Любовь в награду
Шрифт:
Ровно в десять Никки выпила кофе и еще раз просмотрела список адресов: дома, которые могли бы подойти Нейлу Гамильтону. Всего их было двадцать три. На то, чтобы показать их, ушла бы целая неделя, так что список надо было сократить. До кабинета доносились голоса — высокий, принадлежащий Джен, и низкий, глубокий, который Никки запомнила еще в тот день, когда говорила с Нейлом Гамильтоном по телефону.
Никки встала, чтобы поприветствовать его, и замерла, пораженная. Мистер Гамильтон был не много старше, чем она ожидала. И совсем
— Да, — произнес мужчина, — вы полностью соответствуете своему голосу.
А вы нет, подумала Никки удивленно. Но, может быть, именно поэтому он не снимался в кино, а занимался автомобильным бизнесом. Потому что есть еще один такой же...
— Очень рада с вами познакомиться, — сказала она. — И простите меня за вчерашнее отсутствие. Я подготовила для вас довольно большой список, поэтому хотела бы начать с того, какие детали вы считаете необходимыми для вашего будущего дома. Нет смысла смотреть на что-то, что не удовлетворяет ваших потребностей.
— Если вы так считаете, мисс Маршалл, — могу я называть вас Никки? — тогда я просмотрю список. В конце концов, я планирую жить в этом доме не один год. И могу потратить на выбор дома столько времени, сколько понадобится.
— По телефону, — сказала она спокойно, — вы высказали пожелание, чтобы в вашем доме был кабинет, столовая для проведения больших приемов и по крайней мере три спальни.
Он кивнул.
— Вы предпочитаете какой-то определенный архитектурный стиль?
— Я не думал об этом, — ответил мужчина, пожав плечами. — Я всегда жил в квартирах, гостиницах и мотелях.
— И никогда в особняках? — Никки старалась быть спокойной. — У вас никогда не было собственности?
— Вот именно поэтому я и хочу приобрести дом.
— Тогда давайте начнем с обсуждения некоторых особенностей вашего дома.
Она откинулась в кресле и посмотрела на корзинку с ребенком. Анна спала примерно полчаса. Может быть, Никки повезет, и малышка будет спать, даже когда она возьмет ее на руки, чтобы отнести в машину...
Было уже темно, когда она вместе с Нейлом подъехала к офису по продаже недвижимости, где весь день оставалась ее машина. За восемь часов Никки успела сменить Анне четыре подгузника, покормить ее и показать своему миллионеру шесть домов в разных районах города.
Она потянулась за мобильным и набрала домашний номер Лауры.
— Сет? — спросила Никки. — Это ты?
— Ага. Как ты там?
— Я удивлена тем, где ты сейчас.
— Нас тут вообще-то двое. На данный момент
— Ты же сказал, что она безнадежна. Ну да не важно, расскажешь позже. Я работаю, а чем, ты думал, я занимаюсь?
— Я бы не удивился, если бы ты пошла куда-нибудь потанцевать со своим миллионером.
— Он вообще-то приглашал меня на обед. А ты мог бы позвонить мне с сотового.
— Я забыл спросить у тебя номер.
— О, полагаю, в этом мы оба преуспели, потому что у меня тоже нет твоего. Лаура оставляет список нужных телефонов на дверце холодильника. Я хочу заказать пиццу. Пепперони с сыром подойдет?
— Моя любимая. А ты говорила, что между нами нет ничего общего... Я думал, миллионер поведет тебя обедать.
— Я же говорила, что он пригласил меня. Буду дома, как только сделают пиццу. — Никки отключила мобильный и посидела еще немного. Буду дома... Хорошо, что Сет не обратил внимания на эти слова, а то бы он уже натягивал ботинки, готовясь удрать. Буду дома — очень похоже на намек на семейный очаг.
Если бы того не требовали правила приличия, Никки съела бы свою половину пиццы еще по дороге домой. Даже Анна оживилась, почувствовав острый запах пепперони и томатного соуса. В знак протеста против того, что ее весь день таскали туда и обратно, она вдруг захныкала.
— Даже не думай выпросить у меня кусочек пепперони, — сказала Никки. — Ты ела макароны с мясными шариками. Помнишь? Ты должна меня слушаться.
Она первым делом понесла в дом Анну, но уже на пороге застыла от удивления. В кухню было не пройти, потому что прямо на проходе возвышалась посудомоечная машина.
Собственно говоря, теперь посудомоечных машин было две: старая, которая перегородила проход, и новая, застрявшая между стеной и шкафом.
— Лауре понравятся такие перемены, — сказала Никки. — Я имею в виду, перелезать через эту громадину, чтобы добраться до задней двери.
— Прости, — сказал Сет виновато. — Я собирался убрать ее до того, как ты вернешься.
— Ничего. Просто возьми у меня Анну или открой парадную дверь, пока я обойду дом.
Он вытер руки о джинсы и взял малышку. Зак тут же выполз на четвереньках из-за угла, а Анна, вырываясь из рук Сета, закричала что-то непонятное.
Никки щелкнула пальцами.
— Так вот что ты имела в виду! Она говорила это весь день. Я не сообразила, что она просто хотела знать, где ее брат. — Никки посмотрела на Анну, которая обнимала Зака, задыхаясь от радости.
Малыш был покрыт красными пятнами. Они выступили у него на лице, на лбу и шее.
— Что случилось с Заком? — испугалась Никки.
— Не паникуй. Это ненадолго. Ну, вообще-то это не скоро сойдет. Он изрисовал себя маркером, но я уверен, что рано или поздно это отмоется.
— Ты дал ему маркер поиграть?
— Конечно, нет. Как и чертежи, которые он решил все-таки сжевать.
— Да, не повезло тебе, — улыбнулась Никки. — Остановись на минуту, я сбегаю за пиццей. Подозреваю, что мне понадобится подкрепиться, чтобы выслушать эту историю до конца.