Лучшее средство от простуды

Джордж Кэтрин

— В данный момент — очень уязвимым человеком, — резко ответила Клэр.

— Я извлекла урок, поверь мне.

— Ты хочешь сказать, что у тебя больше не будет мужчин?

— Ну уж нет. Я отказалась от Майлза, моя дорогая мамочка, а не от мужчин вообще.

Однако позже Эмили стало не по себе: Майлз знает номер ее телефона, значит, вполне может раздобыть и адрес… Хотя, если он заявится сюда, ему придется прорвать линию обороны Нэта, а возможно, и Марка…

Едва Эмили села за работу над книгой, как телефон

зазвонил в третий раз. Услышав знакомый голос Джинни, она прервала на полуслове записываемое сообщение и ответила:

— Подожди, я здесь.

— Эмили, слава богу, тебе просто невозможно дозвониться. Угадай, кто явился к нам сегодня вечером?

Эмили вздохнула.

— Клянусь, что угадаю. Майлз.

— Да. Откуда ты знаешь?

— Перед этим он звонил родителям, но папа очень не по-христиански дал ему от ворот поворот, по маминым словам.

— Прекрасно! Значит, это произошло до того, как он пришел сюда. Я принимала душ, когда он появился, поэтому Чарли оставил его в прихожей — дожидаться, когда я соблаговолю выйти.

— Молодец Чарли. А что ему было нужно?

— Номер твоего телефона и адрес, конечно.

— Ты не…

— Конечно, нет. Несмотря на его бесконечные заверения, что поговорить с тобой для него вопрос жизни и смерти.

Эмили фыркнула.

— Пусть не надеется.

— Я сказала то же самое. Это ему не поправилось, — удовлетворенно сообщила Джинни. — Обиделся.

— А что было потом?

— Чарли указал ему на дверь.

Эмили хихикнула: огромный муж Джинни был по натуре невозмутимым человеком, но только до тех пор, пока кто-то, по своей глупости, не огорчит его жену.

— Прямо взял и вытолкнул? — с надеждой спросила Эмили.

Джинни засмеялась.

— Почти. Сомневаюсь, что Майлз придет к нам еще раз. Будем надеяться, что он не наведается и к тебе. Они с Нэтом знают друг друга?

— Нет и, надеюсь, никогда не познакомятся. Мысль о том, что Майлз может выследить ее, еще какое-то время беспокоила Эмили, но в конце концов она уснула и проснулась в предвкушении удовольствия, оттого что снова увидит Лукаса Теннента. Хватит! — приказала она себе и отправилась в душ.

В холле она застала Нэта, собравшегося уходить. Он выглядел уставшим и бледным, но не таким подавленным, каким обычно бывал после расставания с двойняшками.

— Как все прошло? — осторожно поинтересовалась Эмили. — Вчера я не решилась тебя спросить.

— Дети бросились к Tea и потребовали, чтобы я остался на чай. — Нэт криво улыбнулся. — К моему изумлению, их желание было выполнено. Все прошло на удивление хорошо. — Он пожал плечами. — Как знать, может быть, в следующий раз Tea пригласит меня на ужин.

— Ой, Нэт, я очень надеюсь на это. Да, между прочим, — добавила она, — мой бывший дружок оставил сообщение на автоответчике прошлым вечером.

Глаза Нэта сузились.

— Как

он, черт возьми, раздобыл помер?

— Понятия не имею. Остается надеяться, что он не разнюхает к тому же и адрес.

— Не волнуйся, Эм, он будет иметь дело со мной. Дай мне какую-нибудь его фотографию.

— Не могу, я все сожгла.

— Тогда просто опиши его.

— Примерно твоего роста, но плотнее, темные глаза и волосы, улыбка как на рекламе зубной пасты, и так доволен собой, что ты узнаешь его с первого взгляда.

Нэт усмехнулся.

— Похоже, ты все еще злишься на него.

— Ужасно! — Эмили взглянула на часы. — Мне пора.

— Ты как-то необычно выглядишь сегодня. — Он окинул ее беглым, но внимательным взглядом.

— У меня есть дела после утренней уборки, — на ходу сочинила она. — Но днем я вернусь.

— Хорошо, мне тоже пора. — Нэт хитро улыбнулся. — И не беспокойся. Если мистер Денни появится здесь, я его вышвырну. Немедленно.

Эмили отправилась на работу с приятными мыслями, которые она, правда, тут же твердо отмела как полную чушь: Лукас Теннент плохо себя чувствует и нуждается в обществе, а она оказалась тем человеком, который не испугался его вируса.

Эмили нажала кнопку звонка, отперла дверь и громко назвала себя. На этот раз Лукас появился немедленно. Осунувшийся, с темными кругами под глазами, но с приветливой улыбкой вместо враждебной гримасы, которой встретил ее накануне.

— Доброе утро, Эмили Уорнер. Спасибо, что пришли.

— Я всегда прихожу к вам по понедельникам.

Она протянула ему газету.

— Все равно спасибо. Но я вас утешу, — сказал он, прислонившись к дверному косяку. — Сегодня не надо менять простыни и пичкать меня таблетками. Я все это уже сделал самостоятельно.

— Замечательно. — Эмили сняла куртку и положила ее на сундук. — Как вы себя чувствуете?

— Нельзя сказать, что превосходно, но лучше, чем вчера.

Это было заметно.

— Ложитесь опять в постель, — распорядилась она отрывисто, — почитайте газету, пока я уберусь.

— Забудьте об этом. Я жажду общества. Поговорите со мной немного… — Лукас закашлялся, и Эмили показала ему рукой на спальню.

— Пожалуйста, ложитесь. — Она пошла вперед, чтобы взбить подушки. — Вы сегодня ели что-нибудь?

— Я выпил немного молока. — Лукас со вздохом облегчения улегся в постель.

— Лучше, чем ничего, — улыбнулась Эмили.

— Очаровательная ямочка, — прокомментировал он.

— Что бы вы хотели на завтрак? — спросила она, пропустив мимо ушей его слова. — Лучше яйца в любом виде. Вам требуется что-то легкое для начала.

— Позже, если можно. — Теннент раздраженно посмотрел на нее. — А пока просто сядьте и поговорите со мной, женщина.

Эмили на мгновение замерла, потом опустилась на стул возле кровати.