Лунный Ветер

Вудс Эдриенн

голодна.

— Эй, Шеф передал тебе это. Он сказал, что не хочет принимать «нет» в качестве ответа, и ты должна чем-то наполнить свой желудок перед большим походом, — пробормотала Сэмми и поставила тарелку с едой, накрытую серебряной крышкой.

Сняв крышку, я обнаружила курицу в вине — мое любимое блюдо!

Я улыбнулась.

— Напомни мне его поблагодарить.

— О, так и будет. Он приготовит завтрак только для вас с Блейком завтра рано утром, перед вашим отъездом.

Я хотела зарычать, но Сэмми

любила своего брата. Они бы действительно привязали его ко мне, если бы могли.

— Тогда я поблагодарю его завтра.

Некоторое время было тихо.

— Итак, ты уже собралась?

— Ага. — Я посмотрела на свой рюкзак. — Я получила записку с просьбой быть налегке.

— Тебе понадобится больше одежды, Елена, — сказала Сэмми, вставая с моей кровати и взяв рюкзак. — Можешь позаимствовать мой. — Она подошла к своему шкафу и достала самый красивый дорожный рюкзак, который я когда-либо видела.

— Когда ты успела его купить?

— Мой отец купил его для меня в том дурацком походе.

Я поняла, какой поход она имела в виду. Это был уик-энд, когда я освободила Блейка, уик-энд, когда он поцеловал меня. Нельзя было отрицать, что поцелуй относился к категории слегка идеальных, но именно этот поцелуй и его последствия привели в движение события последних пяти с лишним месяцев, и я сомневалась, что когда-нибудь смогу пережить то, что случилось со мной месяц назад.

Бекки помогла достать всю мою одежду и выбрать, что взять с собой.

— Девчонки, могу я спросить кое о чем?

Они обе взглянули на меня, когда я сворачивала одну из рубашек, чтобы положить в сумку.

— Конечно, в чем дело?

— Вы же были со мной честны, так? — спросила я.

Бекки скосила взгляд в сторону Сэмми.

— Честны в чем, Елена? Можно поточнее?

— В том, что касается Блейка.

Сэмми сразу опустила глаза и положила мои брюки в сумку. Я перевела взгляд на Бекки.

— Почему ты спрашиваешь? Кто-то что-то сказал?

— Вы сами могли сказать, — ответила я.

— Кто, Елена?

— Мастер Лонгвей.

Она закрыла глаза.

— Бекки, что ты скрываешь? Мне нужно это знать. Я уезжаю с ним завтра, и если что-то случится, я должна знать.

— Все совсем не так, — перебила Сэмми. — Мой брат может быть придурком, Елена, и небеса знают, что он серьезно испортил любой шанс, который у него был с тобой, но он никогда бы не причинил тебе такую боль.

Я с трудом сглотнула от ее слов. Что она имела в виду, говоря, что у него есть шанс быть со мной? Все совсем не так. Мы никогда не станем такими, как сейчас.

— Извини, я расстраиваюсь из-за того, что ты всегда думаешь о нем самое плохое. Я знаю, что он сделал. Он причинил тебе боли больше, чем любой другой парень здесь, и да, это несправедливо, что они заставляют тебя отправиться в эту поездку с ним, и этого, вероятно, никогда не будет достаточно,

но он действительно заслуживает шанса рассказать свою версию истории, Елена.

— С его стороны? Что ты… — я посмотрела на них обеих. — Именно это имел в виду Мастер Лонгвей, не так ли? Что ты мне не договариваешь, Сэмми?

— Не спрашивай меня об этом. Я пообещала Блейку, что не скажу.

Я сощурилась.

— Ты пообещала своему брату, что не скажешь что?

— Скажет тебе правду, — вмешалась Бекки. — Сэмми не может, она очень серьезно держит свое обещание.

— Как и положено, Бекки, — фыркнула Сэмми в ответ. — Ты тоже ему пообещала.

— Я отказываюсь ехать с ним, если вы мне не скажете, какого черта здесь происходит.

— Мы не можем этого сделать, Елена. Это не наша история, чтобы рассказывать. — У Бекки было такое же выражение лица. То же самое, что и у Мастера Лонгвея, когда он произнес эту глупую фразу о прощении.

Я скрестила руки на груди. Они были моими подругами, но все же я имела в виду то, что сказала, потом повернулась и ушла. Если они не собирались говорить мне, то это сделает кто-то другой.

Я постучала в дверь лазарета немного громче, чем собиралась.

Услышала, как засуетилась Констанс, а затем неторопливо открыла дверь.

— Елена! — в голосе прозвучало удивление. — А я все думала, не зайдешь ли ты ко мне. — Она стояла в дверях, закрывая вход.

— Я могу войти?

— Я, правда, очень занята, но через час освобожусь, и мы сможем поговорить.

— Все в порядке, — раздался голос Блейка, а затем и он сам появился за спиной своей тетки. — Я все равно уже сказал все, что хотел.

Он поцеловал ее в щеку.

— Просто будь осторожен, Блейк, — сказала она ему вслед, а он рассмеялся.

— Похоже все, кроме Елены, забыли, кем на самом деле я являюсь.

Она улыбнулась, а я просто уставилась на неё.

— Входи.

Я вошла и направилась в ее кабинет. Села и подождала, пока она тоже сядет, после того как включила чайник.

— Хочешь чаю?

— Нет, спасибо. Мне нужны ответы.

— Хорошо, какого рода ответы?

— Никто не хочет мне говорить, Мастер Лонгвей кое-что сказал мне, и теперь я не могу перестать думать об этом.

— Что он сказал? — встревоженно поинтересовалась она.

— Это было связано с Блейком. Он сказал, что когда придет время, и я кое-что узнаю, он надеется, что простить себя будет так же легко, как простить его.

Она закрыла глаза и покачала головой.

— Констанс, пожалуйста. Бекки и Сэмми не хотели ничего говорить, они обещали — что, кстати, серьезно испортило дело.