Люди слова

Сотников Игорь

И видимо «капитана» Мирбуса чрезвычайно заинтересовала эта прозвучавшая в словах мистера Брауна упрямая напористость, раз он налившись в глазах кровью, решил проверить её крепость.

– Мистер Браун! – Низким голосом отбил имя этого мистера Мирбус. – Не успею я досчитать до пяти, как вы сами выпрыгните за борт. – И что интересно, так это то, что как бы ни страшно выглядел «капитан» Мирбус, мистер Браун вдруг проявил отчаянную настойчивость и, сверкнув глазами, посмотрел на Мирбуса и заявил. – Да считайте. Меня этим не убедить. – И как только мистер Браун таким дерзким образом бросил вызов капитанству «капитана» Мирбуса (а это по сути, так и было), то все находящиеся на этом пятачке корабля люди замерли и, направив свои полные внимания взгляды

на Мирбуса, принялись ждать его ответных действий. И они неминуемо последовали – «капитан» выставив вперёд свою руку, начал своё отсчёт.

– Раз. – Загнув мизинец, глядя на мистера Брауна произнёс Мирбус. На что мистер Браун только усмехается, правда, не очень уверенно и весело.

– Два. – Загнув безымянный палец, произносит «капитан» Мирбус и всеми здесь стоящими начинается чувствоваться, как нарастает напряжение на не сводящих друг с друга взглядов, лицах мистера Брауна и Мирбуса.

– Три. Мы перешли экватор. – Загнув средний палец, усмехнулся после своего словесного дополнения Мирбус, что, тем временем ещё больше накаляет обстановку. При этом «капитан» Мирбус не спешит загибать свой следующий палец, а, внимательно смотря на мистера Брауна, ждёт от него его благоразумия. Но мистер Браун, как несгибаемо стоял, так и стоит упорно глядя на Мирбуса. И тому ничего другого не остаётся делать и, он взяв рукой четвёртый по ходу счёта указательный палец, уже было приготовился загибать его, как вдруг мистер Браун, видимо не выдерживает этой задержки и срывается на свои нервные слова.

– Если вы мистер сбились со счёта, то я могу вам помочь и напомнить. Четыре! – И не успевает мистер Браун истерично озвучить число счёта, где он при этом собирался, выставив вперёд свою руку произвести этот подсчёт на ней, как вдруг к полной неожиданности всех присутствующих людей и главное, самого мистера Брауна, челюсти Кича смыкаются на его выставленной вперёд руке. На что мистер Браун рефлекторно резко одёргивает свою руку на себя. Но как тут же им и всеми выясняется, уже поздно и его не загнутые пальцы остаются в пасти Кича, тогда как сам не успевший этому поверить мистер Браун, получив от себя такое резкое ускорение, не справляется со своей неуравновешенностью и как обещал «капитан» Мирбус, летит за борт освежиться.

– Мне кажется, что мистер Браун слишком самонадеян, раз решил без страховочной верёвки пойти освежиться. – Поставил точку на судьбе мистера Брауна, на этот раз капитан без кавычек Мирбус.

«Но почему я об этом совершенно забыл?», – растирая вдруг разболевшуюся голову, попытался ответить на этот так неожиданно возникший вопрос Алекс, но прозвучавшее в устах мисс Ми его имя, заставило Алекса отвлечься от себя и удивлённо посмотреть на нашедшуюся, в своё время бросившую его на произвол судьбы мисс Ми. Правда сейчас ему не удаётся задать все те вопросы, которые он непременно хотел бы задать мисс Ми – он прикреплен к мисс Ми и мистеру Ворону на сеанс «откровения», после которого, а ещё лучше во время которого, можно и будет с них спросить за всё.

«С одной стороны, конечно, это удивительно, что в процессе моего собеседования будет участвовать, не как положено один одитор, а сразу два, но с другой стороны, они видимо учитывают мою степень очищенности и подготовленности к подобным сеансам «откровения» – практике, где через цепь задаваемых вопросов находится вредящий и мешающий развиваться человеку инцидент, после чего его нейтрализуют и спрашиваемый, его ещё в других практиках называют преклир, очищается – и не рассчитывают на то, что один на один кто-то из них со мной сможет справиться. – Размышлял Алекс, следуя вслед за ведущей его по коридорам дома нового слова мисс Ми. – Но для этого им нужно будет придумать что-нибудь необычное», – улыбнулся Алекс остановившись у дверей ведущих в его собственный кабинет.

«Ну, это хоть и интригует, но не настолько, чтобы сбить меня с мысли», – улыбнулся Алекс заходя в свой кабинет вслед за мисс Ми. После же того как дверь кабинета закрыл за собой

мистер Ворон, Алекс быстро пробежался взглядом по кабинету, где и обнаружил, что кто-то в нарушении всех правил, позволил себе без его спросу проникнуть внутрь кабинета и внести сюда свои изменения – на рабочем столе лежал большой комок разноцветного пластилина (Алекс уже слышал о новой практикующейся в центре программе «Ключ к жизни», где практикующемуся выдавалась книга с одними картинками и пластилин, где он на основе своего видения предлагаемых ему на рассмотрение картинок, должен был слепить ключевые слова – так формировалась его образность мышления).

– И что же вы хотите, чтобы я слепил? – усмехнулся Алекс, обращаясь к мисс Ми.

– Человека! – вдруг оглушающе рявкнул мистер Ворон, и не успел Алекс понять, что это его сейчас так оглушило, как он снесённый мощным ударом мистера Ворона полетел на пол. После чего начался долгий изматывающий обе стороны разговор по душам, такая в понимании мисс Ми их беседа с Алексом, где ответом на один и тот же заданный мисс Ми или сменяющего её мистера Ворона вопрос: «Назови свой инцидент!», – были его стоны и с летающие с лица Алекса брызги крови.

Когда же мистер Ворон уставал бить, за дело бралась мисс Ми и, используя прихваченную с собой стальную линейку, наотмашь делала на лице Алекса свои замеры, после чего через определённый ею отрезок времени, объясняла Алексу насколько долго будет продолжаться это собеседование:

–Мы будем спрашивать тебя до тех пор, пока ты не найдёшь в себе мешающий тебе двигаться дальше инцидент.

На что следовал неизменный ответ Алекс: «Вы мой инцидент!», – который как правило не устраивал спрашивающую сторону, и Алекс вновь и вновь отравлялся через удары на пол. Где ему долго отдыхать времени не давали и, мистер Ворон сменив подуставшую мисс Ми, заново брался за Алекса. Правда мистер Ворон при своём ведении собеседования, иногда допускал отклонения от основного выбранного курса и в пылу увлечённости, скорее всего, чтобы самому от частого повторения своего вопроса (все знают, что если одно и тоже слово повторять бесконечное количество раз, то оно теряет для говорящего свой смысл) не забыться, отвлекался на другие вопросы.

– Какое третье правила кодекса одитора? – нервно задавал свой вопрос мистер Ворон и тут же сам на него отвечал. – Используйте те процессы, которые улучшают кейс преклира. А судя по твоему кейсу, мы всё делаем правильно. – Посмотрев на заплывшее лицо Алекса, смеялся мистер Ворон.

– Что, хочешь, чтобы мы на этом закончили? – вновь спрашивает Алекса мистер Ворон. На что опять сам и отвечает. – Девятое правило кодекса гласит – Никогда не позволяйте преклиру завершать сессию по его собственному независимому решению. – Но на этот раз водружённый на стул Алекс не промолчал, а приподняв голову, сквозь слой из крови и слюны наполнивших его рот, невнятно проговорил. – Шестна…ттое.

– Что-что ты сказал? – наклонившись к Алексу, спросил его удивлённый мистер Ворон.

– Правило номер шестнадцать. Всегда поддерживайте двухстороннее общение с преклиром во время сессии. – Уставившись заплывшими глазами на склонившееся к нему лицо мистера Ворона, проговорил Алекс и к полной неожиданности того, своим коленом резко нанёс удар ему в подбородок. Чем вызвал зубовный, даже не скрежет или треск, а какой-то отзвон столкнувшихся между собой зубов верхней и нижней челюсти мистера Ворона, который так неосмотрительно для себя, в таком разговоре на повышенных тонах не придержал рот закрытым. Ну и как следствие этой неосторожности, слом челюсти и падение на пол теперь уже белого как полотно мистера Ворона. И, конечно, такое положение вещей или бытия мистера Ворона на полу, вызывает резкое неприятие и ярость у подскочившей и ещё толком не передохнувшей мисс Ми, готовой за такое спекулирование правилами кодекса одитора, тут же свернуть Алексу голову. К чему она и собралась приступить, схватив свою всю в крови линейку, если бы её не остановил вдруг раздавшийся грозный голос.