Любимая пешка короля
Шрифт:
– А сейчас оно кому принадлежит? – уточняла я.
– Нам, – снизошел до разговора король. – Чтобы прекратить распри Мы были вынуждены забрать селение в Наш вассалитет.
Может, и с маленькой буквы: «мы», «наш». Но скорее, со средней. В обоих смыслах.
– Мудрое решение! – не могла не оценить я. И доход в казну, и драться не из-за чего. – А в чем подвох?
– В том, что одному из них село нужно вернуть, – тяжело вздохнул Эльиньо. – И нужно выбрать, кому. Вот у вас в мире как такие проблемы решаются?
Я подумала:
– Аукционом, наверное.– Альёна, территория уже принадлежит им, мы не можем требовать дополнительных средств, – пояснил Верховный
– Я про другой аукцион, – поправилась я. – Конкурс программ развития. Деньги герцоги должны будут не вам отдавать, а селянам предлагать на нужные для жителей дела. Типа, колодец вырыть, дороги починить, храм построить, школу открыть. Кто больше предложит того, что людям нужно, тот и выиграет.
– А нам в чем польза? – поднял бровь Эльньо так, будто намекал, что за это тоже я буду расплачиваться. В своей маленькой спаленке.
– В том, что решение будете принимать не вы. Значит, и обидам не с чего взяться.
– Альёна, я всё понимаю, – влез в разговор Лео. – Но у нас есть определенные законы и традиции. Не все ваши решения подходят нам.
– Лео, – не согласилась я, – законы – как водный поток, если чуть-чуть отвести в сторону, никто не заметит.
– «Лео»? – с тенью угрозы в голосе, вмешался король. – С каких это пор вы на «ты»?
– «Лео»?! – сурово вопросил Верховный маг, и я прижалась попой к креслу, чтобы меня не снесло взрывной волной. – А что, мне нравится! – заявил он легкомысленно, убирая с колен салфетку. – Можешь меня так называть. Без свидетелей, – уточнил он, отчего покерфейс Его Величества покрылся красными пятнами. – Но не забывай, что я – твой начальник. Поэтому никакой фамильярности! – сделал он выговор в завершении.
Что к чему? Кто кого дразнит? Кто кого бесит?
Шли бы вы, мальчики, в шахматы поиграть, что ли…
– Тая Альёна, мы вынуждены вас покинуть, – коротко, но осуждающе кивнул Эльиньо. Лео, кстати, намек проигнорировал. – Государственные дела.
Я поднялась из-за стола и изобразила реверанс.
Дела у них государственные! Морды, небось, бить друг другу будут. С другой стороны, откуда у них мышца такая наросла бы, если бы они сутками в кабинетах просиживали над ретортами? От становой тяги манускриптов и растяжки свитков?
– А можно посмотреть? – вырвалось у меня.
– На что? – обернулся король. – Как тай Леонарду соизволит исполнять монаршую волю и реализовывать «идейки»? – холодно поинтересовался он.
Возможно, ожидалось, что на самом деле я жажду понаблюдать за ихним величеством в процессе бдений над судьбами королевства, о чем я должна была немедленно сообщить. Но… дела – значит, дела.
– Простите. Осознала. Больше не буду, – извинилась я.
У них – дела. У нас – делишки.
Нужно бы к модистке заглянуть, реализовать планы по внедрению в массы менее революционных моделей женского белья. Мальчиков я сегодня уже осчастливила, лучшая половина человечества на очереди.
О! Карты нужно нарисовать и пасьянсам обучить.
…А потом и в переводного дурачка по маленькой. Должна же девушка обеспечить себе безбедную беззубую старость? Патенты-то тут не изобрели. Патенты – это же целая революция в сознании. К ней пока не готовы ни верхи, ни низы. Здесь только ноу-хау прокатит. Только я не знаю ничего такого, что и продавалось бы неплохо, и секрет производства можно было бы сохранить. Я же не технолог, я же эйчар. Кому тут нужны мои метапрограммы при подборе персонала?
Значит, пойдем другим путем.
Вооружившись Микелой и намекнув той, что в случае содействия она получит процент, я отправилась на приступ придворной модистки Лорентин
Первым делом я решила задрать себе цену. Я – несчастная сиротка из древнего, благородного, но обедневшего рода, украденная из родных мест во время разбойного набега злодеями-родонцами. Думала соврать про королевские корни, но решила не жадничать. Умные люди сами додумают, если потребуется. Нет, я пока не могу рассказать, откуда, Его Величество велит хранит в тайне, и, нет, нельзя рассказывать даже по самой большой дружбе. Но Его Великодушество спасли бедную сиротку из жалости к ее судьбе. Еще, конечно, ради постели. Но воспитанные благородные девушки об этом не говорят, тем более, об этом и так все знают, так что из жалости. А еще интереса к фамильным артефактам, но жалости – больше (да-да, всё дело в жалости!).
А что? Я гадаю по аватаре, учу играть в шахматы, вижу магию, а в некоторых случаях – даже пробуждаю. Дядя Жульки, я слышала, очень вырос в глазах местного дворянства из-за внезапно обнаруженного таланта. Разумеется, у меня есть какие-то очень хитрые фамильные артефакты. Такие крутые, что их даже не видать.
В общем, набрав баллы репутации, я перешла к основной цели визита.
В ходе ожесточенных боев, точнее, словесных баталий, мне удалось добиться немало. Во-первых, я получила официальное благословение стать лицом бренда «Лорентин Мору». То есть я пообещала, что больше ни с кем не буду делиться своими инновационными идеями, а она – что будет всем рассказывать, что «это носит сама новая фаворитка короля!». Для начала мы обсудили «косточки» для бюстгальтеров и трусики на все случаи женской жизни. О, здесь я чувствовала себя в родной стихии! Белье было моей слабостью.
Еще мне пообещали подыскать талантливого художника для первой колоды карт. И мы даже придумали новые названия для «картинок», чтобы они были понятны местным. Попробуй объясни, что такое «валет» и почему он менее ценен, чем «дама»? А что такое «туз»? Это же за гранью логики.
В-третьих, поскольку из помещений мне удалось выбить только спальню, да и в ту можно было попасть только через труп короля, первый женский «салон» мы решили открыть прямо в мастерской Лорентин. Тут вообще никаких возражений не было. Она даже обязалась взять на себя напитки и легкие закуски. То есть ненароком включить их в счет, который будет выставлять Его Величеству. Так, легким намеком на кружево. Списывать представительские расходы на себестоимость товара отлично умеют во всех мирах, в этом я убедилась.
В-четвертых, чтобы местным дамам жизнь медом не казалась, я решила ввести моду на эпиляцию. Шугаринг – великое дело. Если сильно-сильно зажмуриться и зубами что-нибудь зажать. В любом случае, обе подельницы моей безволостью заинтересовались и сговорились выдавать «главную тайну привлекательности таи Альёны» по единой цене. А по другой цене – рецепт ее (привлекательности) обретения. После того как Микела на мне руку набьет. Мне процент от дохода, разумеется.
В общем, я возвращалась со встречи в приподнятом настроении. Настолько приподнятом, что идти в добровольное затворничество в четыре стены совершенно не хотелось. Я отпустила камеристку и направилась в сад. Из окон он смотрелся совсем не так, как вблизи. И даже из обеденной беседки – не так. Потому что в компании двух матерых хищников не до красот природы. Теперь, когда мне не нужно было опасаться правящей пары Ледении, защищенная от сторонних неприятностей родовым артефактом Верховного мага, я могла позволить себе просто погулять.