Лисье время
Шрифт:
– Не любите собак? – спросила она, лишь бы хоть что-то сказать, когда Конт подошел уже с аккуратным свертком одежды в руках.
– Это взаимное, те нас тоже терпеть не могут. Вот мать и придумала отваживать их отсюда пахучими цветочками, – Конт тоже поддел носком ботинка ближайший куст хризантем, до которого Нисса пока не добралась. – Летом, кстати, здесь все в жасмине и ночных фиалках, а весной – сирень. Госпожа директор здешнего цирка все садоводческие каталоги на тему самых вонючих растений перешерстила, увлечение у нее вроде бы такое.
– Собаки не любят оборотней? – вспомнился
– Обычно просто боятся. А вот нас с ней прям аж преследуют – словно добычу. Мать, кстати, говорит это потому, что у нее в жилах есть кровь Лиса. Того самого, да.
«Так вот почему рыжая!» – внезапно осенило Ниссу, но вслух ничего по этому поводу сказать просто не успела – из-за резкого поворота дорожки навстречу им выскочила массивная, едва различимая в темноте мужская фигура:
– Конт? Ты тоже здесь?
– Неужто удивлен? – в свою очередь поинтересовался тот, причем таким тоном, что успевшая перевести дух Нисса вновь напряглась.
– А, ну да… Это ж ты того парня обнаружил?
– А ты, надо полагать, привез нам его передавать? – Конт уже взял себя в руки и говорил подчеркнуто ровно. – От лица, так сказать, всея уборки?
– Угадал, надо же. – Чистильщик развернулся и пошел обратно к близкому уже входу в главное здание музея вместе с ними – словно так и надо было. – Поэтому посторонним тут сегодня не место, даже если они явились с тобой. Кто эта девушка?
– Не делай вид, будто не в курсе. – От ругательства Конт удержался, но оно загадочным образом словно повисло в воздухе. – В бумагах, что были оформлены в ресторане, все прописано четко и подробно. Или ты их не читал?
– Читал, – хмыкнул тот. – Это и есть та самая барышня? Ну-ка дай посмотрю, кто тут так вкусно пахнет…
– Руки!!! – Конт среагировал даже быстрее Ниссы, когда ее попытались ухватить за плечо и развернуть лицом к свету фонаря, висевшего над входом в музейную контору. И вызывая чувство странного дежавю – не далее как полчаса назад, в холле казино, господин детектив вот так же точно шипел на тамошнего охранника. – Только попробуй к ней прикоснуться!
– А то что? А?! – руку чистильщик, впрочем, убрал. – Да ты даже сразиться за нее не сможешь, бездарь. Или мамочке нажалуешься?
– Господин Толкс, думаю, вам все же не стоит переходить границы. – Внезапная помощь подоспела из-за столь же внезапно распахнувшейся двери: вставший на пороге Милфор выглядел нарочито бесстрастным, но при этом на удивление довольным. А еще слегка святым – на лампах в просторной приемной, что просматривалась за его спиной, точно не экономили, и нимб вокруг его головы получился на славу.
– Особенно сейчас, когда вы, скажем так, при исполнении, – чуть подвинул его своей коляской бывший капитан.
Сдается, госпожа Симирэс не лукавила – их с Контом и в самом деле ждали. С таким нетерпением, что аж встречать выскочили.
– Барош? Какого черта?! – названный Толксом мужик… вернее, оборотень, конечно, то ли и вправду ошалел до такой степени, что напрочь забыл про Ниссу, то ли решил, что это неплохой способ выйти из ситуации,
И будто для того, чтобы объяснить смысл его претензий, откуда-то снизу – из подвалов, похоже, раздался запредельно тоскливый, переполненный болью вой – Ниссу аж передернуло. А вот чистильщик, наоборот, подобрался, теперь, кажется, готовый хватать уже инвалида:
– Вам придется покинуть это место. Прямо сейчас, со мной!
– Не так быстро, Толкс, – испугаться Барош и не подумал. – Не так быстро, ясно?
– Вы не можете…
– Могу. Вот этот человек, – обернулся он к Милфору, – говорит, что я тоже оборотень. Не-про-яв-лен-ный, правильно?
– Правильно, – охотно подтвердил ведьмак. – И возможно даже бер. Представляете?
– Так что, Толкс, можете сами прова… э-э… идти куда вам хочется, тем более, что уже попрощались вроде. Но в одиночку и без меня! Еще вопросы?
– Н-да, а я тоже молодец, держусь пока, – непонятно для всех, кроме Ниссы, бормотнул Конт, когда чистильщик молча, с видом «кто-то здесь еще здорово пожалеет», развернулся и опять рванул к воротам – гораздо быстрее, чем в тот раз, когда они его встретили. – Ладно, капитан, пошли поболтаем.
– Бывший капитан! – уже привычно огрызнулись ему в ответ.
Глава двадцать шестая
Но побеседовать так, как оно того стоило – неспешно, с толком и с расстановкой, не вышло: Нисса принялась их пытать прямо с порога, не дав не только присесть, но даже входную дверь за собой как следует закрыть. Причем из множества осаждавших ее вопросов выбрала, похоже, вовсе не тот, с которого планировала начать – если аж сама ему удивилась:
– Погодите! – ухватила она Конта за рукав прямо в дверях, он даже вещи не успел сгрузить на ближайший стул – светлый и практичный, как и вся обстановка приемной. – А это нормально, что нас… В смысле, совсем новеньких, здесь сейчас трое собралось? У вас такая массовость часто бывает?
– Вот именно! Вот именно, барышня, – первым успел среагировать Милфор, пока Барош разворачивал свое кресло, а Конт избавлялся от костюма госпожи Симирэс, не слишком аккуратничая при этом. Надевать его сегодня мать точно больше не будет, после «пробежки» вернется сразу к себе и там переоденется. – Ненормально, разумеется.
И обернулся к Конту:
– Поправь меня, если ошибаюсь, но обычно для вас – это когда один случай на пару месяцев, если не на полгода. Так? А беров вообще целое столетие никто в глаза не видел. – И поскольку поправлять его явно не собирались, снова уставился на Ниссу: – Но как раз это и доказывает, что всполошились здесь не зря. Нельзя безнаказанно наращивать только одну сторону сложившегося равновесия, вторая неизбежно ответит тем же. Сама ответит, да. Холодные сейчас настолько активно тянут силу, что все, у кого дар пока дремал, невольно начнут просыпаться один за другим. Уборка просто потонет в работе! Вот в этой самой, да – ткнул он себе под ноги, когда снизу послышался очередной вой, страшнее прежнего. – И не скажу, что настолько скоропостижные «роды» второй, теневой сущности станут для всех такими уж легкими.