Львиное сердце
Шрифт:
Я больше никогда не буду одна, успела подумать Меган, прежде чем волны исступленного восторга захлестнули ее.
И его тоже. Росс со стоном полностью отдался ритму ударов, сотрясающих их сплетенные тела.
Затем, обессиленный, дрожащий и мокрый от пота, но удовлетворенный, он тихо лежал, наслаждаясь запахом ее волос и легким дыханием. Он и не представлял, что в единении с женщиной можно найти столько радости. И, ранее не веривший в чудеса, он в них поверил. И его чудо звалось Меган. Жестом собственника он обнял ее покрепче.
– Ммм. –
Росс фыркнул от смеха, чмокнул ее в макушку и наставительно произнес:
– Спи. У тебя был трудный день.
– Он начался плохо, а закончился… – она поцеловала его в шею, где пульсировала жилка, – замечательно. Мне нравится быть твоей женой.
– А я рад, что у меня жена – ты. – Тут Росс вспомнил о том, о чем не стал ей говорить, и улыбка исчезла с его губ. Наступит утро, и ее счастье нарушится, когда она узнает, что ее отца травили опиумом.
Это был самый ужасный день в жизни Комина. Перед заходом солнца он покидал Кертхилл. Стук лошадиных копыт по деревянному подъемному мосту глухо отдавался у него внутри. Все рухнуло. Годы тщательной подготовки и хитроумных интриг пошли прахом за несколько минут. И это дело рук человека, которого он посчитал медлительным, неповоротливым и неуклюжим.
На полпути к лесу на западе от замка Комин остановился и оглянулся. В окне спальни Эаммона горел свет. Там леди Мэри и чертов карлик Уи Уот пытались спасти жизнь этому ничтожеству Эаммону.
– Чтоб вам пусто было, – пробормотал Комин и трижды плюнул на землю, чтобы усилить проклятие.
– Вы что-нибудь желаете, милорд? – спросил один из его людей.
– Смерти Росса Кармайкла, – огрызнулся Комин, – и Меган заодно.
Да, он желал медленной и мучительной смерти всем, кто перешел ему дорогу. И у него есть возможность это сделать, подумал он, глядя на двадцать жестоких наемников, ехавших следом за ним. Еще десять ждут его в условленном месте. Они-то и схватили уже Меган и Лукаса, связали их, как поросят, приготовленных к убою. Очень подходящее сравнение.
– А что, если сэр Джайлз увидит, что мы не поехали в деревню, как говорили, и догонит нас? – спросил Хакон.
– Ну и пусть. – Злобная улыбка исказила лицо Комина. – Там всего десяток Кармайклов, и я бы уже разделался с ними, не будь рядом лорда Найджела. Так что пусть догоняют.
– Ага. Мы перережем им глотки и выбросим в такое глубокое ущелье, что даже звери их не отыщут.
– Молодец! Едем, нам нельзя опаздывать. – Комин пустил лошадь рысью, но, как только он въехал в лес, какое-то животное перебежало ему дорогу.
– Что это? – воскликнул один из наемников и так резко натянул поводья, что жеребец заржал.
– Не знаю. Может быть, кошка, – ответил Комин. – Едем…
– Нет, скорее лиса, – закричал кто-то.
Из двадцати глоток вырвался глухой
– Плохая примета, если лиса перебежит тебе дорогу, когда ты отправляешься в путь. Нам надо найти ее и убить. Только после этого мы сможем ехать.
– Прекратите! Вы словно дети, – набросился на них Комин, но его бесстрашные воины, бессердечные громилы, за то и нанятые, что все им было нипочем, оказались жертвами глупых суеверий. Они толклись на месте и тихо переговаривались. – Я не собираюсь обыскивать этот огромный лес из-за какого-то непонятного животного, – заявил Комин. – Оставайтесь и поищите себе другого хозяина. Если вы сейчас поедете со мной, то я удвою вашу плату.
Недовольно пророча страшные последствия, все двадцать человек выстроились вслед за Комином.
– Награда тому, кто первым доскачет до условленного места, – сказал он.
Это подстегнуло людей, и они ринулись вперед, забыв про колдовство и невзирая на темноту.
Меган проснулась внезапно от ледяного сквозняка, проникшего в ее теплое гнездышко.
– Ты куда? – сонно спросила она. Ласковая рука пригладила ей волосы, а нежный поцелуй отыскал губы.
– Солнце давно встало. Нам пора… О Боже, ты снова в крови из-за меня.
Меган посмотрела на испачканные кровью бедра и чуть не задохнулась. Натянув одеяла, она произнесла:
– Это не «снова». – Он нахмурился, и ей пришлось объяснить: – В ту первую ночь я измазала постель кровью цыпленка, чтобы утром женщины это увидели и не подумали, что я нечестива… или что ты меня не захотел.
У нее задрожала нижняя губа, и Россу стало стыдно. Он вздохнул, и гнев его утих.
– Это плохая шутка. И все же я рад, что не поранил тебя. А прошлой ночью ты даже не вскрикнула.
Она улыбнулась, и на щеке у нее появилась ямочка.
– По сравнению с тем удовольствием, которое ты мне подарил, боли я почти не почувствовала.
– Удовольствие мы подарили друг другу, – ответил Росс, но Меган заметила, что он сказал это без улыбки.
– Что с тобой? Что-то случилось?
– Мег… я должен кое-что тебе рассказать. – Предчувствие беды охватило ее. А он, вытянувшись на кровати рядом с ней, обнял ее, как будто это могло смягчить удар. – Многое произошло с тех пор, как ты убежала от меня в нашу брачную ночь, – начал он, нежно поглаживая ее по спине. И дальше рассказал о том, как он побывал на «Черном ястребе».
– Пиратство! Я так и знала, что в этом замешан Дуглас.
– Теперь он мертв, и Арчи тоже, хотя я хотел бы допросить их обоих об убийстве Лайона.
– Арчи мертв? Почему? Каким образом?
– Он руководил всем этим гнусным делом.
Меган фыркнула.
– У него не хватило бы ума даже на то, чтобы вылезти из темной ямы в солнечный день.
– Ну, мы поймали его на месте преступления. – Осторожно подбирая слова и крепче прижимая Меган к себе, Росс рассказал ей, что они обнаружили в комнатах ее отца.