ЛВ 2
Шрифт:
— Видимо хмель в голову ударил.
И кому врать-то будешь, болезный? Пока рядом был никакого запаха перегара не почувствовала — не пил ты по ночи, аспидушка, и чарки в себя не опрокинул. Но я хозяйка лесная, он гость — компромисс неизбежен был.
— Да, вино хмельное, хорошее, — согласилась я, запрокинув голову и разглядывая верхушки сосен.
Помолчала и добавила:
— И бой был хорошим. Удивил ты меня, господин Аедан.
Аспид усмехнулся, на меня посмотрел искоса, сказал:
—
Надо же! Неужто признал?
Перевела заинтересованный взгляд на аспида, а тот и вовсе глаз змеиных с меня не сводил. Затем вздохнул тяжело, и сказал:
— Как тебе образ передать, ведунья?
О, да запросто!
Я ловко из покрывала выпросталась, на колени встала, перед аспидом сидящим, ладонь к щеке его приложила, в глаза заглянула и объяснила:
— Ты жест то мой повтори, а опосля и передавай.
И вот стою я, в нетерпении вся, а аспид смотрит в глаза мои напряженно как-то, да и вопрос вдруг как задаст:
— Послушай, хозяйка лесная, а не смущает тебя, что рядом спал?
Моргнула удивленно, нахмурилась недоуменно, плечами пожала да и ответила:
— Ну спал и спал, видать устал, утомился, такой бой то был сложный. Так, а ты передавай уже образ, аспидушка, жду же.
Но от чего-то тянул аспид, и на меня все так же смотрел странно, а потом возьми да и выдай:
— И что, с каждым утомившимся вот так ночь без мук совести проводишь?
Снова моргнула.
Руку от его щеки убрала, села на землю, на аспида смотрю и гневно и недоуменно одновременно. И не удержавшись, уточнила:
— А ты о чем сейчас, аспидушка?
А тот сидит, на меня гневно глядит, опосля рукой обвел поляну, да и спросил взбешенно:
— И многие тут с тобой почивать изволили?
Вконец потрясенно воззрилась на него. Но была в его словах истина, зерно истины так точно, а потому, о своем крепко задумавшись, отмахнулась беспечным:
— Так чтобы не из животных — ты первый.
И вот тогда так на меня аспид посмотрел, что показалось вдруг, не господин Аедан на меня глядит, а другой кто-то… кто-то родной очень.
Да не до взглядов было, я об ином задумалась. Огляделась растерянно, только сейчас главное-то понимая, и вопросила:
— А ты меня как нашел, аспидушка?
Мгновенно взгляд аспида изменился, да и вовсе чудище огненное глаза опустило. А я о своем сижу, размышляю вслух.
— Я ж когда во сосновом бору сплю, я с лесом единое целое — не отделить, не найти. Леший может, он часть и меня и леса, а больше-то и никто. Ни одно поисковое заклинание на меня во время сна не подействует. Запах — деревья скроют. Магию — сосны отразят. Как ты нашел меня, аспид?!
— Гхм, — прокашлялся индивид вымершей расы. Смутился даже как-то, да и сказал:-
— Находил, — ответила, с сомнением глядя на аспида. С большим сомнением. — Был один тут… — голос мой дрогнул. — Вот он находил. Незнамо как, но… находил.
И вот смотрю я на аспида пристально, а на языке один вопрос вертится. Один прямой вопрос! И уж готова была задать его, как глянуло на меня чудище, усмехнулось, да и ответило:
— Браслет, госпожа леса хозяйка, обручальный браслет привел.
А!
— Хух! — выдохнула с облегчением.
Точно, браслет! Как не подумала только?
— Что? Напугал? — насмешливо спросил аспид.
— Да уж озадачил, — скрывать не стала.
Головой покачала, глядя на него укоризненно, снова на колени поднялась, ладонь к черной чешуе приложила и попросила:
— Передавай.
Аспид руку свою протягивал осторожно, а как к щеке моей прикоснулся, от чего-то и вовсе вздрогнул, и взгляд у него потемнел стремительно.
— Так, стой-стой, стой, кому говорят! — возмутилась я. — Не сметь темнеть взглядом, я ж тогда не увижу ничего!
Улыбнулся, зубами сверкнув, ладонь к щеке моей прижал, в глаза своими змеиными заглянул и увидела я, как наяву увидела — черное, скукожившееся дерево, то в которое вчера по ночи игла воткнулась, да путь самого Аедана от дерева уничтоженного, в самый Гиблый яр, к месту, откуда удар нанесен был.
— Тыжжжж, куда полеззз? — прошипела я гневно, следя за путем то уже пройденным, от того поздно было возмущение выражать.
А все равно не сдержалась.
Аспид не ответил ничего, лишь продолжил показывать. Как обошел каждый куст там, каждое дерево, да и нашел — цветок. Чистый, зеленый, среди гнили умудрившийся зацвести скверны избежав. И это была ромашка…
Аспид руку свою от щеки моей убрал, я устало наземь опустилась. Сидела недолго, да и думать особой нужды не было.
— Тот кто иглу в тебя метнул, того я знаю — чародей Заратарн Эль Тарг. В Гиблый яр его провел ведьмак, бастард короля нынче почившего Анарион. Ведьмак сейчас несколько… цветет, вот и оборонил один из волосков своих, а тот и принялся.
Помолчал Аедан, да и спросил:
— Как такое возможно?
— Ты про цветок? — уточнила я.
Аспид в ответ так посмотрел, что сразу стало ясно — не про цветок.
— Про то, как Заратарн в Гиблом яру оказался? — догадалась я.
Кивнул.
— Так ведьмак, — я поднялась, потянулась, тело после сна разминая. — Ведьмак, он по грани между нечистью и нежитью ходит, он и провел. А то, что покинул чародей лес зараженный, это тоже ясно и понятно — силен маг, и в правду силен. Порталом ноги унес.