Любимая игрушка

Краснова Галина Владимировна

— Ну что, Дей, ты закончил пугать моих домочадцев? Теперь можешь уделить немного внимания мне?

Я поднял голову, чтобы разглядеть опирающуюся на перила лестницы хрупкую фигурку аматы с сияющей от восторга и нежности аурой. Нежность? Ко мне?

— Лина, где мы можем поговорить?

— У меня в спальне.

Я поперхнулся. В подобном помещении заниматься разговорами? Она бредит? Или считает, что у меня железная выдержка?

— Лина, я серьезно!

— И я тоже. Это единственное место, где нам не помешают. В кабинете выбито окно,

потому что кто-то очень неосторожен в своих играх, а в библиотеке идет ремонт. Так что либо в спальне, либо при свидетелях. Я не поняла, ты что, боишься меня?

Когда-нибудь я ее удавлю! Когда она перестанет так много для меня значить. Если настанет такой момент вообще.

Спальня оказалась очень уютной: большая кровать, аккуратно застеленная, изящное трюмо, несколько стульев, мягчайший ковер. Ничего лишнего, но при этом все есть.

— Нравится? Я сама обставляла. С мыслью о будущих любовниках. Шучу, расслабься. Вход сюда строго по пропускам. Даже слуг не пускаю. Это мое личное пространство. Ну, рассказывай, что случилось, и зачем ты приехал. Ведь не просто повидать.

Тяжелый будет разговор. Особенно если учесть, что она уселась на кровать, поджав ноги и слегка наклонившись ко мне. Слэт, да я же ее колени вижу и декольте… Боги, дайте мне выдержки, иначе я за себя не отвечаю!

— Лина, у нас большие неприятности. Маскары предъявили ультиматум — либо мы им возвращаем царицу, либо получаем войну. А война нам сейчас очень не нужна. После переворота в Империи разруха. Мы не готовы. И все же, может стоит рискнуть?

— Ну, так верните эту дуру. И когда только успели выкрасть? Тебе при дворе любовниц не хватает?

И почему у женщин все вопросы сводятся к наличию у мужчины другой женщины? И что за глупые мысли?

— Про дуру ты верно сказала. Даже слишком. Но дело в том, что после недавнего переворота у маскаров правит Алекс. А значит, царица — это ты. А я не собираюсь отдавать свою женщину кому-либо.

— Я не твоя.

Грррр. Кого бы убить?

— Вот это-то меня и бесит! Сейчас я не имею на тебя никаких прав. И если ты попадешь в беду, если тебя решат насильно женить, если… Я же могу защищать тебя только как друг! А этого мало.

Я не сдержался и зарычал. Из-за ее упрямства у меня связаны руки! Если бы она только согласилась стать моей женой, все было бы прекрасно. Мы бы собрали дипломатическое посольство в Песчаное Царство, во главе со мной и Линой. И даже Алекс не посмел бы предъявить на нее свои права. Так ведь нет! И чем ее так не устраивает замужество? Я ведь готов весь мир завоевать и положить к ее ногам.

— Расслабься, Дей. Эти проблемы решаемы. Принимай человеческий облик — и приступим к обсуждению.

Эх, она меня с ума сведет. Я скоро поседею!

— Так тебе ведь нравятся крылья и хвост.

— Нравятся. Но в этом облике с тобой целоваться неудобно.

Убийственная прямолинейность.

Глава 26.

Помолвка

Хорошее дело браком не назовут.

Народная мудрость

Ангелина

— Нет!

— Да!

— А я сказала: нет!

— И что с того? Скажи: да!

— Ни за что! Ты безответственный, самовлюбленный, эгоистичный бабник. А мне нужен муж, который будет надежной опорой, а не источником постоянных неприятностей. Так что мой ответ: нет! И на уловку с фиктивным браком я больше не попадусь. Так и знай!

Мой палец обвинительно уперся в грудь Дея, во взгляде которого читалась готовность растерзать меня. У, маньяк кровожадный! Не привык, что девушки тебе отказывают? Так мы это быстро исправим.

— Это я-то самовлюбленный? Это я-то эгоистичный? Да ты на себя посмотри! Ты играешь моими чувствами, сводишь с ума и не подпускаешь к себе, заставляя совершать глупости! Да на меня теперь смотрят как на идиота!

Ну почему «как»? Даже обидно. Ну да, я его дразню, ну и что? Я просто мщу за связь с Камиллой! И когда я сказала, что целоваться неудобно, то я ведь ничего кроме поцелуя и не обещала! Не моя вина, что он себе нафантазировал ночь разгула и оргий, с настоящей вакханалией. И тем более я не договаривалась со своим дворецким, что тот придет и выгонит нахального кнерта из моей спальни. Я просто знала, что старикан тщательно блюдет мою честь, и поэтому не позволит мне пускать в постель «всяких проходимцев». Так что жаркая любовная ночь не состоялась. А наутро с краткосрочным визитом прибыли Целестин с Француазой, в сопровождении Ааргела. Предчувствуя, что Дею будет нелегко меня уломать, они решили припереть меня к стенке и всеобщими усилиями выбить согласие на брак с тентемо. И, как всегда, стали свидетелями очередного выяснения отношений.

— Ага, значит с тем, что ты бабник, ты не споришь! — продолжала я наседать на Дея.

С диванчика, где сидели знатные гости, раздалось сдавленное хихикание. Блин, ну отвлекают же!

— Хватит ловить меня на слове! Ты бессовестная человеческая девчонка!

— А если я сейчас расплачусь из-за того, что ты на меня кричишь?

Дей поперхнулся, с ужасом глядя на мои приготовления ко вселенскому плачу. Раздалось повторное хихиканье со стороны, заставившее нас отвлечься от столь далеко зашедшего спора.

— Лина, это уже удар ниже пояса, — вступился за брата Целестин. — Ты же прекрасно знаешь: мой брат понятия не имеет, что делать с плачущими девушками, и начинает вести себя неразумно.

Я насупилась. Конечно знаю. И поэтому редко этим пользуюсь. И почему Целестин так не вовремя влез в мои разборки? Вечно он мне мешает расставить все точки над i в отношениях с Деем.

— Император, я не лезу в твою личную жизнь, вот и ты не лезь в мою.

— Хорошо. Только ответь мне честно на один вопрос.