Ловцы душ
Шрифт:
Проснувшись, увидела его рядом - спящего. Даже во сне он хмурился, на лице залегли тени. Провела рукой по его волосам, с любовью и нежностью коснулась пальцами его губ. Он открыл глаза, и я увидела в них себя. Улыбнулся горько и грустно.
– Как долго я спала?
– Даже шепот давался мне с трудом.
– Вечность,- ответил он.
– Как я оказалась здесь?
– Упала мне на руки. Я едва успел подхватить.
– Что со мной?
– Ты ранена, не шевелись. Уже не страшно. Все позади.
Все вспомнилось.
Я застонала, закрыла лицо руками, зарыдала. Тимнеон не спрашивал ни о чем, держал меня, пока я билась в бессильной ярости.
– Он все отнял у меня! Даже ее...
Только теперь я поняла, как она нужна была мне, пусть далеко, не рядом. Но я знала: стоит позвать - она прибежит, бесстрашно бросится на мою защиту, или просто побудет рядом, сочувственно урча, выслушает и посмотрит так преданно, как могут немногие люди... Она спасла мою жизнь. А я ее - не смогла.
– Не плачь, Айя, все уже кончилось.
– Нет, Тимнеон,- горестно сказала я,- все только началось. Это начало конца.
Он помрачнел, и не ответил. Взял мою руку, поднес к губам, прижал, закрыв глаза.
– Пусть так. Каждое начало - конец былого. Но мы будем вместе. Больше я тебя не отпущу, Айя. И пусть меня проклянут боги за это.
– Ты не понимаешь,- оттолкнула я его руку.
– Я во всем виновата!
– Никто ни в чем не виноват,- тихо сказал он.
– Мы сами выбрали этот путь. Теперь ты со мной, и пусть так будет.
Я промолчала, не зная, что ответить.
Он сам ухаживал за мной. Терпеливо поил, кормил из рук, как дитя. А я болела вовсе не телом. Не стала говорить ему, что раны мои могут затянутся, стоит лишь приказать. Я болела душой, за мертвых, которых уже не вернуть, и за живых, по моей вине оставшихся без близких.
Он не говорил о том вечере, расколовшем мир на "до" и "после". А я и не спрашивала, знала: мертвые оплаканы и преданы земле, повсюду скорбь и лишения, люди бродят у своих разрушенных домов, собирая немногие уцелевшие пожитки. В его глазах я видела вопрос, но не спешила отвечать. Мне самой нужно было понять...
Жрец часто снился мне, звал, тянул к себе, я вздрагивала, просыпалась, и Тимнеон прижимал меня сильнее, будто чувствуя, что могу исчезнуть.
Но больше бездействовать было нельзя. Я чувствовала - чем больше я откладываю нашу встречу, тем сильнее он становится. А я становлюсь слабой. Боль убивает меня.
– Мне нужно уйти,- сказала я на исходе третьего дня.
– Нет,- отрезал Тимнеон.
– Мне нужно,- повторила я.
– Он ищет меня. Ему все известно теперь. Зверь, проснувшийся в нем, набирается сил. Слишком долго он ждал этой встречи, и не будет покоя ни мне, ни ему, пока мы не уничтожим друг друга. Жертва не принесена...
Правитель сжал кулаки. Он не смотрел на меня, в его глазах
– Я дам ему множество дев вместо тебя,- проговорил с отчаянием в голосе.
– Отдам все, что попросит.
Я покачала головой.
– Что ему твои дары! Он всесилен, охвачен яростью и готов разрушить мир, чтоб погрести меня под его осколками. Я предала его... Отвергла дыхание его сердца. Магия Хранителей, сотворившая твой дворец, скрывает меня от его взгляда, пока я слаба. Но едва сила вернется ко мне, он почувствует ее. Он придет сюда...
– Я встану на его пути!
– Тимнеон поднялся, размял руки, будто враг уже у ворот дворца.
– Ты его не удержишь.
– Боги привели тебя ко мне,- упрямо возразил он.
– Я лишь исполню их волю.
– Боги не видят нас,- горько ответила я.
– И никогда не видели. Что для них ничтожные смертные? Наши души - вот их забава. Они создали тьму и свет, и повелели им ходить друг за другом, вращая колесо времени. Стоит им сойтись - и земля волнуется, вода выходит из берегов. Сейчас мое солнце сокрылось за его луной. Кому-то из нас нужно уйти, иначе мир исчезнет.
– Что мне этот мир?
– вздохнул Тимнеон, отходя к окну.
– Люди смертны, и что лучше - прожить сотни лун в одиночестве или три рядом с той, что одним взглядом вернула к жизни?
Его слова согрели мое сердце.
– Повелитель, у тебя есть все - богатство и власть, наложницы, рабы... Зачем тебе никчемная горянка, к тому же обреченная стать жертвенной девой?
Он помолчал, затем сказал:
– Я отдал бы все, лишь бы каждое утро, просыпаясь, видеть твои глаза.
– Чем они так тебе по нраву?
– улыбнулась я.
– В них я вижу истинный свет,- тихо ответил он.
– И за это стоит бороться.
Моя душа взмыла ввысь, к облакам. Не этого ли ждала я, не об этом ли мечтала? Вот он, рядом - и я уже не знаю, как можно быть без него. Моей жизни осталось на волосок, но и в ней будет чудо...
Я подошла к нему, опустилась на колени.
– Правитель, - шепнула, опустив голову.
– Я не стала невестой Ориса. И не стану. Мое сердце выбрало себе хозяина. Возьми мою душу, накрой меня покрывалом верности...
– Майана, - счастливо выдохнул он, опустился рядом со мной и его глаза были так близко, и губы так мягки...
Я не стала невестой Ориса. Я стала кацу Правителя.
Он уснул счастливый и даже во сне крепко прижимал меня. Голова моя кружилась, сердце трепетало от безграничной нежности. Наши души слились воедино, и никогда мне не было так хорошо, как рядом с ним, единственным моим любимым. От переполнившей сердце любви хотелось плакать. Я прислушивалась к дыханию моего дару, моля богов о том, чтоб никогда оно не прекращалось. Я придумала кое-что: стоило мне захотеть, в руках оказался мой камень, и я шепнула ему: