Мафиози и его одержимость 2
Шрифт:
Тук. Тук. Тук. Тук.
Мои зубы застучали громче, и я сжала челюсти. Виктор подошел ближе, пока не оказался так близко, что его тепло начало просачиваться в мои поры.
Мое тело не было моим собственным, и это было притяжение.
Виктор обхватил меня руками за бедра, и я упала в его объятия.
Тепло.
Безопасность...
Дом...
Моя
Он был всем, что мне сейчас было нужно.
Я погрузилась в него, сжавшись в его объятиях и желая зарыться под его костями и спрятаться в его душе. Мы могли бы спрятаться там, и это был бы наш прекрасный счастливый конец.
Я наслаждалась его теплом, вдыхала его пряный мятный аромат. В воздухе стоял тяжелый запах алкоголя, но я не обращала на него внимания. Вместо этого я продолжала вдыхать его запах, который принадлежал только моему Виктору.
Он пах мной. Он пах домом.
Он пах небесами, и я закрыла глаза.
Мой солдат. Мой павший воин.
Мой Ангел-Хранитель
Мой любимый.
И единственный человек, который когда-либо держал мое сердце в своих ладонях.
Слезы потекли по моим щекам, и я издала отвратительный всхлип. Мои пальцы впились ему в грудь, ногти впились в кожу. Я плакала, рыдая по нам.
Но под болью внутри меня был калечащий страх. Он навис надо мной, пронзая мое сердце тьмой и пронзая меня.
Я вздрогнула и крепче прижалась к Виктору.
– Не...уходи...
Это был сдавленный звук, исходящий из моего пересохшего горла.
Рука Виктора крепче обхватила мои бедра, а затем меня подняли в его объятия, как новобрачную. Он отнес меня в ванную и усадил на край ванны. Когда он отстранился, мое сердце ударилось о грудную клетку.
Меня охватила паника, и я рванулась вперед, пытаясь дотянуться до него, удержать и никогда не отпускать. Мои ноги подкосились, и я упала на пол.
Слабая. Слабая. Такая слабая.
Виктор снова поднял меня на руки и на этот раз присел со мной на колени. Мои руки дрожали, когда я поднесла их к его лицу, заставляя его посмотреть на меня.
Он был так молчалив...далеко, далеко от меня.
Это пугало меня.
Страх усилился, и мое лицо сморщилось, когда я снова начала рыдать. Моя грудь
– Не… уходи...
Не оставляй меня.
Не ненавидь меня.
Виктор молчал, его губы не шевелились. Он не дал мне своих слов, и я осталась с таким чувством, как будто только что потеряла что-то более важное, чем саму мою жизнь.
Мою силу.
Его.
Моего Виктора.
Неужели это оно? Уйдет ли он сейчас? Оставит меня здесь?
Мои разбитые, кровоточащие губы приоткрылись, и я почти умоляла.
Умоляла его остаться. Умоляла его любить меня.
Не успела я договорить, как Виктор зашевелился. Все еще держа меня на коленях, он протянул руку и открыл кран. Ванна начала наполняться теплой водой, и я не могла отвести взгляд, наблюдая, как вода поднимается, и чувствуя, как мое сердце бьется о грудную клетку, как яростный шторм.
Виктор не отпускал меня. Он прижимал меня к себе, моя голова лежала у него на груди.
Он тоже молчал. Его молчание резало меня сильнее, чем прикосновение Валентина. Я с трудом сдерживала слезы, грозившие пролиться снова.
Глотая свои крики, я тоже молчала.
Не оставляй меня.
Не ненавидь меня.
Пожалуйста.
Как только ванна наполнилась, он начал опускать мое обнаженное тело в воду. Мои мышцы ныли и протестовали от движения, но я заставила себя расслабиться в тепле. Взгляд Виктора прошелся по моему лицу, прежде чем опуститься ниже, остановившись на моей груди. Мой сосок горел там, где Валентин укусил меня. Мои губы тоже пульсировали. Все мое тело болело, пульсировало и ныло.
Я боролась с желанием спрятаться, скрыть свой позор. Мое дыхание превратилось в икоту, и я обхватила себя руками, пытаясь защитить свою наготу.
Я хотела бы чтобы Виктор был последним человеком, который видел меня такой.
Последним человеком, который видел, как мой муж осквернил меня...
И все же он был здесь ...
Он был свидетелем всего этого, и он все еще был здесь ... переживал последствия вместе со мной.
Виктор начал двигаться, но мои руки вцепились в него. Мои глаза встретились с его глазами, и я молча умоляла его.