Любовь и прочие яды
Шрифт:
Магистр Ортон окинула восторженно внимающий класс хитрым взглядом:
– По этой части есть вопросы?
Взлетел лес рук. Ну еще бы – такая животрепещущая тема. Тут не то что вопросы, тут жажда науки проснется.
– А что происходит в случае употребления одной дозы? – спросила Мари – моя рыжая подруга и еще полгода назад довольно пухленькая девчушка. Мари весьма трепетно относилась к своему стремительно уменьшающемуся размеру и каждый раз, прорезая новую дырку в казенном ремне, чуть не плакала – ежедневные тренировки не щадили никого.
– Как правило, через некоторое время действие зелья заканчивается, и у потерпевшего случается откат. От неприязни до ненависти.
– А если, например, поить зельем и антидотом каждые три дня? – это уже вопрос от Логана. Когда мы познакомились, он был угловатый и невозможно неловкий, а теперь этот жилистый красавчик самый шустрый бегун на потоке.
– О, как замечательно, что вы об этом спросили, – улыбнулась преподавательница. – Конечно, так делать можно. Скажу больше – так довольно часто делают. Некоторые от незнания, некоторые преднамеренно. При многократном использовании зелья и антидота сила последствий соразмерно увеличивается. В девяти случаях из десяти отравленный убивает отравителя.
Магистр Ортон всегда мило улыбалась, даже когда в красках рассказывала жуткие последствия всякой заживо разлагающей дряни. Что уж говорить об условно-безвредном приворотном зелье, проходящем по статье «причинение вреда средней тяжести». А вот лес рук как-то сам собой пропал.
– Еще вопросы?
Вопрос был у меня и, как ни странно, у Винсента. Парень сделал уступающий жест, мол, дамы вперед. Я невольно вскинула бровь. Манеры у мага? Впервые вижу…
– Хельга, твой вопрос.
– «Мгновенная любовь» и правда мгновенная? Какова скорость интоксикации?
– Винсент? – кивнула преподавательница на моего соседа по парте.
– Тот же вопрос, – ответил он своим низким голосом с легкой хрипотцой. По классу прокатился восхищенный девичий вздох. Да что б вас! Меня точно скоро прикопают под особо зловредным деревом, и все чисто из женской зависти!
– Очень правильный и хороший вопрос! Сроки зависят от многих параметров – возраста, пола, расы, силы воли потерпевшего, фазы луны… но в основном, конечно, соотношение веса и принятой дозы. Я покажу на графике…
Когда прозвенел звонок, магистр Ортон недовольно скривила пухлые губки: увлекшись исчислениями, она не успела изложить весь материал.
– Что ж, антидот к этому зелью отложим на следующий урок… Прошу изучить сегодняшний материал, следующее занятие начнем с опроса.
Группа с шумом начала собираться. Следующим уроком были основы артефакторики, идти недалеко, так что я собиралась не торопясь, позволяя одноклассницам прикоснуться к прекрасному и уволочь Руэда на следующее занятие.
– Хель, не зевай, упустишь такого очаровательного юношу, – магистр Ортон подмигнула мне, выходя из аудитории.
Прекрасная идея! Вот именно этим я и займусь – упущу его по полной программе!
8
–
Не знаю, что на него сегодня нашло, но даже я подвыдохлась от такого преподавательского рвения, а я, между прочим, не самый обычный человек!
– А почему вобла? – поинтересовался Винсент, поравнявшись со мной.
Маг был противоестественно бодр и вообще не выказывал никаких признаков усталости. Я просипела в ответ нечто среднее между «Откуда мне знать?» и «Пойди да спроси».
– А это, говорят, имя его любимой кобылы было. Пока она не отбросила копыта, – пояснил обгоняющий нас Логан. Еще одно нелепое исключение из сегодняшнего марафона.
Мысль об отбросившей копыта лошади крепко засела в моей голове. Хотя бы потому, что я казалась себе близка к ней по морально-физическим качествам.
– Разговорчики в строю! – заорал тренер. – У кого избыток воздуха в легких, может добавить себе лишний круг!
Я зашипела от желания придушить парней прямо на беговой дорожке. Кажется, Винсент почувствовал это и тоже прибавил скорость, оставляя меня наедине со своими членовредительскими фантазиями.
Обычно после пары кругов беспощадного бега мастер Гарольт жалился над убогими, и мы переходили к менее энергозатратным упражнениям. Но сегодня его явно подменили, а потому весь час тренировки мы бегали и бегали. Самые слабые падали и молили о смерти, но стимулирующая чесотка поднимала не хуже некромантов, и народ возвращался в строй.
В конце концов, когда раздался финальный свисток, все попадали, где бежали. Прямо на промерзлую землю, не в силах доползти до общежития.
Я тоже не стала исключением, а потому лежала на жесткой грязи, запечатлевшей следы наших ног до морозов, и жадно хватала ртом холодный воздух. В голове была приятная звенящая тишина и бешеный ритм собственного сердца. Где-то на грани разума мелькнула мысль, что мне хотя бы заболеть не грозит, чего, конечно, нельзя сказать о других несчастных. Но насладиться горизонтальным положением мне не дали. Кто-то возмутительно наглый и сильный за шиворот поставил меня на ноги.
– Ты чего разлеглась? Здоровье лишнее? – строго спросил Руэда. И вид у него был такой омерзительно бодрый, аж противно.
Правда, высказать свое фи и потребовать положить меня, где взяли, я не смогла: лишь вяло просипела что-то настолько жалкое, что самой смешно стало.
– М-да… – резюмировал Винсент, наблюдая мой нездоровый смех, и…
И…
И просто взял и закинул на плечо мою нервно хихикающую тушку! Чем этих боевых магов пичкают вообще?!
Хотелось возмутиться изо всех оставшихся невеликих сил, но квадратные глаза одногруппников стоили того, чтобы промолчать.