Любимая игрушка

Краснова Галина Владимировна

Выйдя из комнаты, я покрасовалась перед своей немногочисленной домашней публикой. Папа одобрительно кивнул, мама улыбнулась, а вот Дей… Глазки-то аж заблестели! Ну нет, дорогой, даже не мечтай! Доступ к телу для вас, темо, закрыт! По крайней мере, до тех пор, пока я не выясню обстоятельства измены.

— Ты не пойдешь в этом! — возмущенно промолвил Дей.

— Это еще почему? Ты кто такой, чтобы решать, в чем я буду ходить, а в чем нет?!

— Это неприличная одежда! Даже ночные дамы такого не носят!

Взгляд Дея упорно держался на моих ногах, время от времени поднимаясь до груди.

— Это

проблемы дам, — деловито ответила я, довольная произведенным эффектом. — Я иду в клуб веселиться, а значит, буду кадрить там парней. А для этого надо соответственно выглядеть.

Демон судорожно сглотнул и покраснел. Бедненький, в его мире дамы считают неприличным показывать даже лодыжку, у них это считается верхом аморальности. А тут юбка кончается выше середины бедер, да еще и обтягивает. А когда я надену свои босоножки на высокой шпильке…

— Лина, переоденься!

— Нет!

— Да!

— Нет!

— Да!

— Слушай, Дей, не нравится — сиди дома! Все, я пошла!

Я знала, что этого не стоит делать! Я знала, но почему-то все равно взяла его с собой! И в итоге весь вечер этот хмурый тип пялился. И ладно, если бы на девиц! Так нет, он провожал взглядом голодного хищника всех парней, пытавшихся ко мне подкатить! И при этом не обращал внимания на моих подруг, азартно клеившихся к нему. Дело не спасла даже половина бутылки абсента, который мы ему заказали. Выпил — и даже глазом не повел, только придвинулся еще ближе ко мне и по-хозяйски обнял. Я уже возненавидела этот столик с двумя диванчиками, так как танцевать Дей меня, после парочки зажигательных танцев, не пускал. Не то чтобы он возражал, но какую зверскую рожу корчил!

— Дей, смотри, какая шикарная блондинка строит тебе глазки!

Он передернулся и ткнулся носом в мои волосы. Что за наглость!

— Ненавижу блондинок!

Ну надо же, как прочувствованно шипит. Бедненький, все Камиллу вспоминает. А все-таки приятно ощущать его рядом.

— Ну, тогда, может, та загорелая брюнетка?

— Нет.

— А как тебе мулаточка? У, прям шоколадка. Была бы мужиком — запала бы на нее.

Он равнодушно посмотрел в сторону мулатки, даже бровью не повел. Да за что мне такое наказание! Хотя в глубине души я, конечно, ликовала.

— Дей, у меня возникают подозрения, что ты сменил ориентацию. Совсем на девушек не смотришь! И кончай уже меня лапать!

Фыркнув, он снова уткнулся лицом в мои волосы и осторожно провел пальцами по шее, поглаживая за ухом. Ну, прям Дракула, примеривающийся к шейке для укуса. Или маньяк. Второе вероятней.

— Лина, твое брачное ожерелье…

Он отодвинул ленту и стал подозрительно осматривать след. Даже обнюхал его! Еще бы лизнул. Точно: маньяк!

— Эта удавка слетела, как только я вышла из портала. В моем мире магия почти не действует. Вот если бы у меня была брачная ночь, то этот ошейник остался бы на мне. И чтоб я еще хоть раз надела нечто подобное по доброй воле? Да никогда!

Давно я не видела такой счастливой улыбки на лице этого хмурого типа. Подбежали девчонки:

— Линка, ну чего ты все сидишь и обнимаешься со своим любовничком? Как молодожены во время медового месяца, ей-богу! Пошли уже развлекаться!

Ох,

знала бы ты, Янка, как ты вовремя! Но за любовничка еще ответишь. Нашла, блин, молодоженов! Да я никогда! Хотя, кто знает…

Я шла по ночному городу, неся туфли в руках, и глупо улыбалась. Потому что было хорошо. Огни фонарей и светящиеся вывески, редкий шум машин, никаких людей и возможность расслабиться и никого не опасаться, потому что рядом идет Дей! А Дей — оружие массового поражения с очень вредным характером.

— Лина, ты правда вернешься? И останешься навсегда?

— Ну, жить я буду в графстве, но ведь и родителей навещать надо. Так что слово «навсегда» здесь неуместно.

Мне показалось, или он улыбнулся? Так, что-то этот крендель явно задумал. Не хочу участвовать во всяких заговорах! Без меня пусть развлекаются!

— Лина, а что ты делать собираешься?

Ну точно что-то задумал. Фигушки. Без меня!

— Поселюсь в замке, буду обустраивать графство, сея доброе и вечное. Заведу нескольких любовников. Рожу ребенка, буду его воспитывать. Короче, у меня далеко идущие планы.

— А для меня в них места нет? Ну, например, я хорошо сыграю роль мужа и отца нашего ребенка. Детишек можно и побольше.

Я фыркнула. Вот нахал! Положи ему палец в рот — всю тушку сожрет. Только успела перевести его из разряда «ненавижу — убью» в разряд «милый подозреваемый», как он уже обо всем забыл и соблазняет меня!

— Лина, я серьезно!

Ответить мне не дали. Из очередной подворотни вывалилась шайка пьяных качков. Ой, блин, не стоило так вызывающе одеваться!

— Оба-на, смотрите, какая цыпочка. Пошли с нами, крошка! А ты, парень, топай давай отсюда, ничего с твоей кралей не сделается. Мы поиграем и отпустим!

Дей напрягся и загородил меня всем телом. И все же я успела увидеть в руках говорившего пистолет. Плохо дело.

Турвон Дей Далибор

Мир Лины поразителен. Все в нем так и кричит об угрозе, опасности. Отравленный воздух, отравленная еда и другие неприятные мелочи. Но, в то же время, в нем есть много прекрасного. Компьютерные игрушки, футбол, хоккей, пиво. А еще эротический канал, который тайком от дочери мне показал Линин отец. Да и на улицах девушки ходят в такой откровенной одежде! То и дело видишь обнаженные ножки. Замечательное зрелище, хотя Лину я бы все-таки одел во что-нибудь более скромное. Ну вот зачем она надела этот широкий пояс? Да, ножки у нее симпатичные. Настолько симпатичные, что я с трудом себя контролирую. Но ведь весь вечер пришлось отваживать назойливых уродов. Они же ее взглядами раздевали! А Лина воспринимала это как должное.

— Дей, у меня возникают подозрения, что ты сменил ориентацию. Совсем на девушек не смотришь! И кончай уже меня лапать!

Да смотрю я на девушек, смотрю. Но тебе об этом знать не стоит. Я ведь догадываюсь, что ты проверяешь меня. И будешь проверять еще очень долго. Ты, моя амата, боишься мне верить. Но я терпелив. Я подожду.

Зарывшись в волосы Лины и вдыхая их аромат, я осторожно ласкал ее шею. Мысль о том, что чего-то не хватает, запульсировала в моем сознании красным огоньком.