Ловцы снов
Шрифт:
– Отличная идея, – поддержал Егор.
– Поедешь со мной? – вырвалось у меня. Сама не знаю, почему. Егор молчал. Смотрел, будто требуя уточнений, зачем мне его компания понадобилась. И, наверное, не нужно использовать его так нагло, все же выходные принято посвящать семье, а у него жена есть… Я отвернулась. – Ладно, забудь.
– Поеду, – сказал он. И добавил, наверное, для объяснения подобного решения: – Все же тебе понадобится поддержка. А то сдадут свои же в психушку, и некому будет помогать мне с расследованием.
Он прав, подстраховка не помешает. Если учесть, что у меня не было ни времени, ни желания выяснять
– Спасибо.
Помощь я приму с радостью. И с совестью своей справлюсь. В конце концов, с женой он не живет, так что…
Взгляд. Непозволительно жадный. Я на него отвечаю, пусть и страшно, потому что взгляды такие обычно заканчиваются для меня катастрофой. А потом Егор отворачивается к экрану. И пусть. Не будем спешить.
Спать меня уложили в кровать. Я слабо протестовала, ведь диван тоже весьма удобен, а мне сейчас достаточно коснуться головой подушки, и отключусь. Однако Егор настоял.
Комната, практически свободная от мебели, оттого дышится в ней необычайно легко. Я помнила ее – эту комнату. Намного лучше, чем остальную часть квартиры. Тут я впервые очнулась в этом теле. И дикий не был так любезен, как сегодня.
Уснула я с улыбкой на губах. Приставучей такой, несводимой улыбкой, будто кто-то набил мне ее на лицо, как татуировку.
Пробуждение было спокойным и беспечным – впервые за последнее время. И я позволила себе поваляться в кровати, рассматривая в окне перистые, плотные облака и куски ярко-голубого неба, глядящего из прорех. Вчерашние события потеряли глубину и яркость, оставаясь в памяти картинками с нужной информацией. Так и должно быть. Нечего циклиться.
Резкой трелью прозвучал дверной звонок, и я вздрогнула. Кого это принесло в будний день в такое время? Надеюсь, не из совета пожаловали, поскольку нам нечего ему противопоставить. Впрочем, будь у них желание, они бы еще вчера с нами расправились. И повод бы нашли – в отношении диких многие вольности прощаются…
Когда я решилась все же высунуть нос из комнаты, Егор уже впустил незваного гостя. Вернее, гостью. Она сопела, пыжилась и традиционно куталась в ярко-лимонный шарф.
– Вот ты где! – экспрессивно выдала Мышь и уперла руки в бока с угрожающим видом. – Я звоню-звоню, а она… телефон выключила и сидит тут!
– Зачем? – сонно спросила я, кутаясь в мягкий и теплый халат. Хотелось обратно, в кровать. Смотреть на небо и не думать ни о чем.
– Ты мне скажи, зачем ты тут сидишь, – обиженно выдохнула Мышь и подозрительно покосилась на Егора, который галантно предложил помочь ей снять верхнюю одежду.
– Я не о том. Зачем ты звонила?
– Сама же просила помочь! С маньяком и информацией. Я, между прочим, не с пустыми руками. – И она с довольным видом вытащила из пестрой сумки ноутбук. И как оно там все у нее помещается?
– Придется накормить тебя завтраком, – усмехнулся Егор и, оставив попытки помочь Лесе с курткой, ушел на кухню.
Даже не знаю, почему, но стало теплее после прихода Мыши. Я все-таки высвободила ее из плена толстого шарфа, помогла снять куртку и убрала вещи в шкаф. Обувь она буквально сбрасывала, нетерпеливо подпрыгивая на одной ноге и судорожно выдавая найденную, по всей вероятности,
А это уже интересно…
Впрочем, как бы ни было мне любопытно, я решила в начале ее все же покормить. Оттого отвела на кухню и помогла Егору с завтраком. Весьма гармонично, кстати, получилось. И неловкости не возникло, хотя я ее и ждала. Наутро некоторые вечерние вольности всегда кажутся слегка… неуместными.
Впрочем, Мышь обладала талантом рассеивать любые виды неловкостей. Она говорила. И говорила. И снова – уже с набитым ртом. Желание поделиться находкой походило на стихийное бедствие, остановить которое было совершенно невозможно. Оттого мы с Егором мудро решили переждать.
– Итак, – подытожил Егор, – в работах Андрея описано научное объяснение переселения в чужое тело в процессе осознанного сна, верно?
– Именно, – кивнула Мышь, сыто откидываясь на спинку стула. – Во сне возможности разума становятся практически безграничными. И психологически происходящее воспринимается гораздо проще, чем фантастические события в реальности.
– Во сне всегда происходит что-то фантастическое, – догадалась я.
– И человек к этому привык, – подтвердила Мышь. – Оттого переселение теоретически должно пройти легче с точки зрения восприятия. В работах Андрея описаны случаи, когда люди рассказывали о своей якобы параллельной жизни где-то на другом конце земли. Одна маленькая девочка поведала о собственной жизни в Штатах, где у нее есть муж и маленький сын. Она описывала город, в котором живет, в таких подробностях, что их вряд ли можно было просто придумать. И рассказы эти потом были подтверждены: нашелся и город, и семья этой девочки. Все названия улиц совпадали! Фамилии, имена, места работы. Удивительно! Однако те переселения всегда оказывались кратковременными, Андрей же предположил, что можно вселиться в чье-то тело навсегда. Так сказать, закрепиться.
М-да уж. Похоже, это со мной и произошло – закрепилась.
– Может ли это произойти против чьей-то воли? – задумчиво спросил Егор.
– Кто ж знает, – пожала плечами Мышь. – Это всего лишь теория. Большой пласт знаний, которые нам пока не открылись. И поле для исследований.
– А что, если исследования продолжаются? – предположила я. – Что, если Морозко разочаровался в отечественной науке и решил продолжить уже в одиночку? Возможно, именно для этого ему нужен был спонсор, а вовсе не для развития клуба?
– Хочешь сказать, Андрей тебя переселил в тело Алисы? – нахмурилась Мышь. – Разве вы были знакомы?
– Лично нет.
Но Виктор. И Гоша. И Ольга, которая к совету питает явно не дружеские чувства. Слишком много составляющих и не меньше пробелов, оттого в собранном паззле сложно разглядеть общую картину.
– Если Алису решили подменить, она чем-то мешала, – сказал Егор.
– Возможно, она узнала то, чего знать было не нужно?
Меня удостоили удивленных взглядов. Мышь выглядела испуганной. Подобралась, вжалась в спинку стула и обняла себя за плечи. На лице Егора отразилась вся гамма эмоций – от злости до горечи потери. Нужно будет помочь ему все это контролировать – сейчас он сам как ходячий сэндвич для любого стрикса.