Лучшая доля
Шрифт:
Станция «Астрея»
Брачное агентство «Алые паруса»
Прикрыв глаза, Светлана Игоревна прогоняла в голове весь разговор с ши Семионтом. Для их встречи всё было готово. Она собрала для начала лишь общие тесты по определению психотипа, чтобы показать неразумному мужчине, что не стоило давить на нервную одинокую женщину. Чувствовала себя Светлана как перед экзаменами: вроде всё выучила, а страшно до
Отправив сообщение, она призналась себе, что боялась позвонить лично. Голос подводил, и неприятно сосало под ложечкой. Светлана вдруг поняла, что влезла во что-то опасное, и это было ей несвойственно. Это риск. Риск угодить в свою же ловушку. Дать обещание, которое придётся выполнять, подарить надежду и самой же её загасить.
По селектору секретарь сообщила о приходе манаукца. Он был, как обычно, не только пунктуален, но и галантен, придя не с пустыми руками. Держа в руках букет розовых орхидей, мужчина чинно приблизился к её столу. Тонкий сладковатый аромат цветов лёгким шлейфом окутывал пространство вокруг манаукца, и Светлане Игоревне пришлось взять себя в руки, чтобы открыто не ловить этот чарующий запах носом. Букет ромашек она забрала домой, зато от них осталась ваза, в неё-то и поставила букет госпожа Богомолова, когда приняла подношение, по-другому эти цветы и не назовёшь.
— Рад новой нашей встрече.
Амрит открыто улыбался, не заносчиво, а естественно и обезоруживающе. Он, как и прежде, был одет в деловой костюм на этот раз глубокого серого цвета, а светло-сиреневая сорочка выгодно оттеняла и без того белую кожу манаукца, придав ей необычное сияние.
— Не ожидал, что вы пригласите меня сами.
Вот оно то, о чём твердила Линда — перехватить инициативу. Это Светлане Игоревне удалось, и не могло не придавать ей уверенности в дальнейших шагах.
— Да, я решила, что свернуть вас с намеченного пути невозможно, вы всё равно рано или поздно добьётесь моего расположения. Поэтому я не хочу вас мучить, так как вы, наверное, и сами поняли, что вчерашний поцелуй не оставил меня равнодушной. Обманывать саму себя я не желаю. Вы привлекательный мужчина с хорошим стабильным достатком, неженаты, правда, обременены подопечными. Но, думаю, я с этим разберусь.
Ши Семионт расплылся в хитрой улыбке, явно довольный собой и похвалой Светланы, а та продолжала, намереваясь полностью заманить противника на свою территорию:
— Детей у вас нет, что немаловажно. Ко мне неравнодушны, поэтому лучше попытаться скрепить наши отношения прямо сейчас. Не вижу смысла откладывать. Мы должны получше узнать друг друга, привыкнуть. Поэтому и пригласила вас к себе для общения, присаживайтесь.
Брюнетка сильно нервничала, так сильно, что ладошки вспотели. Вдруг ничего не получится? Вдруг он поймёт, к чему она всё это устроила? Что тогда будет? Он, конечно, взрослый мудрый мужчина, но тем не менее манаукец, а значит, может не совладать со своим взрывным нравом.
— Для начала я предлагаю нам с вами пройти небольшой тест, а точнее, нарисовать психопортреты как друг друга, так и себя самих. Так мы увидим себя чужими глазами. То есть со стороны.
Открыв верхний
— Вы должны понимать, что я, как сваха, обязана научить нас уважать друг друга, и через это уважение между нами может зародиться более глубокое чувство.
— Мне это не нужно, — уверенно отодвинул от себя планшет Амрит, гневно хмурясь. — Я и без этого вас люблю…
— Это нужно мне, — с нажимом отозвалась Светлана Игоревна и пододвинула к ши Семионту планшет. — Я собираюсь выйти замуж раз и навсегда и жить долго и счастливо с мужем в браке. Без ссор и скандалов. А для этого нужно узнать друг друга намного лучше. Стать ближе и понятнее.
Амрит сомневался. Женщина видела, как он боролся с самим собой, готовый испепелить планшет одним лишь взглядом сердитых алых глаз. И госпожа Богомолова в душе надеялась, что он вспылит, откажется и бросит затею связываться с такой дотошной женщиной, но — увы! — плечи ши Семионта опустились, и он нерешительно взял в руки планшет, примеряясь к стилографу, который был тоньше обычной ручки.
В женщине тоже велась борьба. Она была приятно удивлена тем, что манаукец решился на этот тест, без воплей, обвинений, но и испугал своим стремлением не отступать. Светлана Игоревна включила свой планшет и с милой улыбкой сообщила мужчине, желая дожать его, чтобы он бросил эту затею:
— Поэтому для начала нарисуйте мой портрет.
— Ваш? — опешил Амрит, а хозяйка брачного агентства пыталась не улыбаться слишком коварно, чтобы не вызвать подозрения. Ведь для неё не было секретом, что среди манаукцев нет художников, дизайнеров и других творческих личностей. Их раса подвизалась на поприще силовых структур.
— Да, — кивнула она, заметив панику в глазах ши Семионта, — мой, а я нарисую вас.
Светлана, поглядывая на мужчину, накладывала линии друг к другу, чтобы более правдоподобно нарисовать своего испытуемого. С ласковой улыбкой следила, как хмурится и пыхтит Амрит, как аккуратно выводит стилографом по экрану планшета окружности. Через несколько минут рисование её увлекло, и она испуганно вздрогнула, когда ши Семионт со страшными ругательствами сломал тонкий хрупкий стилограф.
Закусив губу, чтобы не рассмеяться над обиженным выражением лица манаукца, Светлана Игоревна протянула ему свой, а сама решила рисовать пальцем. Ещё через час усердной работы манаукец отложил планшет, протяжно выдохнув.
— Это сложно, — заявил он, а женщина взглянула на его творение.
Там была нарисована смешная женщина в полный рост. Схематическое лицо. Глаза-пуговки, волосы волнами уложены на плечи, алые губы и карикатурная одежда. Госпожа Богомолова молча отдала свой планшет мужчине.
— Теперь опишите что видите, — попросила она, а сама любовалась творением манаукца. Такое мог нарисовать ребёнок дошкольного возраста или начальной школы. Приятно удивил цвет, которым манаукец раскрасил тело — приятный персиковый оттенок, лёгкий, практически прозрачный. Сиреневое платье, алые губы. Манаукец уделял основное внимание цвету. И портрет рассказал женщине намного больше, чем она того желала.