Лисичка
Шрифт:
— Хорошо, дорогой, только ты дай мне свой альбом, я хочу выбрать цветы для нашего сада, — предложила женщина, прижалась к Лаврентию и засмеялась, — пора нам переходить на садовые цветы.
— Ты, как всегда, права. Пойдем, я дам тебе альбом и расскажу, какой у меня план, — пообещал Лаврентий и увлек женщину в дом, радуясь, что Илария сама подсказала ему, как можно убедить ее в правильности своих поступков.
Глава 3
Октябрь принес в Ратманово утреннюю прохладу, но дни оставались теплыми, а небо было ясным. Близилась
Первым, по традиции, открывал череду гуляний престольный праздник церкви села Троицкого в честь Покрова Пресвятой Богородицы. Радушный хозяин барон Тальзит, как старый холостяк, поступал очень просто: для крестьян, съезжающихся со всех соседних деревень, расставлялись столы с угощением на площади около церкви, а для «благородных» гостей столы накрывались на лужайке в конце барского сада. Обычно праздник в Троицком проходил всегда одинаково: молодежь, быстро перекусив, убегала на церковную площадь участвовать в народных забавах, а старшее поколение переходило в дом, где уже стояли наготове ломберные столы. Игрокам предлагалось множество графинов с наливками, настойками и столовым вином, за приготовлением которых хозяин наблюдал лично, считая это делом первостепенной важности.
Княжны Черкасские, вместе с внучатыми племянницами барона Мари и Натали, сбились с ног, стараясь, чтобы праздник получился на славу. Из цветной бумаги было вырезано множество гирлянд, цветники и оранжереи Ратманова были изрядно прорежены, чтобы букетов хватило на все столы и украшение комнат. Убранные на полки кладовой с прошлого года скатерти были поглажены, посуда перемыта, а все дворовые девушки под руководством Долли уже неделю оттирали дом в Троицком до зеркального блеска.
— Всё хорошо, — вынесла свой вердикт княжна, последний раз пройдясь по дому и радуясь, что всё получилось удачно.
Молодые хозяйки не ударили в грязь лицом: мебель и полы были натерты, столы в доме и саду расставлены, посуда, приготовленная на завтра, сияла в большом буфете в столовой. Повариха Агаша еще со вчерашнего дня забрала себе в помощницы половину девичьей, и горы хлебов, кулебяк, пирогов высились на всех столах в большой кухне барского дома и занимали все кладовые, примыкавшие к ней. Пивоварня в поместье работала без устали уже месяц, и бочонки с ячменным пивом, белея залитыми воском пробками и уложенные рядами, заняли все место вдоль ее кирпичных стен.
В село уже отправили бычка и несколько баранов, которых завтра зажарят на большом костре в центре площади. Для соседей-помещиков Долли с крестным запланировали на обед заливное, жареных цыплят, оленину под французским соусом, расстегаи и рыбу, а для молодежи — пирожные. Все шло по плану, поэтому, успокоившись, она отпустила своих сестер и племянниц барона с Дашей Морозовой в дом учителя. Девушки хотели последний раз в этом году искупаться, пока горячее солнце еще прогревало воду в Усоже. Привезти обратно их должен был Александр Николаевич, отправившийся на площадь к церкви посмотреть
Веселые голоса и стук колес на подъездной аллее возвестили о возвращении купальщиц. Долли вышла на крыльцо, яркое солнце светило ей прямо в глаза, и пришлось приложить руку ко лбу, затеняя их, чтобы что-то разглядеть. Коляску барона, где на заднем сидении, плотно прижавшись друг другу, сидели все четыре девушки, а на переднем восседал Александр Николаевич, сопровождал верховой. Когда они подъехали к крыльцу, Долли с удивлением узнала во всаднике своего тайного знакомого Лаврентия Островского.
— Только этого мне не хватало! Если он сейчас хоть чем-нибудь намекнет, что встречался со мной в лесу, придется объясняться с крестным и тетушкой, — прошептала Долли, и хорошее настроение княжны сразу испарилось. Но взяв себя в руки, она решила, что лучшая оборона — это нападение, и нужно начать разговор первой.
Княжна сбежала с крыльца и подошла к остановившейся коляске. Александр Николаевич вышел первым и по очереди подал руку всем четырем своим подопечным, сходящим с подножки. Лиза подхватила сестру под руку, а Натали, Мари и Ольга окружили ее со всех сторон.
— Ну, как вода? — поинтересовалась Долли, весело улыбнувшись девушкам, и они наперебой начали восторгаться купанием и сожалеть, что она не поехала с ними.
— Дорогая, позволь представить тебе нашего соседа господина Островского, он недавно унаследовал Афанасьево от покойного Ивана Ивановича, — объявил барон, мягко оттеснил болтушек от крестницы и повернул ее к молодому человеку, который уже спешился и почтительно поклонился княжне.
— Дарья Николаевна Черкасская, светлейшая княжна и моя крестница, — представил Долли барон и отступил в сторону, давая ей возможность познакомиться с новым соседом.
— Добрый день, сударь, добро пожаловать в наши края, — сказала Долли и поклонилась молодому человеку, но руки не протянула, надеясь, что он поймет ее намек и будет держаться официально. Так и получилось — сосед поклонился и сказал:
— Счастлив познакомиться с вами, сударыня. Меня уже представили остальным дамам, и даже пригласили на завтрашний праздник. Надеюсь, как хозяйка бала вы не будете возражать?
— Мы — провинциалы, и балы нам заменяют гулянья, если вас это заинтересует, мы все будем рады, — заметила княжна, ухватила под руки сестер и обратилась к барону. — Крестный, я проверила, все уже готово, и мы с сестрами можем ехать домой. Если ты отпустишь к нам в гости Мари и Натали, то мы вернемся завтра часам к десяти, чтобы успеть расставить посуду до приезда гостей.
— Дядюшка, пожалуйста, можно нам поехать? — заныли девушки и повисли с двух сторон на руках барона.
— Ну, хорошо, поезжайте, — согласился Александр Николаевич и с облегчением подумал, что проведет тихий вечер в одиночестве. — Я сейчас скажу кучеру Савве, чтобы оседлал коня и проводил вас до Ратманова.
— Позвольте мне проводить барышень, — предложил Лаврентий, — мне это доставит большое удовольствие.
— Пожалуйста, буду премного вам обязан, — поблагодарил барон, пожав руку молодому человеку, — и жду вас завтра обязательно к нам на праздник, мы начинаем в два часа пополудни.