Ловцы душ

Загороднева Наталья

Последние двери распахнулись передо мной, явив тьму, в глубине которой ждал меня Жрец. Не останавливаясь, я свела руки, меж них вспыхнул яркий шар, - и послала его вглубь зала. Разбившись на мельчайшие искры, он осветил лежащего на полу Правителя, занесенный над его горлом кинжал, еще одно тело - маленькое, уже бездыханное - неподалеку. Катцемаа Правителя, храбрая девочка, бросилась на защиту своего кацу. Закрыла его и умерла, устремив в вечность недоуменно распахнутые глаза.

Где же Жрец?

Тьма бросилась в бой, окружила меня плотным кольцом, шипела

и ощетинивалась острыми иглами. Сила надежно закрывала меня - острия вспыхивали, не причиняя мне вреда. Перед моим взором стояло только одно: бьющаяся голубая жилка на шее моего возлюбленного, и ручеек крови из-под лезвия, из последних сил удерживаемого Тимнеоном. Решение пришло мгновенно: короткий приказ камню и одной рукой я запустила облачко души Уцы в тело девушки, в другой руке засиял меч, разрезавший надвое столб черноты, упавшей сверху.

– Спаси его!
– крикнула я девчонке.

Та по-звериному гибко вскочила на ноги и одним прыжком была у Правителя. Тонкие руки с нечеловеческой силой уцепились в кинжал, оттянули, отбросили. Девушка оглянулась, я успела увидеть ее удлиненные продольные зрачки.

Спиной я почувствовала движение. Вовремя отскочила и взмахнула мечом там, где мгновение назад стоял Кетцаль.

Жреца окружала плотная темная дымка, в руках его переливался всполохами огня меч, вдвое превосходящий мой длиной.

– Пришла спасать своего смертного?
– усмехнулся он.
– Может, передумаешь? Ему уже не помочь, не трать силы - сохранишь хотя бы эту землю.

Я прислушалась: в недрах Великой Горы проснулся губительный огонь. Жрец не шутит, мой край обречен. Еще немного - и огонь вырвется из глубин, затопит цветущие поля, дома, испепелит тех, кто еще жив и с мольбой просит пощады у небес.

Ярость переполнила меня и выплеснулась в стремительном нападении. Откуда только во мне эти знания, гибкость и четкость ударов? Впрочем, жрец не уступал, - его силы росли вместе с моими.

Он раскатисто захохотал.

– Давай, Хранительница, делай меня богом! Еще немного - и я остановлю Солнце!

Свет и тень закружились в водовороте вокруг нас, дворец затрясся - защита хранителей не выдерживала.

Я остановилась, Кетцаль замер моим отражением напротив.

Мы смотрели в глаза друг другу и понимали все, что хотели бы сказать вслух.

Все кончено... Мы оба уже ничего не можем изменить...

45

Осознание близости смерти освобождает душу от пут.

Перед моими глазами пронеслись все прошлые жизни, прекрасная Этака - родная планета, погибшая множество тысяч лет назад, Ноэ - наше временное пристанище, не столь уютное и щедрое, но так же расколотое чудовищным ударом небесного камня. Теперь та же участь ждет Землю... Всюду, где сходятся две силы мироздания, идет война, в которой нет победителей. Люди смертны, как и планеты, - остается лишь память о них - в душах, необъяснимой тоской и болью. Две силы выбирают воинов, сходящихся в схватке - не для того, чтобы выяснить, кто сильнее, - для того, чтоб раскрутить колесо мироздания. Рассыплется крошками-осколками

планета, разлетится по Млечному Пути, чтоб вздохнула великая Вселенная, и где-то родились новые звезды.

Но как же я устала от этого! Устала понимать, что по моей вине исчезают прекрасные творения Создателя. Это я не сумела удержать хрупкую гармонию, качнула чашу весов - немного, но этого хватило, чтоб обесценить жизнь населяющих эту планету существ, с надеждой и верой ожидающих завтрашнего дня. Души вечны, и возродятся еще не единожды, сотрутся воспоминания о ничтожной крохе времени - миг, день, год, век, в который исчез величайший народ, еще несущий мудрость предков. Если останутся горы - то сохранят хоть память о нас, мелькнувших песчинками в песках времени. Нет - не останется ничего. Пустота и вечная боль души, обреченной на бесконечное раскаяние и непреодолимое влечение к слиянию с врагом, отражением, недостающей для созидания части.

Что выбрать, что предпочесть? Поддаться, уступить - и обречь людей на века кровопролитных войн и разрушений. Уничтожив меня, не выровнять весы гармонии. Убить жреца - могу лишь, позабыв о том, кто сделал меня слабой, уязвимой. О том, кто доживает последние минуты земной жизни и вскоре покинет ее, оставив меня в одиночестве, что страшнее смерти. Жить без него... Зачем? Я еще сильна, еще могу противостоять тьме. Все кончится с последним вздохом моего возлюбленного.

Земля сотрясалась все сильнее, небо заволокло клубами дыма и пепла, на город упал каменный дождь. Мой народ гибнет. Исчезают прекрасные храмы и древние рукописи. Время больше не имеет значения. Есть только одно, что я могу сделать... И это мой выбор.

В одном, последнем, движении выплеснулась магия Хранителей и остановила несущуюся на меня силу Ориса - бога, не знающего жалости.

Время стало вязким и ленивым. Медленно, оставляя за собой длинный светящийся след, перелетел камень моей силы в руки женщины-ягуара.

"Возьми мою магию, возьми всех, кто еще жив, перенеси туда, где они найдут новый дом. Помоги им поставить новые храмы, сохранить древнюю мудрость и знания. Сохрани память обо мне... Пусть помнят люди, что Майана любила их... пусть несут в своих душах искру моей любви, берегут ее и передают своим детям. Мой народ не погибнет. Слава о нем останется в веках. Такова моя воля".

Дару все поняла, на ее глазах зверя-человека блеснули слезы. Камень окутал ее серебристой дымкой, растаявшей через мгновение.

– Иди ко мне, - потянулась я к Жрецу.

В его глазах мелькнул страх. Я и сама понимала, как велика во мне магия, как слепит его свет, льющийся из моего сердца. Жжет, топит его черную ярость.

Мы вскинули руки одновременно. Из наших ладоней вырвались всполохи - огня и света. Немыслимой мощи удар обрушился на землю, и тут же над моим островом расцвел белый купол, закрывший планету от разрушительной силы тьмы. Земля раскололась до самой сердцевины, море поднялось стеной высотой с Великую Гору и в одно мгновение поглотило прекрасную страну, равной которой не было в этом цветущем мире.