Любовь или опека

Diana Panamis

— Никогда не думала, что мокрое платье настолько тяжёлое.

— Теперь я думаю, вы вспомните об этом, когда следующий раз решите искупаться в фонтане.

— Уж это то, я точно не забуду, — еле перебирая ногами, предположила девушка.

— Как и я, — усмехнулся лорд.

— Вы сказали, что думали, что я буду в истерике? — вспомнила она. — Почему?

— Во время нашего или вернее сказать вашего, разговора с Викторианом, мы все поняли, что Дебуа вас обидел.

Шеридан пыталась вспомнить, что именно из сказанного могло указать на обиду. Она вспомнила фразу про медведей.

— Не спорю, я психанула. Это от того, что у меня ничего не

получается с этими танцами, как бы сильно я не старалась. — Она улыбнулась. — Зато теперь, я точно знаю в такой ситуации, мне необходимо направляться к фонтану.

— Замечательно, вот завтра с утра вместе с Дебуа туда и отправляйтесь. — Шеридан в недоумении на него посмотрела. — В тот самый момент, когда я решил прийти вам на помощь, Викториан вызвал беднягу к себе в кабинет.

Шеридан остановилась, — Что значит к себе, зачем?

— Я думаю это очевидно.

«Месье Дебуа нужно спасать», — пронеслось у неё в голове. Она что есть сил, насколько это было возможно в мокром платье, побежала к дому. «Влетев» в кабинет Шеридан остановилась, необходимо отдышаться, а отсутствие Дебуа означало, что она не успела. Викториан с Элоизой уставились на неё, мокрое платье, вся запыханная, это наводило совсем не на хорошие мысли. Герцог поднялся, боясь даже предположить, что могло произойти с ней.

Шеридан прервала его, вытянув руку вперёд.

— Что вы наговорили Месье Дебуа? — всё ещё запыхавшись, спросила девушка.

Бровь Викториана удивлённо поползла вверх. Подоспевший лорд Харрисон, тихонько прошептал Элоизе на ухо, — думаю нам лучше оставить их наедине. Им просто необходимо поговорить. — Элоиза с трудом отвела взгляд от Шеридан и согласно кивнув, они тихо покинули кабинет, закрыв за собой дверь.

— Меня больше интересует, — он подошёл ближе, — почему вы в таком виде? — Он обошёл вокруг неё, осматривая мокрое платье. К тому времени Шеридан уже отдышалась и могла нормально говорить.

— Я спросила, что вы наговорили Месье Дебуа? — повторила свой вопрос девушка.

— Ладно, раз уж вы так хотите, я отвечу. Но, и вы ответите на мой вопрос. — Он прошёл и присел на край стола, сложив руки на груди. Шеридан кивнула.

— Я всего лишь, указал Месье Дебуа, что он учитель и, если и дальше хочет им оставаться, то должен следить за тем, что делает и говорит.

— О! Как на вас это похоже, указывать людям, что им делать! — Шеридан мерила шагами комнату.

— Вообще-то, я ожидал ответа на свой вопрос, — всё также спокойно, не отрывая от неё взгляда, сказал герцог.

— Почему вы считаете, что имеете право вмешиваться?!

— Начнем с того, что будучи вашим опекуном, я имею полное право требовать соответствующего обращения и с вами.

Шеридан остановилась, — я совсем забыла, что ваш титул даёт вам это право, тем самым лишая обычных людей, их собственных прав. Не так ли ваша светлость?! — внутри её всё бушевало, — Но уверяю вас, что мне совершенно наплевать на этот ваш титул! Мне важно добиться уважения, ни как протеже герцога Ровендейла, а как обычного человека, я имею на это право!

— Конечно имеете, — он встал и медленно подходя к ней продолжал, — но не будь этого самого титула, вам не было бы никакой необходимости, заниматься ни танцами, ни французским, так как, никакого выхода в высшее общество, вам бы не светило. — Он остановился рядом с ней, Шеридан выглядела смешно и нелепо в этом мокром платье, но при этом ни менее соблазнительно.

— Вы не думали, — она посмотрела ему

в глаза, — что кроме вашего высшего общества, существуют ещё и обычные люди. Которые также могут изучать французский и эти ваши глупые танцы.

— Возможно, — он стал так близко, что ощущал исходящее от неё тепло, — но вряд ли их обучают лучшие мастера своего дела. — Соблазн прикоснуться к ней, был слишком велик и он поддался искушению, коснулся выбившейся пряди волос, заправил её за ухо. Шеридан отступила на шаг, но Викториан приблизился снова.

— Слава Богу, — теряясь под его пристальным взглядом, — я не принадлежу к вашему обществу.

— От чего же, вам так ненавистна сама мысль принадлежать к нашему обществу? — Он подошёл ещё ближе, — к моему обществу.

Шеридан смотрела на пуговицы от его рубашки, чтобы заглянуть в его глаза нужно поднять голову, но он стоит так близко что, посмотри она на него, их лица встретятся и…

Девушка отступила ещё на шаг, герцог вместе с ней, она отступила ещё и ещё, пока не наткнулась на стену позади. Викториан усмехнулся, видя её реакцию на его близость, о своей реакции на её близость он старался не думать.

— Так, почему же вы не желаете принадлежать к моему обществу? — соблазнительно тихим голосом спросил он.

Викториан надеялся таким образом избежать конфликта. И у него это получилось, только теперь необходимо побороть, непреодолимое влечение и желание, которое нарастало, пульсируя в чреслах. В начале разговора он понял о необходимости перехватить инициативу в свои руки, дабы избежать ссоры. Но всё вышло из-под контроля.

Шеридан набралась смелости и взглянула в эти глаза, сердце забилось где-то в районе горла, ладони вспотели, а губы резко пересохли. Викториан чувствовал, как при дыхании вздымается её грудь, так близко они стояли и это лишало его здравомыслия. Облизав губы Шеридан, слишком поздно поняла о своей ошибке, он больше не мог совладать с собой, застонав, он прильнул к этим нежным губам. Поцелуй был нежным и одновременно настойчивым. Как же он соскучился по ней, по её губам, запаху кожи и теперь наслаждаясь, пробовал каждую частичку её сладких губ. Шеридан робко ответила на поцелуй, Викториан прижался ещё ближе, она почувствовала силу его желания. Неведомые ощущения внизу живота нарастали и пульсировали там, где средоточие всего наслаждения. Викториан прервал поцелуй, но не отстранился, их дыхание участилось, когда он заговорил, его дыхание щекотало ей губы. — Шери, ты мой личный наркотик, — он слегка прикусил губу Шеридан, она тихо застонала. И он снова поцеловал её долгим, страстным поцелуем. Трепеща в объятиях, Шеридан коснулась его щеки, лёгкая щетина приятно покалывала пальцы. Она позволила себе немного больше и запустила руку ему в волосы, притягивая тем самым его ещё ближе. Это прикосновение вернуло Викториона к реальности, он отстранился и отвернулся от неё, поправив рубашку подошёл к бару, налил виски и одним глотком осушил стакан, налил ещё. Не оборачиваясь, не глядя на Шеридан он заговорил, — Вы мне так и не ответили, — на удивление спокойно спросил он, хотя внутри у него бушевал «ураган». От равнодушия сквозившего в каждом слове, сердце девушки разлетелось на мелкие куски. Пытаясь унять дрожь, Шеридан посмотрела на него, осознание произошедшего не заставило себя ждать, румянец стыда казалось, залил не только щёки девушки, но и всё её тело, настолько велик он был. Собрав все силы, чтобы как можно равнодушнее звучал голос, Шеридан уточнила, — Какой именно? Помнится мне, вы задавали два вопроса?