участке на Эландсграхт, и этого было более чем достаточно. Достаточно, чтобы решиться на что угодно, лишь бы выбраться отсюда. На что угодно, только не обращаться к отцу.
Он, без сомнения, не отказал бы. Разве мог он позволить кому-либо усомниться в том, что он порядочный любящий отец, беспрерывно пекущийся о своей непутевой дочери, от которой одни неприятности? А теперь вот еще связалась с наркотиками! Чарли уже мерещился его размеренный укоризненный голос.