Ловушка для жены
Шрифт:
Да, он заставил себя избегать встреч с Джанет, но ее образ постоянно присутствовал в его сознании. Работая в усадьбе, Дарраг втайне надеялся на то, что хоть краем глаза увидит Джанет или неожиданно услышит звук ее бархатистого голоса. И когда он порой действительно доносился сквозь открытое окно до его слуха, Дарраг закрывал глаза от наслаждения. В такие минуты у него было чувство, словно он поймал и держит в ладони редкую восхитительную бабочку.
Дарраг отправился сегодня на бал в дом Мерриуэдеров, чтобы доказать себе, что он может без сожаления расстаться с Джанет, что ее чары не властны над ним. Что он сохранит добрую память о ней,
Однако вопреки ожиданиям ему удалось доказать себе только то, что он – законченный идиот. Что же касается искры, то она не только не погасла, но из нее разгорелось целое пламя. Причем оно, похоже, полыхало и в душе Джанет.
Она могла сколько угодно делать вид, что Дарраг ей безразличен, однако ему было совершенно ясно, что это не так. Во всяком случае, Джанет переживала из-за того, что Дарраг избегал ее в последнее время. Когда она видела его, в ее душе поднималась буря чувств. Дарраг ощущал это. Между ними существовала незримая, но прочная связь, которая не давала им расстаться и забыть друг друга.
Она была великолепна, неотразимо прекрасна, словно таинственный лунный свет. Белый бальный наряд удивительно шел ей. Ее золотистые волосы были зачесаны наверх, а виски прикрывали локоны.
Дарраг хотел бы увидеть эти волосы распущенными, струящимися по обнаженным плечам, как драгоценный шелк.
Если бы он хоть немного прислушался к доводам разума, то прямо сейчас встал бы из-за стола и под любым предлогом покинул этот дом. Тем самым Дарраг разорвал бы эту мучительную связь, положил бы конец бессмысленной истории, подавил бы в себе безнадежное влечение к Джанет. А утром Дарраг, как и планировал, отправился бы домой. Он скакал бы долго и упорно, зная, что отныне их будет разделять почти вся Ирландия.
Однако он продолжал сидеть и есть ростбиф. Дарраг разговаривал со своими соседями по столу, стараясь не смотреть в сторону Джанет. Впрочем, ему это не удавалось. Время от времени его взгляд скользил по ней.
Вскоре ужин подошел к концу, и гости вернулись в бальный зал. Поклонившись, Дарраг поблагодарил юную леди, с которой сидел за столом, за приятный вечер. К своему стыду, он не мог вспомнить ее имя.
Избавившись от своей спутницы и не нарушив при этом правила хорошего тона, Дарраг огляделся вокруг, ища глазами Джанет. Но ее нигде не было видно. Белокурый юнец тоже куда-то пропал.
Глава 12
Юный мистер Кирби был пьян.
И в этом не было ничего удивительного, ведь за ужином молодой человек выпил пять бокалов шампанского! Однако, несмотря на свое состояние, он казался Джанет вполне безобидным. Настолько безобидным, что она согласилась провести для него экскурсию по заново отстроенному западному крылу дома. Джанет наделась, что эта прогулка протрезвит юношу.
Ее сестра после ужина решила подняться в отведенную ей комнату и лечь спать. Шепнув на ушко Джанет о своем желании отдохнуть, Вайолет направилась к лестнице, ведущей на второй этаж. Элиза последовала ее примеру. Бал в доме Мерриуэдеров явился для нее очередным разочарованием. Что касается Адриана, то он решил подняться вместе с женой в спальню, чтобы уложить ее в постель и подоткнуть одеяло. А потом герцог намеревался вернуться в кабинет Катберта, чтобы прослушать последнюю лекцию по садоводству. Кит остался в бальном зале. Он от души веселился и танцевал уже с другой привлекательной брюнеткой.
Джанет не чувствовала
В конце концов Джанет надоело наблюдать, как Дарраг напропалую флиртует и обольщает дам, и ей захотелось хотя бы ненадолго оставить зал. Она еще раз убедилась в том, что этот бесстыдный человек был настоящим волком в овечьей шкуре и ей будет непросто выставить его за дверь.
За ужином Дарраг с улыбкой постоянно что-то рассказывал своей стройной рыжеволосой спутнице, которая сидела рядом с ним. Джанет слушала в это время вполуха бессвязную болтовню Кирби, говорившего что-то о скачках и гольфе. Эти темы совершенно не интересовали ее, но она старательно делала вид, что в восторге от своего собеседника, а сама в это время ревниво следила за О'Брайеном.
Как он смел явиться сюда сегодня и испортить ей праздник? Как он мог сидеть всего лишь в четырех ярдах от нее и вести себя так, будто ее не существует?
Джанет утешало только то, что Дарраг должен был через пару часов уйти из этого дома. Она была рада, что они больше никогда не увидятся...
Прогуливаясь по дому вместе с Кирби, Джанет постоянно думала о наглом ирландце, в очередной раз нарушившем ее душевный покой. Как ни старалась, она не могла заставить себя забыть о нем. Подавив тяжелый вздох, Джанет огляделась в тускло освещенной оранжерее. Здесь было тепло и влажно. К застекленным рамам, служившим стенами этого помещения, прильнула ночь, словно страстный любовник. Повсюду росла пышная густая зелень, ветви экзотических растений сплетались в причудливый узор.
Джанет повернулась к Кирби, собираясь предложить ему вернуться в бальный зал, но он неожиданно крепко обнял ее и припал к ее губам.
Джанет тут же толкнула в грудь нетрезвого молодого человека, от которого сильно пахло алкоголем, и, вскрикнув, попыталась вырваться из его рук. Морщась от неприятного запаха, она неистово мотала головой, чтобы помешать ему целовать ее. Его дыхание обжигало ее лицо.
– Прекратите немедленно, мистер Кирби! – потребовала она.
Не обращая на ее слова никакого внимания, Кирби продолжал самым наглым образом лапать Джанет. «О Боже, что же мне делать?!» – в панике думала Джанет, извиваясь в его руках. Он пытался схватить ее за грудь, бедра, ягодицы. Этому необходимо было положить конец! Джанет прежде слышала о спрутах, наделенных восемью щупальцами, но никогда не ощущала себя жертвой подобного существа.
Очевидно, алкоголь придал Кирби сил и дерзости.
– Мистер Кирби, вы меня слышите? Отпустите меня немедленно! – пыталась докричаться до него Джанет.
Когда его влажные губы коснулись ее щеки, она, содрогнувшись от отвращения, собралась с силами и толкнула его в грудь. Однако ей и на этот раз не удалось вырваться из его цепких объятий. И тогда Джанет, разозлившись не на шутку, подняла ногу и резко опустила ее на ступню Кирби. Каблук ее туфельки впился ему в подъем.
Кирби взвыл отболи и заскулил, как щенок, которому прищемили хвост. Выпустив Джанет, он запрыгал на одной ноге и, теряя равновесие, уцепился за ближайшее растение. В результате он оборвал с него листья, но все же сумел устоять на ногах.