Любовь по расчету
Шрифт:
— Айда, по коням! — скомандовал Сергей Валерьевич, когда понял, что все наговорились и выпили чай.
Лесная прогулка на породистых и послушных кобылах, впрочем, как и ужин по приезду домой, выдалась на славу.
Наталье понравился отдых от первой до последней минуты. Давид располагал к себе Наталью не только трепетным отношением, но и манерой вести себя на людях. Он не сказал ни одного лишнего слова. В его поведении, как всегда, ни грамма пошлости и море благородства, океан доброжелательности и чуткости. Он сделал все возможное, чтобы его друзья
Езда верхом погрузили Наталью в воспоминания о детстве, как ездила с родителями в деревню к дедушке и бабушке, проводила время в конюшне, в которой дедушка работал помощником. Там, собственно, она и научилась верховой езде. После прогулки компания отужинала в большом загородном доме, выпили не одну бутылку вина, разговаривая, о чем только можно в кругу друзей. У Натальи сложилось чувство, что она знакома с этой чудесной семьей очень давно. И на прощание выразила искреннее желание увидеться в скором времени.
Наталья и Давид вернулись в особняк в первом часу ночи. Наталья поблагодарила Давида за прекрасный день, полный эмоций и впечатлений.
— Да, великолепно отдохнули, Наташенька. Мне очень понравилось. Ты устала?
— Очень. Жуть как хочу спать.
— Я сам едва стою на ногах! — Давид улыбнулся и прибавил: — Завтра поговорим. Напомни, во сколько самолет?
— В час дня надо быть в аэропорту.
— Я понял.
Наталья улыбнулась, пожелала доброй ночи, приобняла и поцеловала Давида в щечку и пошла в комнату. Три минуты душ и мягкая постель. Сон пришел тут же, без прелюдии.
30.
Наталья беспробудно спала до самого утра. В семь тридцать зазвонил будильник. Наталья услышала мелодию, но глаза не спешила открывать. С удовольствием понежилась бы в постели еще часок-другой. Но пора вставать. Нужно привести себя в порядок, позавтракать, а, может, и вовсе только выпить чашечку кофе и… поговорить с Давидом. Наверняка захочет узнать, когда Наталья переедет в Москву. Еще день назад она была уверена, что с переездом в Москву помедлит, если получится, а теперь думала наоборот — ей не терпелось продолжить путешествие в мир «богатых и счастливых». Дело оставалось за малым — как можно скорее и красиво разорвать отношения с Пашей.
«Паша…» — вздохнула Наталья, вспомнив молодого парня, и накрылась простыней с головой.
Мысли о Паше, так ей сейчас не нужные, сами лезли в голову. Вспомнила, как Паша признался в любви, как целовал ее, прикасался губами к каждому сантиметру тела. Вспомнила возбуждающий до мурашек голос, шепот… безумные страстные ночи и множественные оргазмы … Наталья возбудилась, промежность набухла. Она откинула простыню, руки скользили по телу.
— Паша… — едва шевеля губами, простонала Наталья, раздвинула бедра и запустила руку в трусы.
Нет. Она не готова отказаться от сладкого.
<…>
— Доброе утро! — поздоровалась Наталья с Давидом, когда вошла в кухню.
Давид
— Доброе утро, Наташенька! — Давид оторвался от плиты, подошел к Наталье и чмокнул в щечку. — Как дела? Как спала сегодня?
— Отлично! Спала как убитая.
— Прогулка пошла на пользу, — Давид мельком глянул на Наталью. — Ты очень голодна?
— Пока была в спальне, думала только выпью кофе. Но теперь, — Наталья повела носом по воздуху, — учуяв аромат, могу сказать точно — я голодна. Пахнет о-о-очень вкусно, — Наталья присела на стул.
— Да. В этот раз решил угостить тебя рыбой и овощами на пару с соусом.
Наталья хитренько улыбнулась, прикусила губу:
— Ты на Бали был очень внимательным к тому, что я ем, — сказала она.
— Я всегда такой. Внимательный к мелочам. Замечаю все, даже то, что хотят скрыть… или то, о чем молчат, — Давид загадочно посмотрел на Наталью и прибавил: — Поговорим?
Наталья опустила глаза, немного помешкала, потом согласно покивала головой.
— Думаю, это будет правильно. Я запуталась, Давид, — сказала она. — И если ты спросишь меня, готова ли я переехать в Москву, боюсь, я не смогу тебе ответить сейчас. Я понимаю, мне надо поторопиться, но… — Наталья вздохнула.
Давид молча выслушал, немного подумал.
— Самое страшное в любовных делах — торопиться, Наташенька, — Давид присел рядом с Натальей, взял ее за руку. — Я хочу, чтобы ты знала — я тебя не тороплю. Я хочу, что твое решение было осознанным. Понимаешь? Мне будет больнее узнать от тебя спустя время, что ты приняла решение впопыхах. Не надо так. Если тебе нужно время, я подожду.
Наталья подняла голову, посмотрела в глаза Давиду.
— Спасибо! Я обещаю, что не заставлю тебя долго ждать.
Давид улыбнулся, встал и подошел к плите. Кофе почти готов.
— Тебе понравились мои друзья? — спросил он.
— Я в восторге, Давид! — бодро ответила Наталья, взглядом поблагодарив Давида, что он не стал мучить ее вопросами и расспросами. — У меня такое чувство, что знаю друзей сто лет. Очень приятная семья. Душевная компания. И такие веселые. У меня челюсти болели — я давно так не смеялась. Когда за ужином ты и Сергей рассказывали, как ходили вместе на охоту, думала, умру со смеху. Сергей так живо показывал, как упал в грязь, как ты его вытаскивал и поскользнулся сам… — Наталья засмеялась.
— О, да! Сергей — рассказчик великолепный.
— Никогда не забуду вчерашний день, — успокоившись, прибавила Наталья.
— Я очень, очень рад, что тебе понравилось.
У Давида не возникло ни малейшего сомнения, что Наталья искренна с ним и ей пришелся по душе вчерашний отдых.
— В следующий раз познакомлю с другим моим товарищем, профессором. Анатолий Анатольевич. Мы зовем его по отчеству — Анатольевич. С ним у тебя улыбка не сойдет с лица ни на секунду. Он шутник еще тот. Жена у него — такая же. Ума не приложу, как они живут друг с другом рука об руку. Оба — остряки. Но с ними не соскучишься.