Лучано
Шрифт:
— Какое чертово дело? Разве тебе не следует остаться дома с ребенком? — меня бесила мысль о том, что она пойдет куда-нибудь без меня. — Кроме того, мы вместе едем на сбор средств.
Ее тонкие брови нахмурились. — Отец наблюдает за Маттео. И я встречу тебя на месте. Мне нужно о чем-то позаботиться.
— С кем ты идешь? — прошипел я, меня пожирала ревность. Она закатила на меня глаза. — Ты только что…
— Да, Лучано. Да, я сделала. Я просто закатила на тебя глаза, — досада на ее лице и в голосе выражали волнение. Но там было
— Я твой муж, — выплюнул я.
— Господи, я бы хотела, чтобы ты перестал это говорить. Как будто это заставит меня делать все, что ты хочешь, чтобы я сделала. Мы в значительной степени разделены, — подчеркнула она это слово. — На пути к аннулированию. Ты знаешь определение аннулирования? Брак так и не состоялся. Поэтому, пожалуйста, ради Бога, перестань говорить, что ты мой муж.
Она повернулась спиной, чтобы уйти, когда я схватил ее за предплечье и сказал ей в лицо. — Ты не можешь выйти на улицу в таком виде! — я тихо зарычал.
— Ты только что сказал, что я выгляжу потрясающе. В чем твоя проблема, Лучано? — прошипела она. — То, что ты притащил меня обратно, чтобы получить то, что ты хотел, не означает, что моя жизнь остановилась. У меня есть дела, о которых нужно позаботиться. Поэтому, пожалуйста, не усложняй ситуацию.
— Какие дела? — в тот момент, когда я спросил, я увидел по ее лицу, что она сожалеет о своих словах.
— Отпусти меня, Лучано, — она потянула себя за руку, пытаясь ослабить хватку. Ее кожа покраснела, а в глазах появился намек на панику.
— Куда?
— Куда что?
— Куда ты идешь?
— Не твое дело.
— Один из моих водителей отвезет вас.
— Нет.
— Да.
— Нет.
— Да, конец дискуссии. В противном случае ты никуда не пойдешь, — мне надоел ее бунт. — Я не допущу, чтобы с тобой что-нибудь случилось, пока ты под моей крышей.
Она откинула голову назад и засмеялась. Хотя никакого веселья в этом не было.
— Серьезно? — она спросила. — Сейчас я могла бы сказать так много слов, но, к сожалению, у меня нет времени. Хорошо, я возьму твою чертову машину, Лучано.
Она вырвала руку из моей хватки и пошла прочь, как королева на подиуме. Черт, она была сексуальна.
Смешок прервал мой тоскующий взгляд вслед за женой, и я резко повернулся к лучшему другу. — Лучано, эта женщина — твой порок.
— Заткнись, ублюдок, — еще один смешок. — Просто подожди. Ты получишь это обратно.
К этому времени Грейс исчезла из моего поля зрения. Я чертовски ненавидел то, что она мне не доверяла. Что она хранила от меня секреты. Я хотел ей помочь. Да, я сильно облажался. Нам с женой пришлось сесть и поговорить; начиная с того, как начался наш брак.
По крайней мере, она взяла моего водителя
— Кроме того, Кассио, разве ты не замышляешь козни для своей женщины? — я решил подразнить своего лучшего друга. И мне нужно было немного облегчить свое разочарование. — Как идут дела?
Его лицо потемнело. — Подонок!
Я усмехнулся. — Тебе не нравится, когда ситуация меняется, не так ли? — я горько пошутил. Он подбросил мне средний палец, но выражение его лица все еще было мрачным. — Я могу чем-нибудь помочь? — спросил я, искренне надеясь, что его жизнь не превратится в такой большой кластер, как моя.
— Спасибо, но нет, — пробормотал он. — У тебя достаточно дел.
Возможно, это и правда, но мне бы хотелось, чтобы у моего лучшего друга наконец появилась семья, которую он хотел. Это было нечто общее, что было у всех нас. Жажда семьи. Мне повезло с родителями, и, видя любовь, которую они разделяли, я всегда знал, что в конечном итоге захочу того же. Моим друзьям не так повезло. Отец Кассио и Луки убил их мать. Мать Нико была заядлой алкоголичкой, отец Алессио — больным извращенным хищником.
— Что ж, мое предложение остается в силе, — сказал я ему. — В любое время в любом месте.
Он кивнул. — Аналогично, — предложил он, и никаких других слов не потребовалось.
Мы с Кассио продолжили наши планы. Сбор средств начнется через два часа. Там нас встретил Василий вместе с женой и Алексеем. Последний раньше работал со мной и Кассио. Чертовски хороший силовик. Он мог выследить кого угодно и где угодно. Когда вы нанимали Алексея, вы без сомнения знали, что преследуемый мертв. Если бы Алексея еще можно было нанять.
Дверь моего кабинета распахнулась, и вбежал Массимо. Мы с Кассио в тревоге посмотрели на него.
— Что случилось? — Массимо выглядел растрепанным и потрясенным.
— Где женщины?
— Они ушли около часа назад.
— Черт, — его глаза метались, как будто он надеялся каким-то чудом они появятся снова.
Ужас сгустился у меня в животе. — Говори сейчас.
— Эти двое… — он подыскивал слова. — Они собираются убить себя.
— О чем, черт возьми, ты говоришь?
Массимо бросился к моей системе связи и подключил ее. — Роберто удалил записи с камер наблюдения. Это был он все время, — о чем, черт возьми, он говорил?
— Массимо, ты не несешь никакого смысла, — рявкнул я.
Он взял пульт и повернулся к нам лицом. — Это Роберто выдал наше местоположение три года назад, — кислота жгла мои вены, ярость подпитывала их яростью. — С тех пор, как Грейс вернулась, он начал удалять снимки с камер наблюдения. Он работал с семьей Романо и Кинг.
Мы с Кассио переглянулись.
— Откуда ты знаешь? — спросил я. Роберто работает у меня тринадцать лет. — Он никогда раньше нас не предавал. Почему три года назад? Почему сейчас?