Ловцы видений
Шрифт:
— Роун!
Он открыл глаза. Рядом с ним стоял встревоженный Лампи.
— Ты весь вспотел.
— Мне так холодно, будто меня всего снег покрыл.
— Да у тебя сильный жар!
Лампи взял его за руку, и Роун громко вскрикнул от боли:
— Не надо, пожалуйста, не трогай меня!
Лампи осторожно закатал рукав рубашки Роуна, и они увидели, что вся рука распухла и покраснела.
— Надо же, как ее раздуло! — встревоженно воскликнул Лампи. — Надо было мне еще больше яда вывести сразу после того, когда ты укололся
Роун еле заметно кивнул. Лампи медленно снял перстень Святого, это было так больно, что Роун тяжело дышал.
— Знаешь, все не так уж и плохо, — пробормотал Роун, приподняв отяжелевшие веки.
— Нужно найти кого-нибудь, кто мог бы тебе помочь!
— Мне только нужно немного передохнуть.
— А вот с этим пока повременим. — Лампи посмотрел вдаль. — Я вижу вдалеке дымок — там должно быть селение.
— Я только чуть-чуть посплю… — прошептал Роун.
— Нет! Мы сейчас же должны идти, — гнул свое Лампи.
Он засунул перстень Роуна в карман, чтоб не потерялся, обхватил друга за талию, и они поковыляли дальше.
Роун видел все как в тумане, он машинально передвигал ноги, едва замечая красновато-бурую кору на уходящих ввысь деревьях, покачивающихся на ветру, и черных жуков, тучами роившихся в их ветвях. Лампи направлял его и пытался подбодрить, увлекая все дальше и дальше.
— Боль не усиливается? — спросил Лампи.
Роун тяжело дышал. Сквозь застилавшую глаза пелену он взглянул на руку. Ее так разнесло, что она стала раза в два толще, чем в нормальном состоянии.
— Она уже вообще не болит, — прошептал Роун.
Лампи чуть смочил водой растрескавшиеся губы Роуна.
Сквозь окутывавший его туман Роун заметил страх в глазах друга.
— Держись, Роун, ты должен держаться, пока мы туда не доберемся.
Сверчок запел свою песенку, и взгляд Роуна потеплел. Он стал присматриваться к чему-то в отдалении.
— Что ты там заметил? — спросил его Лампи.
Что-то странное висело на кусте папоротника, росшего за деревьями. Лампи пошел взглянуть поближе — это была грубо сработанная не то упряжь, не то сбруя, сплетенная из красновато-бурых веток. Он вернулся к Роуну.
— Смотри, мы можем это использовать. Постарайся сидеть тихо, а я попробую надеть это на тебя.
Роун почувствовал, как Лампи обматывает сбрую ему вокруг пояса. Он постарался сосредоточиться, сконцентрироваться на дыхании, но у него ничего не вышло.
«РОУН!»
СТОУВ ДЕРЖИТ ДЛИННУЮ ПАЛКУ И ТЫЧЕТ ЕЮ В ГУСТОЙ ТУМАН.
«ТЫ ЗДЕСЬ? УХВАТИСЬ ЗА ПАЛКУ, РОУН».
«Стоув…» — пробормотал Роун. Лампи склонился над ним.
— Только не отключайся, Роун. Открой глаза. Роун, я сейчас тебя понесу.
Роун смотрел на него, но лицо Лампи странно расплывалось перед глазами. — Лампи…
— Сейчас-сейчас, погоди, я подойду с другой стороны, чтобы приладить эти тесемки. Только не отключайся, держись,
Лампи исчез из поля зрения Роуна. Он почувствовал легкий толчок и понял, что друг поднял его и взвалил на себя, только ноги волочились по земле. Они медленно двинулись вперед. Выходя из состояния забытья, в которое постоянно погружался, Роун слышал натужное дыхание Лампи. Через красный лес. Красные деревья. Лес старушки-козочки.
— Эй, ты еще здесь? — попытался он ей прокричать.
Но ответил ему Лампи.
— Я здесь, — задыхаясь, проговорил он. — Все будет в порядке.
Было жарко, спина взмокла от пота Лампи. Перед глазами мельтешили красноватые мачтовые деревья, взгляд искал старушку-козочку, пытаясь вызвать в сознании ее образ. Потом будто во сне до него донесся голос Лампи:
— Поговори со мной, Роун. Скажи что-нибудь!
— Красные деревья…
— Ты видел их раньше? — спросил Лампи, голос его срывался при каждом шаге. — Говори со мной, Роун, не молчи… Ты видел их до этого?
— Да, — пробормотал Роун.
— Где?
Роун снова начал проваливаться в забытье, но голос Лампи удерживал, не давал ему это сделать.
— Роун! Где?
— Там… во сне.
Роун почувствовал, что падает, — Лампи споткнулся и опустился на колени.
— Прости меня, прости, — пробормотал Лампи. — Ты не ушибся, Роун?
— Я в порядке.
— Оступился я, только и всего, все у нас идет как надо, — сказал ему Лампи, но вставал он очень медленно, распрямился, а идти не смог — двигаться не было сил. — Как ты там, Роун?
— Ничего.
Лампи снова потащился вперед, и было ясно, что каждый шаг давался ему с огромным трудом.
Вскоре они почувствовали какой-то омерзительный запах.
— Какая вонь…
— Да уж, здесь чем-то так разит! А источник этой вони где-то впереди!
Лампи пошел быстрее, мачтовые деревья здесь росли гуще, и ему все труднее было пробираться через заросли кустарника.
— Посмотри, Роун, ты только взгляни на это!
Перед мутным взором Роуна предстала странная картина — впереди раскинулось такое огромное озеро, что не было видно противоположного берега. Вода бурлила, и на поверхности постоянно вздувались и лопались мерзкие бурые пузыри. Единственным признаком жизни в нем были покрытые желтоватой оболочкой водоросли. Именно это озеро привиделось Роуну тогда во сне.
Он скользнул затуманенным взглядом вдоль береговой линии и вдали, на приличном расстоянии от берега, заметил смутные очертания каких-то строений.
— Ты видишь там селение? — спросил Лампи.
Роун моргнул вместо ответа — у него не было сил говорить.
— Дыши глубже, — посоветовал ему Лампи.
Но Роуну не хотелось дышать вообще, не хотелось жить. Но в этот момент он почувствовал, как кто-то ползет у него по щеке. Он раскрыл один глаз и увидел сверчка. Он застрекотал, и Роун непроизвольно глубоко вдохнул.