Магический Индекс
Шрифт:
– ... Было время, когда я верила в то же самое.
Камидзё не ожидал, что она это скажет.
– Честно говоря, я просто не знала, что делать. Мир магии, в которую я абсолютно верила, не мог спасти одну-единственную девочку. Я понимаю чувства того, кто пытается схватиться за соломинку.
– ...
У Камидзё появилось плохое предчувствие насчет того, что последует дальше.
– Это просто кажется неправильным - передать ее в руки ученых.
Он ожидал этого, но услышав это на самом деле, всё равно почувствовал, словно его ударили ножом в
– Я знаю, что вы не можете делать ничего такого, что не можем мы. Ваши грубые методы - напичкать её тело какими-то неизвестными препаратами и располосовать её скальпелем не сделают ничего кроме как без толку укоротят её жизнь. Я не хочу видеть, как её "будут насиловать машины".
– Ну, вот именно. Как, чёрт возьми, ты можешь говорить это, когда вы даже не попытались? У меня есть вопрос к тебе. Ты всё говоришь о стирании памяти, но ты вообще знаешь, что собственно, такое - потеря памяти?
Ответа не последовало.
"Должно быть, она действительно мало что знает о науке."
Камидзё подтянул к себе ногой несколько учебников из программы развития способностей, которые валялись на полу. Это был рецепт развития способностей, включающий смесь нейробиологии, необычной психологии и дающих обратную реакцию лекарств.
– Как ты можешь говорить об эйдетической памяти и потере памяти, когда ты даже не знаешь, что это такое? Есть много разновидностей потери памяти, - он начал листать книгу.
– Есть возрастная... полагаю, вроде старческого маразма. И по-видимому, можно потерять память, если напьешься. Есть болезнь мозга под названием болезнь Альцгеймера, и еще есть микроинсульт, когда кровь перестает поступать в мозг и память исчезает. Потеря памяти также является побочным явлением при общей анестезии от таких препаратов как галотан, изофлуран и фентанил, или производных барбитуровой кислоты, а а также лекарств вроде бензодиазепина.
– ??? Бензо... Что?
Голос Канзаки был на удивление тихим, но Камидзё не был обязан объяснять ей всё это, так что проигнорировал её.
– Попросту говоря, существует масса способов уничтожить чьи-то воспоминания медицинским путем. Это означает, идиотка, что существуют методы, чтобы избавиться от её 103 000 гримуаров, которые вы, маги, не можете использовать,.
Дыхание Канзаки застыло.
Однако, эти методы не удаляли воспоминания. Вместо этого они повреждали клетки мозга. Старик со старческим слабоумием не мог вспомнить больше просто потому что утратил часть памяти.
Но эти подробности Камидзё опустил. Даже если это был блеф, он должен был не позволить магам насильно стереть Индекс память.
– И, это Академгород. Тут куча эсперов, которые могут управлять сознанием человека при помощи способностей вроде "психометрии" или "марионетки". Не говоря уж о том, что тут повсюду исследовательские лаборатории.
Было слишком рано терять надежду.
По-видимому, была даже эспер пятого уровня из школы Токивадай, которая могла удалять воспоминания, просто дотронувшись до человека.
Вот где на самом деле был последний лучик надежды.
В телефонной
Камидзё продолжил, чтобы действительно победить Канзаки, которая начинала проявлять признаки нерешительности.
– Ну? Что ты будешь делать, маг? Ты всё ещё собираешься встать у меня на пути? Собираешься оставить попытки как раз когда чья-то жизнь висит на волоске?
– ... Это слишком дешевые слова, чтобы убедить врага, - сказала Канзаки с легким оттенком самоиронии.
– У нас есть опробованный на практике и действенный метод спасения её жизни. Я не могу верить в эти твои непроверенные авантюры. Ты действительно думаешь, что сможешь это изменить какими-то бездумными заявлениями?
Камидзё некоторое время помолчал.
Он попытался придумать возражение, но у него ничего не получилось.
У него не было иного выхода, кроме как смириться с этим.
– ... Верно. В конце концов мы просто не смогли понять друг друга.
У него не было другого выбора, кроме как признать, что она была его врагом, несмотря на то, что была возможность того, что она могла бы его понять. В конце концов она однажды была в такой же ситуации.
– Да. Если бы люди, желающие одного и того же, всегда становились бы союзниками, мир был бы весь полон мира, - сказала она.
Рука Камидзё сжала телефонную трубку чуть сильнее.
Эта израненная правая рука была его единственным оружием, и она могла нейтрализовать даже божественные чудеса.
– ... Тогда ты мой заклятый враг, и я одержу над тобой победу, - сказал он.
– Учитывая разницу в наших физических возможностях, результат совершенно очевиден. Ты всё еще собираешься призвать эту руку?
– Именно. Я поднимаю ставки. Мне просто нужно позвать тебя в такое место, где моя победа будет гарантирована.
Камидзё оскалился в телефонную трубку.
Стейл был определенно не слабее Камидзё. Камидзё победил лишь потому, что Стейл проиграл системе пожаротушения. Короче говоря, различие в силах можно преодолеть правильной стратегией.
– Просто для твоего сведения: когда она потеряет сознание в следующий раз, ты поймешь, что уже слишком поздно, - слова Канзаки были острыми, как острие меча.
– Мы придем в полночь. У тебя не так уж много времени, но хорошенько постарайся и бесполезно сразись в последний раз.
– Ты не увидишь моих слёз, маг. Я собираюсь спасти её и превзойти вас всех.
– Оставайся там и жди нас, - сказала она и повесила трубку.
Камидзё беззвучно положил трубку и посмотрел в потолок, словно он смотрел на Луну в ночном небе.
– Чёрт!
Он стукнул кулаком правой руки по татами, словно добивая противника, прижатого к полу. Он не почувствовал ни малейшей боли в своей раненой правой руке. В его мыслях был такой хаос, что боль просто исчезла.
Говоря по телефону, он вел себя достаточно самоуверенно, но он не был ни нейрохирургом ни профессором нейробиологии. Может быть, что-то и можно было сделать при помощи науки, но этот обычный старшеклассник понятия не имел, что именно.