Лука Мудищев (сборник)
Шрифт:
Ты губы на губах,
Где сбились мы с пути
На смятых простынях.
И вся ты плоть и кровь,
И вся ты — напоказ,
Но что тебе любовь
И свет неверных глаз.
Покамест день не встал,
Вдохну в тебя печаль;
С тобой другим я стал
Во всю горизонталь.
Души застывший вздох,
Сладчайших тех утех,
Застигнутый врасплох,
Как твой беспечный смех.
Как луч, как этот взгляд
На аспидной доске,
В глазах твоих закат
На адском сквозняке.
Биенье двух сердец
Да лепет жарких
Всех ждет один конец,
А взгляд бездонный — пуст!
Загадки
Когда попадал я в объятья
Неверных красавиц моих,
О, как разгадать мне хотелось,
Что кроется в юбках у них.
Кружили влюбленные пары,
По городу цокал конвой,
Взлетали и падали юбки
Над бедной моей головой.
Не зная, что ждет меня завтра,
Сходила с орбиты земля
В каких мы загадках терялись,
О, как же блаженствовал я!
Опрокинутое небо
Ты сладкий сон в парах токая,
Вдохнуть в тебя весь трепет свой,
К чему шептать: я не такая,
Как будто я всегда такой?
Ты вся была — восторг и нега,
Как море на семи ветрах;
Въявь опрокинутое небо
Смеялось в голубых глазах.
В тебе хотелось затеряться
И бред желаний утолить,
Как долго будет мне казаться,
Что это все не может быть!
Ах, зелень лета
Когда остались мы вдвоем,
Замру, охваченный стыдом;
Как объяснить от сих до сих
Свою любовь в стихах пустых?
Ах, зелень лета, вешний цвет,
Нам не встречать с тобой рассвет,
Не целоваться нам с тобой,
Ты, знай, любуешься собой!
Узором чувств и силой слов
Я страсть был развязать готов.
Но что же мне сжимало грудь,
Когда ни крикнуть, ни вздохнуть!
Поди, представься: я — поэт,
Ведь ей всего двенадцать лет!..
Из бездны
И мальчик, что пытался в темноте,
И девочка, что все же устояла,
Все разошлось кругами на воде
И акварелью пожелтевшей стало.
А я тебе — из бездны окликая, —
Дала бы все на свете, дураку,
И мне ли заклинать, что я другая
И что в любви не то еще могу?
Слезы
О Господи, как совершенны
Дела твои, грезилось мне;
Сходились желанья, как стены,
Когда отдалась ты во сне.
И гладил я русые косы,
Глубокий твой сон возлюбя,
И счастья минутного слезы
Мешали мне видеть тебя!
В поисках утраченной позы
Я места ищу для свиданья,
Не знаешь ли, где потемней?
Как сладко волнуют желанья
На фоне стальных кораблей!
А ты подставляешь мне губы
И шепчешь в испуге:
Зачем вы со мной так грубы,
Ведь я вас не знаю совсем!..
Прыжки, половецкие пляски
Не в силах никто повторить,
Все эти признанья и ласки
Исполнить и тут же забыть.
В глазах несравненная глупость,
Простишь ли поэта, ma belle?
И плоти твоей содроганья
И трепет прибрежных огней,
Я места ищу для свиданья,
Не знаешь ли, где потемней?
Слова любви
Лежишь, как будто в забытьи,
Моим движеньям подчиняясь,
А я шепчу слова любви,
Губами губ твоих касаясь.
А мне бы умереть любя,
В безумной неге упоенья,
Когда приходишь ты в себя
И снова жаждешь наслажденья!
Девы
Девы младые, о, девы младые,
Любят вас ранней и поздней порою,
Любят горбатые, любят хромые,
Юноши бледные, старцы седые,
Грешники млеют, лелеют святые,
Как не дрожать по ночам над пиздою!
Любезность
До сей поры меня страшит
Былое наслажденье,
Один ее любезный вид
Внушает отвращенье.
Но что такое этот стыд,
Мольбы, признанья, ласки,
Когда ее любезный вид
Страшнее всякой встряски!
Все эти позы и прыжки,
Любви твоей причуды,
Когда сужаются зрачки
Возлюбленной Гертруды.
Но как любовь ни назови,
Разврат — сказать по чести;
Свихнется от такой любви
Любой на этом месте.
В ее глазах упрек немой
Былого наслажденья;
В моей душе звенят струной
Все тайны обольщенья.
Раздевшись, ты покажешь мне,
Что есть на самом деле;
Когда мечтаешь на спине,
Я всякий раз у цели.
Наверно, дар мне вещий дан,
А на душе смятенье…
И длится, длится наш роман,
Внушая отвращенье!
Sutra
От уличных девок сошли мы с ума,
Ты знаешь об этом, подруга, сама;
Стряхнуть бы рукой мне похмелье,
Все в прошлом — свиданья, веселье!.
А плечи и спины мелькают во мгле,
Но всё то я видел на бедной земле.
Без блядства не сделать ни шага,
Что скажешь на это, бродяга!
На панели
Они не видят и не слышат,
Живут в сем мире, как впотьмах;
Когда ебут их — ровно дышат
И жизни нет в пустых очах.
Лучи к ним в душу не сходили,
Весна в груди их не цвела,
Они с ума нас не сводили,
Их страсть не мучила, не жгла.
Не пели ангелы над ними,
Им чудеса — не чудеса!
И языками неземными
Не волновали голоса.
Не их вина: никто не сможет
Нарушить блядский их покой,