Любовь по расчету
Шрифт:
Наталья усмехнулась, покивала.
— Я поняла, это будет небольшим спектаклем, — сказала она.
— Совершенно верно, Наталья Евгеньевна. Это будет спектакль, в котором нам с Иваном Фёдоровичем предстоит сыграть роль проигравшей стороны. Процесс пройдет быстро и безболезненно. На имущество Ивана Федоровича будет наложен арест. Если госпожа Глушевская решит подать на развод в ближайший месяц, она не сможет переоформить имущество на себя до того, как решение по вашему иску о признании брачного договора недействительным,
— Хорошо, — покивала Наталья, перекинула ногу на ногу. — А что потом?
— Потом, после того, как пройдет суд, решение вступит в законную силу, случится развод и стихнут страсти, мы переоформим имущество в собственность Ивана Федоровича или других доверенных лиц.
— Вы составили иск? — спросила Наталья.
— Да. Проект искового заявления готов, — ответил юрист.
— Можно почитать?
Алексей глянул на Ивана Федоровича. Тот кивнул в знак согласия.
— Можно, — Алексей достал из папки заявление на десяти листах.
— Ух ты! Его долго читать, — отметила Наталья, полистав документ.
— Ничего страшного. Мы не торопимся, — робко улыбнулся Иван Федорович.
— Хорошо, — Наталья наигранно улыбнулась. — В таком случае, я ознакомлюсь. С вашего позволения.
Наталья минут тридцать читала иск, перечитывая некоторые абзацы по нескольку раз. Иван Фёдорович внимательно наблюдал за ней.
— У тебя есть еще вопросы? — робко спросил Иван Федорович, когда Наталья положила документ на столик рядом с креслом.
— Да. Есть. Но будет лучше, если мы обсудим этот вопрос наедине.
— Хорошо, — Иван Федорович посмотрел на юриста и прибавил: — Алексей, спасибо. Можешь нас оставить. Я тебя позову.
Алексей слегка кивнул в знак согласия и вышел из офиса, захватив с собой папку с документами.
— Иван, — сказала Наталья, когда щелкнул замок офисной двери, — я хочу, чтобы ты был честным со мной.
Иван Федорович настороженно посмотрел на Наталью.
— Я максимально честный с тобой, — сказал он.
— Хорошо, — Наталья слегка улыбнулась и спросила: — Сколько имущества ты должен отдать супруге при разводе по брачному договору?
Иван Федорович нервно усмехнулся, немного помолчал, потом перечислил все то имущество, которое упомянуто в брачном договоре. Наталья невозмутимо слушала, наблюдая, как ерзает Иван Федорович. Надо отдать должное — Боровски сказал как есть.
Наталья выслушала бывшего мужа, убедившись, что тот не приврал, закинула ногу на ногу и поправила волосы.
— Я хочу уточнить цену вопроса, — помолчав, сказала Наталья.
Иван Федорович приподнял бровь, встал.
— Давай уточним, — сказал он.
— Сколько я получу за помощь тебе?
— Я вроде бы говорил в прошлый раз — десять миллионов.
— Думаешь, это справедливо? — Наталья пристально посмотрела в глаза бывшему мужу.
Иван
— Сколько ты хочешь?
— Хотя бы третью часть того имущества, которое отсужу.
Иван Федорович округлил глаза.
— Третью часть имущества, которое отсудишь? — переспросил он, будто не расслышал.
— Да. Мне кажется, это будет честно. — Наталья невозмутимо смотрела на Ивана Федоровича.
— Нет, Натали. Это грабеж средь бела дня. Я обратился к тебе за помощью, а ты решила нажиться.
— Думай, как хочешь, — Наталья скрутила губы трубочкой. — На меньшую цену я не соглашусь. Ты потеряешь больше, если я откажусь помогать.
— Ты права, — покивал Иван Федорович, сжимая челюсти. — Я потеряю больше, если… — Он побарабанил пальцами по колену. — Понять только не могу, почему ты так…
Иван Федорович подошел к панорамному окну, немного подумал, потом спокойно заговорил:
— Мы прожили пятнадцать лет вместе. За эти пятнадцать лет я ни разу тебя не обидел, ни в чем тебе не отказывал. Мы объездили полмира. Бывали на курортах по четыре раза в год. На твоем счету всегда были деньги, и ты всегда тратила их по своему усмотрению. Тратила иногда безрассудно, но я ни разу… ни разу тебя не упрекнул. И мне не понять, почему ты сейчас, когда я тебя попросил помочь, решила воспользоваться и…
Иван Федорович говорил тихо, спокойно и вдумчиво, хотя внутри горел от злости.
— Знаешь, Иван, ты также пользовался мной, моей красотой, моей молодостью, как я твоими деньгами. Ты ни в чем никогда мне не отказывал, но и я платила той же монетой. Была рядом с тобой не только, когда деньги фонтаном били из твоих карманов, но и в трудные минуты. Не думаю, что ты забыл. Да и потом. Возможно, во мне говорит обида, но мне также не понять, почему ты этой молодой девчонке отдал то, что приобрел со мной в браке, а не с ней. Почему? Потому что Любонька оказалась красивее? Моложе? Или, может, потому, что за Любонькой стоял дядя? Ты готов был ей обеспечить безоблачное и беззаботное будущее, разведись вы по твоей инициативе ради очередной куколки. А меня выгнал из нашего дома… И крутись, Натали, как хочешь. Твоя роль сыграна.
— Я тебя не выгонял. Попросил уйти. При чем, напомню, — не на улицу, а в трехкомнатную квартиру в элитном доме… Я дал тебе денег. И готов был и дальше помогать тебе, окажись ты в трудной ситуации…
— Мне, Иван, было больно. И какова цена этой боли? Миллион? Два? Я ни разу не показала тебе свою боль, но она была, в душе.
— Ну да. Ты так горевала, что в тот же день приютила у себя этого смазливого молокососа, — вспылил Иван Федорович.
— Ты о ком?
— Не прикидывайся.