Магический Индекс
Шрифт:
Порванная одежда скрывала от глаз саму рану, но темно-красная жидкость вытекала оттуда, словно дизельное топливо.
– М-может, стоит вызвать скорую помощь? Т-телефон вон там.
Дрожащей рукой Комоэ-сенсей показала в угол комнаты. По какой-то причине у нее был черный телефонный аппарат с поворотным диском.
– Мана, содержащаяся в крови, вытекает вместе с кровью.
Камидзё и Комоэ-сенсей невольно обернулись к Индекс.
Индекс продолжала безжизненно лежать на полу, но ее глаза тихо открылись, несмотря
Её глаза были настолько идеально безмятежны, что казались нечеловеческими.
– Предупреждение:
Глава 2, стих 6. Потеря жизненной силы, известной как манна, из-за потери крови, достигло заданного уровня, и "Перо Иоанна" (Автоматический Секретарь) принудительно пробуждено. ... Если нынешнее положение дел не изменится, моё тело потеряет минимально необходимое количество жизненной силы и прекратит функционирование примерно через пятнадцать минут, в соответствии с международным стандартом минуты, установленным часовой башней в Лондоне. Наилучшим будет, если вы последуете инструкциям, которые я собираюсь дать, чтобы обеспечить самое эффективное лечение.
Комоэ-сенсей потрясенно уставилась на Индекс.
Камидзё едва ли мог ее винить за это. Несмотря на то, что он уже один раз слышал этот голос, он просто не мог привыкнуть к нему.
– Ну а теперь.
Камидзё посмотрел на Комоэ-сенсей и подумал.
Если бы он прямо и открыто попросил её использовать магию, она бы наверняка сказала ему, что вряд ли это подходящее время для игры в магическую девочку, и что в любом случае она уже слишком стара для таких игр.
Так как же ему убедить её?
– Хмм.
– Сэнсэй, сэнсэй. Поскольку это чрезвычайная ситуация, буду краток. Я должен кое-что сказать вам по секрету, так что подойдите поближе.
– Что?
Камидзё помахал рукой, словно подзывая маленькую собачку, и Комоэ-сенсей без всяких подозрений приблизилась.
– Извини, - еле слышно сказал он Индекс.
Он поднял её разрезанную одежду, чтобы обнажить скрытую под ней ужасную рану.
– Э-э?!
Он едва ли мог винить Комоэ-сенсей за то, что она потрясенно подскочила.
Рана была настолько ужасна, что потрясла даже Камидзё. Это была горизонтальная прямая линия, прорезанная поперек её спины. Словно картонную коробку разрезали при помощи линейки и резака. Помимо красной крови, розовых мышц и желтого жира, виднелось что-то твердое и белое, должно быть, её позвоночник.
Если представить себе эту рану в виде красного рта, то ее "губы" страшно побледнели, как у человека, который долго был в бассейне.
– Гх... , - Камидзё отогнал подступающее головокружение и осторожно опустил одежду, мокрую от крови.
Даже когда одежда
– Сэнсэй.
– Э? Да?!
– Я вызову скорую помощь. А вы пока что должны выслушать всё, что эта девочка скажет и сделать всё, что она захочет... Просто постарайтесь, чтобы она не потеряла сознание. Как вы видите по её одежде, она религиозна. Спасибо.
Если она будет рассматривать это как всего лишь утешение девочки, она сможет продолжать считать, что магии не существует. По этой причине Камидзё переключил внимание Комоэ-сенсей с обработки раны на продолжение разговора всеми доступными средствами.
Побледневшая Комоэ-сенсей кивнула с исключительно серьезным выражением лица.
Проблемой было то, что Камидзё нужно было побыть снаружи, пока это будет происходить.
Если бы скорая помощь прибыла до завершения магического ритуала, "утешению" пришел бы конец, а это означало, что в реальности он не может вызывать скорую.
Но одно это не значило, что Камидзё должен был уйти. В конце концов он мог просто набрать 117 по черному домашнему телефону и притвориться, что вызывает скорую помощь в то время, как на самом деле разговаривал бы с автоответчиком.
Истинная проблема заключалась в другом.
– Эй, Индекс, - тихо заговорил Камидзё с обессилено лежавшей на полу девочкой.
– Я могу еще что-нибудь сделать?
– Нет, не можешь. Тебе лучше всего уйти.
От ее чрезмерно ясного и четкого ответа Камидзё до боли сжал кулак своей правой руки.
Камидзё ничего не мог сделать и всё из-за своей правой руки, которая нейтрализовала бы лечебную магию одним фактом своего присутствия в комнате.
– ... Тогда, сэнсей. Пойду, поищу таксофон.
– Подожди...э? Камидзё-тян, у меня тут есть теле...
Камидзё проигнорировал слова Комоэ-сенсей, открыл дверь и вышел из комнаты.
Он стиснул зубы от того, что не мог сделать ничего, кроме как уйти.
Камидзё бежал по ночному городу. На бегу он стискивал кулак правой руки, которая могла нейтрализовать даже божественные чудеса, но не могла защитить одного-единственного человека.
После того, как Тома Камидзё вышел из комнаты, бледные губы Индекс пошевелились.
– Который сейчас час по японскому стандартному времени? И заодно, какой сегодня день?
– Сейчас 8:30 вечера 20 июля.
– Похоже, вы не посмотрели на часы.
– Это точное время?
– У меня в комнате нет часов, но мои внутренние часы идут с точностью до секунды, так что за это не волнуйся.
– ...
– Не нужно смотреть на меня с таким недоверием. Я слышала, что внутренние часы некоторых жокеев идут с точностью до десятой доли секунды, и что можно регулировать их определенной диетой и ритмичной активностью, - в замешательстве объяснила Комоэ-сенсей.