Лилия (сборник)
Шрифт:
Запрыгнув на него, Саша целовала его так жадно и так страстно, словно от этого зависела их дальнейшая судьба…
Не прерывая поцелуев, Макс донес Александру до постели. Саша скинула с Макса пиджак и, схватившись за рубашку, что есть силы рванула ее. Ткань с хрустом треснула и расползлась, отбрасывая пуговицы в стороны…
Когда бурное проявление страсти поутихло, Александра легла к Максу спиной, плотно прижавшись. Мужчина лежал, облокотившись на подушку, и продолжал ласкать свою любимую. Проводя по ее руке своей широкой ладонью
– Любимая, что с тобой? Ты вся дрожишь!
В этот момент Саша сжалась в комочек и, глядя прямо пред собой, тихо ответила трясущимися губами:
– Не отпускай меня… Не отдавай меня никому… Мне так страшно за нас…
Это признание повергло мужчину в настоящий шок. В его голове сразу же зародилась целая куча вопросов. Но, глядя на состояние супруги, он не спешил обрушивать их на нее. Вместо этого Макс молча накинул на Сашу одеяло и, прижавшись к ней еще крепче, прошептал на ухо:
– Никто и никогда не отнимет тебя у меня. Ты моя женщина.
Глава 5
В первых числах сентября Максимилиан находился в хорошем расположении духа, настроение у него было приподнятое. Его планы по бизнесу наконец начали осуществляться, да и семейная жизнь, как он считал, тоже была в полном порядке. Поэтому поездки на работу вызывали у него только положительные эмоции.
Выйдя из своего джипа, он бодрым шагом, держа в руках кожаный черный портфель, направился в офис. Его фирма арендовала три этажа в просторном многоэтажном здании, которое находилось почти в центре города. Здесь ему встретились трое сотрудников из его фирмы. Поздоровавшись, Биалкис направился с ними ко входу, обсуждая рабочие дела. Когда коллеги были почти у самых дверей громадного, похожего на муравейник офисного здания, к ним навстречу вышли три человека в деловых костюмах. Один из троицы тут же приветственно раскинул руки, обращаясь к Максу:
– Максимилиан, дорогой! Как я рад тебя видеть!
Это был мужчина примерно шестидесяти лет, среднего роста, плотного телосложения и лысоват. Его лицо относилось к восточному типу: мясистый нос, густые брови, черные маленькие глаза. Да и акцент отчетливо выдавал, что русский язык для этого мужчины был неродным.
Максимилиан остановился, чтобы поздороваться. Добродушно улыбнувшись, он смотрел собеседнику в глаза.
– Здравствуй, Хасан! Рад тебя видеть. Как дела? Как здоровье?
Хасан Ибрагимович, так звали восточного мужчину, в ответ наклонил голову и, расплывшись в широченной улыбке, дружески похлопал литовца по плечу:
– Ай-яй-яй! Да все хорошо, дорогой! Спасибо, что спросил! – И тут же перевел тему разговора: – Вот хочу тебя поздравить с победой. Трудная была гонка!
– Я надеюсь, ты на меня не в обиде, Хасан Ибрагимович? – полушутя заговорил Макс, который, в общем-то, был с Хасаном на ты.
– Да
Максимилиан улыбнулся в ответ.
– В утешение могу сказать, что ты почти наступал мне на пятки. Еще чуть-чуть – и исход этого дела мог быть совсем иным. Ты очень сильный соперник и дела ведешь не хуже меня, а где-то, может быть, и лучше.
– Возможно, возможно… – не стал спорить Хасан, закусывая сигару, которую он успел достать из внутреннего кармана пиджака.
– Просто на этот раз мне повезло чуть больше, чем тебе. – Казалось, Макс пытался оправдаться перед этим человеком за свою победу.
Слушая слова Биалкиса, Султанов прищурил один глаз. Продолжая удерживать в зубах толстую сигару, он слушал не перебивая. Дождавшись, когда Макс закончит свою речь, Хасан, вытащил изо рта сигару и ответил:
– Да все нормально! Я все равно в деле, не вышло с американцами – замутил с итальянцами, ты же меня знаешь, я без дела никогда не сижу.
– Ну, вот и славно! – заключил Макс.
Попрощавшись, деловые люди направились дальше, каждый в свою сторону.
Султанов Хасан Ибрагимович с литовцем был знаком довольно давно. Много лет назад они пересекались по общим вопросам в строительном бизнесе. Но с тех пор их дела разделились, и Хасан с Максом стали почти соперниками. Если до контракта Биалкиса с американцами Султанов был несколько выше литовца, то теперь социальная разница между ними выросла в пользу первого, причем в несколько раз. К слову сказать, Хасан тоже претендовал на этот контракт, но литовец со своей командой вырвали его из рук Султанова в последний момент…
Султанов сидел сзади в своем тонированном «Бугатти» темно-вишневого цвета и о чем-то думал. Оказавшись в своей машине, он тут же закурил кубинскую сигару.
В машине находились еще два человека – шофер и личный телохранитель. Прислуга сидела впереди. Хасан любил простор, поэтому предпочитал сидеть сзади один.
– Поезжай в наш ресторан, – приказал он шоферу на узбекском.
Дважды повторять не пришлось.
По дороге в ресторан, который принадлежал Хасану, он сделал один звонок по сотовому телефону:
– Алло! Это Султан говорит. Хочу тебя сегодня видеть. Приезжай к двум в мой ресторан, – лаконично, провел свой телефонный разговор Хасан на – узбекском.
Ресторан Хасана находился в тридцати минутах езды от места, где он встретился с Максом. Несясь по проезжей части, словно ветер, темно-вишневая «Бугатти» вела себя свободно, а где-то даже дерзко. Шофер у Султанова был что надо. Беспрепятственно объехав многочисленные пробки, он уворачивался от затора, не обращая внимания на возмущенные сигналы других машин.