Мафиози и его одержимость 2
Шрифт:
Два оргазма, и я знал, что ей нужно больше.
Блядь.
Ее губы приоткрылись, и она хотела мне что-то сказать…я не мог сказать точно.
Ее руки обвились вокруг моей шеи, и она потянула мою голову вниз. Ее губы коснулись моих ушей, и я услышал, как она прошептала:
– Виктор...пожалуйста...
Ее
Перевернув Валери на живот, я приподнял ее задницу. Вот тогда-то я и заметил это.
Под Валери, вот он. Сломанный. Разрушенный.
Бумажный лебедь.
Бумажный лебедь моей Валери. Тот самый, который я сделал своими руками и подарил ей много месяцев назад,
Наш символ нового начала...нашего начала.
Он лежал там… смятый и теперь бесполезный.
Такая красивая вещь, а теперь...уродливая.
Я крепко зажмурился и вздохнул, отказываясь сосредоточиться на этом.
Символ нас, теперь...символ того, что разбило нас.
Я крепче сжал ее бедра. Нет. Ничто не могло нас сломать. Мы были сильнее. Вместе мы были сильнее.
Открыв глаза, мое тело прижалось к ней, а затем я снова вошел в ее киску. Она запрокинула голову и беззвучно закричала. Ее бедра двигались вместе с моими, и я зашипел, одновременно любя и ненавидя то, как она крепко сжимала мой член.
Краем глаза я заметил, что Валентин снова приближается к кровати. Он разрушил чары, маленький пузырь, в котором находились мы с Валери; он разрушил его.
Он встал на колени, и его член был прямо перед ее лицом.
Валери всхлипнула, склонив голову, и я понял, что он собирается сделать.
Он собирался заставить ее сосать его, пока я трахаю ее.
НЕТ, БЛЯДЬ.
Я зарычал в ответ, когда увидел, как он приближает свою твердую длину ближе к ее рту. Мои губы скривились, и я оскалил зубы.
Он вздрогнул, его глаза расширились от моего проявления ярости.
– Убери свой бесполезный
Валентин усмехнулся. - Ты, кажется, забыл. Она моя жена.
Я мрачно рассмеялся, полностью отстраняясь от Валери. - Твоя жена?
Крепче сжав ее бедра, я толкнулся вперед и врезался прямо в ее скользкий канал. Так чертовски глубоко, что у нас обоих перехватило дыхание.
– Мой член сейчас так глубоко внутри ее влагалища, что она даже забыла, что она твоя жена, - язвительно сказал я. - Твоя жена. Валентин, я трахаю твою жену, а ты будешь смотреть, пока я не закончу. И поверь мне, я даже не близок к тому, чтобы покончить с ней прямо сейчас.
Он открыл рот, чтобы возразить, но я оборвал его. Толчок. Валери была слишком слаба, чтобы удержаться на ногах, но я держал ее в своих объятиях.
– Смотри, как я ее трахаю. Ты дал мне разрешение, и я довольно собственнически отношусь к кискам, которых трахаю. И прямо сейчас я испытываю сильную симпатию к твоей жене. Ты сам виноват, что предложил ее на гребаном серебряном блюде.
Валентин нахмурился, его губы сжались в прямую линию. Он не был счастлив, но очень жаль, ублюдок.
– Я позволю тебе наслаждаться ею, Константин. Только потому, что я сегодня в хорошем настроении.
Пошел ты.
Я по-волчьи улыбнулся. Мысленно планируя его смерть, я продолжал двигаться внутри Валери. Каждый раз, когда она сжималась, я стонал. Она пульсировала, и я тоже.
Когда я больше не мог этого выносить, я перевернул ее еще раз, пока она не оказалась на спине. Я подтянул ее бедра к груди, держа под коленями. Она была широко открыта для меня. Ее усталые карие глаза пристально смотрели в мои.
Я с тобой.
Доверься мне. Пожалуйста.
Едва заметный кивок, и я снова оказался внутри нее.
Наш трах был почти животным. Грубый, глубокий…Но мне было все равно. Валери, похоже, тоже было все равно. Она обхватила меня ногами и прижала к своему телу, удерживая мой член глубоко внутри себя. Я снова рванулся вперед, а затем накрыл рот, захватывая ее губы с настойчивостью, о которой даже не подозревал. Мне просто нужен был мой член глубоко в ее влагалище, чтобы она могла чувствовать меня в течение нескольких дней. Меня... Не его...