Ловушка для жены
Шрифт:
– За что вы так больно ударили меня? – обиженным тоном спросил он.
– Идиот несчастный! – вытирая его слюни со своей щеки, воскликнула Джанет. – Я хотела, чтобы вы наконец отстали от меня! Никогда больше не делайте ничего подобного!
Кирби растерянно заморгал, с недоумением глядя на Джанет.
– В таком случае почему вы согласились уединиться со мной?
– Я согласилась прогуляться с вами по дому. Мне и в голову не могло прийти, что вы наброситесь на меня, как скользкий спрут с присосками! Вы, мистер Кирби,
Кирби выпятил нижнюю губу.
– Но я не желаю идти туда, – заявил он и, усмехнувшись, добавил: – Без вас.
– Ступайте, сэр, и немедленно, – приказала Джанет, властным жестом указав на дверь.
Открыв стеклянную дверь, она вытолкала Кирби во двор. Он, пошатываясь, сделал несколько шагов и, схватившись за живот, склонился в три погибели. Его вырвало прямо на невысокую живую изгородь, окружавшую дворик.
Вскоре после этого она увидела, как он направился к конюшне. Вероятно, Кирби решил уехать домой от греха подальше. «Глупый юнец», – подумала Джанет, радуясь, что наконец избавилась от него.
Тяжело вздохнув, Джанет решила, что ей пора вернуться в бальный зал. Она боялась, что ее могут хватиться, заметив долгое отсутствие устроительницы бала. Оглядев себя, она проверила, в порядке ли ее платье после неистовых попыток пьяного Кирби поцеловать ее.
Расправив примятые кружева, она уже хотела направиться к выходу, но тут услышала знакомый мужской голос. Несмотря на его напевность, в нем звучали стальные нотки.
– Пытаетесь спрятать улики?
Даже если бы стоявший в тени высоких растений говорил без ирландского акцента, она все равно узнала бы его. Он вышел на свет, и их глаза встретились.
Сердце Джанет бешено забилось в груди.
– Что вы здесь делаете? – спросила она. – Вы давно шпионите за мной?
Дарраг О'Брайен усмехнулся, однако выражение его синих глаз оставалось серьезным.
– Нет, я только что пришел. Но вы не ответили на мой вопрос.
– А разве это был вопрос? Ваши слова звучали скорее как обвинение.
Дарраг огляделся по сторонам.
– Вопрос или обвинение – небольшая разница. Скажите лучше, где он?
Джанет решила из вредности или хитрости притвориться дурочкой.
– Не понимаю, о ком вы говорите.
– Вы прекрасно все понимаете. Речь идет о светловолосом юнце, с которым вы рука об руку вышли из бального зала, чтобы уединиться в укромном месте. Он, наверное, испугался и убежал? Или его поцелуи были столь отвратительны, что вы безжалостно прогнали беднягу?
Джанет нахмурилась. Ее раздражало то, что предположения О'Брайена были недалеки от истины.
– Я не собиралась уединяться с ним в укромном месте! – запальчиво возразила она. – Но даже если бы я хотела это сделать, какое вам до этого дело?
– А, так, значит, вам не понравились
Джанет презрительно засмеялась:
– Вас, например, да?
Дарраг подошел ближе, и Джанет задрожала, почувствовав, что ее притягивает к нему как магнитом.
– Среди присутствующих сегодня на балу мужчин я не заметил ни одного, кто был бы более достоин этого, чем я.
Мурашки побежали по спине Джанет. Она ощущала, как в ней вибрирует каждая жилка от волнения. Они снова, впервые за два последних месяца, сошлись друг с другом в поединке. И это окрыляло Джанет, она чувствовала себя живой, бодрой, страстной.
Несмотря на готовое выскочить из груди сердце, Джанет удавалось внешне сохранять полное спокойствие.
– Возможно, вам будет неприятно услышать это, но я не считаю, что вы достойны меня. Если бы вы не явились сегодня в этот дом, то я вообще не вспомнила бы о вашем существовании.
Его глаза вспыхнули жарким огнем.
– Вы это серьезно, милая? – Глядя на нее в упор, Дарраг сделал еще один шаг, сократив разделявшее их небольшое расстояние. Теперь они стояли почти вплотную. – Мне кажется, вы лжете. Вы не можете забыть меня, хотя изо всех сил стараетесь сделать это. Не надо обманывать себя и меня! Правда заключается в том, что все это время вы постоянно думали обо мне, мечтали о встречах и сильно скучали. Но вам стыдно признаться в этом даже самой себе.
У Джанет перехватило дыхание от бурного негодования. Она чувствовала, как у нее подкашиваются ноги от внезапно охватившей ее слабости.
– Какая чушь, – заявила она, стараясь не терять хладнокровия. – Вы всегда были для меня бельмом на глазу, огромной костью в горле, занозой, от которой я никак не могла избавиться.
Дарраг так близко стоял от нее, что она ощущала исходивший от него терпкий запах, дразнивший ее чувства.
– Значит, я для вас – заноза? – переспросил он. – Ну что же, пусть так. Насколько я знаю, занозы впиваются в тело и их чертовски трудно вытащить. Вам будет нелегко от меня избавиться, это я гарантирую.
Он перешел на шепот и теперь говорил хрипловато, с придыханием. Взгляд Даррага скользнул по лицу Джанет и остановился на ее губах.
– Значит, вы считаете, что я проник вам под кожу, леди Джанет? – продолжал он. – Или, может быть, я причиняю вам боль в таких местах, о которых приличные девушки не говорят?
Чувствуя, что задыхается в теплом влажном помещении оранжереи, Джанет начала ловить воздух ртом. У нее кружилась голова – то ли от недостатка кислорода, то ли от возмутительных слов Даррага.