Ловушка для строптивой
Шрифт:
— На спине тоже есть ожоги? — спрашиваю, послушно переворачиваясь.
— Небольшая царапина, — отвечает муж и стягивает с меня сорочку.
Мужские пальцы касаются плеч, поглаживая, он растирает всю спину до самых ягодиц. Двигается уверенно и нежно. Прикрываю глаза, наслаждаясь массажем. Чувствую, как жар поднимается и охватывает каждую клеточку. Никогда ещё я не возбуждалась от простого массажа. Да и не помню вообще, когда мне в последний раз делали массаж. Сейчас же желание столь остро накрывает сознание и хочется большего. Хочется, чтобы он
— Ах… — срывается с губ тихий стон.
Себастьян шумно выдыхает, и шеи со спины касаются его губы. Он накрывает собой, совершенно обнажённый. Когда успел раздеться?
Меня ловко переворачивают обратно. Муж нависает, дышит тяжело и смотрит голодным взором. Перекинув через меня одну ногу, он запирает моё тело под собой. И продолжает свой чувственный массаж. Его пальцы всё ещё в креме и так легко скользят по моему телу. Накрывают грудь, мнут и тискают обе полусферы. Заставляя меня выгибаться и стонать громче.
Он сползает ниже и снимает последний барьер. Гладит внутреннюю сторону бёдер. И скользит по влажным складкам.
— О боже! — задыхаюсь я, вытягивая руки. — Себастьян!
Наши губы сталкиваются в жадном поцелуе. Оплетаю его шею руками, боясь потерять. И, охнув, закатываю глаза от невыносимо желанной наполненности.
Себастьян медленно и плавно соединяет нас, продолжая клеймить голодным поцелуем и сжимать моё тело. Замирает, отрываясь от губ. Ловит мой затуманенный взгляд и, качнувшись несколько раз, увеличивает темп.
— Да, малышка… — хрипло подбадривает Себастьян, ловя мои стоны губами и двигаясь с невероятной амплитудой. — Моя Яри! Моя вкусная девочка!
Каждое слово буквально вбивает в меня. Растворяя моё сознание в невероятном наслаждении. Меня накрывает мощной волной оргазма. Я теряюсь в пространстве и времени, содрогаюсь в сильных руках. Слепо цепляюсь за плечи мужа и кричу от столь острого удовольствия.
С хриплым полустоном-полурыком муж догоняет меня в своём освобождении. Наваливается, тяжело дышит, все мышцы напряжены. Крепко оплетаю, в себя сильнее вжимаю.
Он поднимает голову, и мы замираем, смотря друг на друга. Опустошённые и переплетённые. Без лишних слов, пустых обещаний, просто утопаем друг в друге. И этот миг необратимо что-то меняет между нами. Пусть мы не признаёмся. И не говорим о любви. Но я ощущаю его любовь ко мне в этом взгляде, объятьях, поцелуе, долгом, нежном, сладком. В каждом движении. Просто чувствую. Просто знаю.
С осознанием этой простой истины засыпаю, опустошённая и счастливая.
Просыпаюсь, судя по солнцу, ближе к вечеру. Улыбаюсь сама себе и стараюсь не двигаться, чтобы не разбудить лежащего рядом мужа. Себастьян тоже уснул и во сне навалился на меня. Устал. Хантер ведь сказал, что он всю ночь меня спасал, а утром уехал разбираться с Советом магов.
Они оба так переживали за меня. Волновались. А их внимание и забота? Обо мне и вправду никто никогда так не заботился и не ухаживал. Так ведь и влюбиться недолго. Хотя кого я обманываю,
Мой брак с Димой сейчас кажется таким неестественным, ненастоящим. Не было у нас такой близости, доверия, участия. Не было такого единения. Мы словно просто сосуществовали в одном пространстве и пытались подстроить друг друга под свои рамки.
Мне хотелось заботы, внимания, ухаживаний, романтики. Любви, в конце концов. Той самой, чтоб на разрыв, чтоб до глубины души. А Дима хотел удобную молчаливую служанку, которая будет обслуживать его, родителей и друзей с ног до головы. Ах да, ещё чтоб выглядела как модель, чтоб не стыдно было выводить в свет и показывать народу.
Внизу что-то грохочет, выводя меня из раздумий. Себастьян ворочается и просыпается. Сонно взирает на меня, и на его лице расцветает чарующая, чуть плутоватая улыбка.
— Привет, — шепчу, тоже улыбаясь, и пальцами скольжу по смуглой коже груди.
— Как себя чувствуешь? — хрипит он и, чуть толкнув, заставляет лечь на спину. Осматривает мои руки и грудь.
Смущённо опускаю глаза, я совершенно голая. А он так тщательно смотрит, аж в дрожь бросает. И опять я возбуждена! Да что ж такое-то! Это можно остановить? Хотя нет, не надо останавливать!
— Всё зажило, — резюмирует муж, целуя грудь, прямо туда, где ещё пару часов назад алел ожог.
Плавно скользит ниже и, перехватив губами вершинку, всасывает. Заставляя выгнуться и охнуть. Зарываюсь в его волосы с платиновыми прядями. Мысленно усмехаясь, что кое-кто дорвался.
— Так и знал! — рявкает Хантер, заходя в спальню.
Вздрогнув, распахиваю глаза и стыдливо пытаюсь спрятаться от гнева второго мужа. Себастьяна вот вообще не пугает появление побратима. Он вскидывает голову и смотрит на двуликого с некой усталостью.
— Я же сказал, ей надо восстановиться и отдохнуть!
— Мы как раз занимались её восстановлением, — фыркает маг, перекатываясь и давая возможность укрыться простынёй.
— Вижу, — ворчит Хантер. — Проваливай в Аркадию, я позабочусь о жене сам.
— Она в порядке. А ты перегибаешь, — флегматично отвечает Себастьян.
Хантер не слушает, обойдя кровать, устраивается и тянется к моим рукам. Замечает, что нет повязок. Бросает взгляд на чистую грудь.
— Я вправду в порядке, — лепечу смущённо, смещаясь ближе.
— Голодная. Со вчера ничего не ела, — продолжает бубнить, но уже не так воинственно.
— Вот тут ты прав. Я голодная, — хихикнув, обнимаю за шею и в губы целую.
Глава 39
— Яра, ешь, — требует Хантер, пододвигая тарелку с очередной порцией жаренного на костре мяса.
Я ем, правда, медленно и больше любуюсь сидящими в компании оборотней мужчинами. Моими мужьями.
Кажется, в нашей очень странной семейке Хантер — главный муж. Вон как командует и управляет. Даже Себастьян уже не спорит с ним, огрызается по привычке, но делает, как велит наш альфа.