Лунный Ветер

Вудс Эдриенн

— Люди меняются Блейк, — вот и все, что он сказал.

— Что это значит?

— Ты сам это поймешь, — он улыбнулся. — Ты хочешь знать, как привлечь ее на свою сторону.

— Как?

— Кара.

Он поднялся и двинулся, опираясь на трость к двери.

— Кара мертва.

— Точно.

Он усмехнулся и ушёл.

Что, черт возьми, он имел в виду под этими словами? Знал ли он, что такое дент, знал ли процедуру?

Люди меняются.

Я уже некоторое время думал об этом. Люди изменились.

Она

так много пережила с того дня, как впервые попала в Пейю. Она потеряла четырех дорогих ей людей. Люди изменились.

И тут меня осенило. Я понятия не имел, кто такая эта Елена, так же как она понятия не имела, кто я такой.

ЕЛЕНА

Я так резко ворвалась в свою спальню, что Бекки вздрогнула. Джордж сидел рядом с ней на диване.

— Что случилось? — с беспокойством тихо спросила Бекки.

Я посмотрела на Джорджа и несколько раз глубоко вздохнула.

— Я думаю, что это сигнал, чтобы мне уйти, — он наклонился, вставая с дивана, поцеловал Бекки в губы и прошел мимо меня. — Пока, Елена.

— Пока, — мне было неприятно, что он всегда вставал и уходил, когда мне приходилось разглагольствовать и бредить о его лучшем друге, которого когда-то не стало, а теперь снова вернулся.

— Дай-ка я угадаю, — судя по голосу, Бекки была недовольна. — Это связано с Блейком?

— Нет.

— Что-то новенькое.

Я проигнорировала ее замечание.

— Лео предал меня.

— Лео? — спросила она с новой интонацией в голосе. — И что же он сделал, Елена?

— А дальше уже связано с Блейком.

Подруга вздохнула.

— И что же случилось? — она похлопала по дивану, я подошла и села.

Я просто смотрела перед собой, а потом спрятала лицо в ладонях и издала что-то вроде рычания.

— Лео хотел, чтобы мы поговорили, помирились. Я не могу.

Бекки закатила глаза и очень громко вздохнула.

— Просто попытайся.

Я прищурилась.

— Прости, я единственная, кто помнит тот ад, через который меня провел этот придурок? Что, объясни мне, Бекки, что он сделал такого, что заставило тебя простить его просто так? — я щелкнула пальцами.

У неё заходили желваки, но она промолчала.

— Не нужно ничего говорить. Ты сама знаёшь, что ничего, просто считаешь меня легковерной.

— Я этого не говорила.

— Он никогда не заботился обо мне, Бекки. Если бы он это сделал, то нашел бы меня и привез обратно, где я чувствовала бы себя в безопасности.

В моих глазах стояли слезы.

Она смотрела на меня, ничего не говоря, но в ее глазах была тревога.

— Ты даже не представляешь, каково это видеть, как мужчина, который был единственным, кто оберегал тебя от своего психически больного сына, был убит у тебя на глазах только потому, что его сын хотел меня. Когда он умер, за мной охотились, как за каким-то животным.

Бекки резко повернулась ко мне.

На глаза навернулись слезы.

— Я пыталась отбиться от них, но… — я покачала головой. — Без моих способностей я ничего не смогла сделать.

Я всхлипнула.

— Там был один парень, который, по моему мнению, был на моей стороне, но я ошибалась, и он привёл меня к тому, о ком я говорила. Он предал меня, и каждый раз глядя на Блейка, я вижу его.

Я снова покачала головой. Я не знала, зачем рассказываю ей это. Но нуждалась в том, чтобы она перестала защищать Блейка и увидела все моими глазами.

— Ты даже не представляешь, каково это, когда шестеро парней прижимают тебя к земле, по очереди делая вид, что ты пирушка…

По ее щеке скатилась слеза.

— У меня был самый страшный дракон, который мог бы убить их, если бы только попытался. Он… — Я покачала головой, сдерживая слезы. Почему я была так взволнована этим, все еще оставалось за пределами моего понимания. Я вытерла слезы.

— Елена.

— Нет, не надо. Я не могу простить его, и подумала, что, по крайней мере, ты могла бы понять меня. Но, полагаю, Блейк из Сумеречной Зоны уже завладел тобой.

— Все совсем не так.

— Без разницы.

Я встала, схватила куртку и вышла из комнаты. Мне было все равно, что скажет этот идиот, пока меня не будет. Действия говорили громче слов, и с тех пор, как я вернулась, он не сделал ничего, абсолютно ничего, что заставило бы меня думать иначе. Он был все тем же высокомерным ослом, каким был всегда, и никогда не изменится.

БЛЕЙК

Джордж сидел у меня в комнате и играл на приставке PlayStation.

— А где же Бекки?

— Елена вернулась после сеанса с Лео, что-то действительно расстроило ее.

— Да, я знаю. Это был я, извините.

Он усмехнулся, но ничего не сказал.

Я сел рядом с ним и схватил другой пульт. С тех пор как я стал частью дента, Джордж занял место Люциана, и мы были соседями по комнате уже почти пять месяцев.

— Блейк, ты думаешь, с ней все будет в порядке?

— Я должен думать именно так, я не могу сдаться, — сказал я, глубоко вздохнув.

В этот момент раздался настойчивый стук в дверь, и Джордж встал. Это была Бекки. Она заплакала и бросилась в объятия Джорджа.

— Эй, что случилось? — спросил он и посмотрел мне в глаза. Он обвинял меня, потому что я настроил Елену на такой лад, и она выплеснула это на Бекки. И все же Бекки была не из тех девушек, которые плачут, и это заставляло меня волноваться.

— Бекки, — спросил я, — с Еленой все в порядке?

Она посмотрела на меня, шмыгнула носом и вытерла глаза.

— Нет, она никогда не простит тебя, Блейк.

— Да ладно, не говори так. Ей просто нужно время.

— Нет, не простит. Она рассказала… — Бекки глубоко вдохнула.