Ликвидатор
Шрифт:
Ликвидатор ощутил его пробуждение: потоки силы неслись навстречу, неся боль, отчаяние и безысходность.
«Он силён, очень силён. Но пока что напоминает ребёнка, наделённого супер способностями, но не умеющего их контролировать. Надеюсь, Сейма ещё жива. — Сердце Берка предательски сжалось, Моран мысленно представил возможные последствия. — Что же ты наделала? Семь-восемь дней, и монстр научится убивать любое существо Иного мира, даже не прикоснувшись к нему…»
Всё случилось раньше… Пусть так, но нескольких минут
Вампир вышел на середину дороги, шум мотора неумолимо приближался. Мужчина закрыл глаза, его тело напряглось. Вся энергия сосредоточилась в одном месте, где-то глубоко внутри, заставляя мышцы каменеть, а кровь медленнее течь по венам.
Сейма давила педаль газа, теряя контроль: голова кружилась, ком подкатывал к горлу, дрожь волнами сотрясала тело. Переведя взгляд с дороги на ребёнка, оборотень увидела страх, но это был страх не маленького мальчика, похищенного чужой женщиной, а ужас монстра, чувствующего свой конец. Брюнетка на секунду закрыла глаза и тряхнула головой, пытаясь прогнать наваждение. Но видение вдруг обрело очертания ликвидатора, стоящего у неё на пути. Попытка затормозить, но она ничего не изменила, машина с силой врезалась в Морана, словно в скалу, внезапно возникшую на дороге. Скрежет металла, треск разбитого стекла и хруст ломающийся костей водителя и пассажира… потоки силы исчезли так же внезапно, как и появились.
Спустя несколько секунд Сейма ощутила, как сильные руки шефа вытаскивают её из машины. Он что-то говорил, но это уже не имело смысла. Ничего не имело смысла: ни дикая боль во всём теле, ни отсутствие будущего. Всё исчезло с последним криком мальчика и монстра, в этом крике слышался злобный рык чудовища, не успевшего воспользоваться силой, но там был и плачь ребёнка, которому никто не дал права выбирать.
Сквозь пелену слёз, застилающую глаза, Сейма увидела Марью и ещё нескольких оборотней, стоящих чуть поодаль.
— Иван, уведи её.
— Иван? Здесь? — губы прошептали вопрос автоматически, ответ женщине был безразличен, но она позволила себе опереться на руку вампира и медленно пошла прочь.
Сзади раздался голос ликвидатора:
— Вытащите тело из машины. Марья, начнёшь ты.
Приказ ударил по нервам. Несмотря на боль, Сейма обернулась.
— Всё кончено, он мёртв. Что она начнёт?
Берк раздражённо повторил:
— Иван, уведи её.
Но попытки Иванова не увенчались успехом. Брат Марьи не мог позволить себе воспользоваться силой в полной мере, боясь причинить любимой боль. Всегда уверенный в себе, вампир выглядел потерянным. А оборотень продолжала сопротивляться, теряя контроль. Ликвидатор пристально посмотрел на любимую сотрудницу. В пронзительном взгляде смешались жалость и гнев. Спустя минуту он устало произнёс:
— Хорошо, ты сама сделала выбор. Но это ещё не конец, Сейма, это только начало.
==========
Закат казался кровавым, перебирая багряными бликами в верхушках голых деревьев. Тёмный язык дороги, словно мифическое чудовище, вынырнувшее из ада, готовился навсегда поглотить происходящее, не оставив ни малейшего следа предстоящей бойни. Разбитая машина, мёртвое тело и монстры, чьей работой была смерть. В эти минуты каждый из них становился самим собой, что на Земле случалось не часто.
Глаза Марьи засветились ярким синим светом, клыки обнажились, из горла вырвался глухой рык в предвкушении ещё тёплой, человеческой крови.
Три оборотня, стоящие рядом, поспешно скидывали с себя одежду.
Дмитрий и Фёдор, сорокалетние братья близнецы, представлявшие из себя две груды мускулов, были волками. Бритые головы, тёмно-серые глаза, тонкие губы, плотно сжатые в одну линию. Линии скул и волевые подбородки выдавали характеры бывших бойцов спецназа. Они всё делали вместе, даже погибли в один день. В подразделении ликвидатора часто злились на эту парочку: различить их было практически невозможно, особенно, если ребята хотели поиздеваться над окружающими, в какой-нибудь из дней одевшись одинаково.
Третий монстр — Михаил. После смерти долго не размышлял, остановив свой выбор на оборотне гризли. В человеческом обличии мужчина напоминал огромного медведя. Мощное телосложение, тёмные волосы, борода и усы, пухлые губы, красивые белые зубы, прямой нос и чёрные глаза, с осторожностью смотрящие на мир из-под густых бровей. Но стоило Михаилу улыбнуться, и грозный монстр превращался в милого и обаятельного тридцати одного летнего молодого человека.
Наблюдая за монстрами, до Сеймы постепенно начинал доходить смысл происходящего. Когда на дороге возникли два волка и огромный медведь, всё стало на свои места. Женщина бросилась к ликвидатору с отчаянным криком:
— Зачем? Зачем ты делаешь это? Ведь он уже мёртв. Тебе мало?
Берк ненавидел эту часть своей работы, но именно за этим он пришёл на Землю, именно этому учился долгие годы, и из-за этой проклятой работы был убит его отец. Но её требовалось сделать, несмотря на осуждение и крики Сеймы.
— Мы — падальщики, мы самые обычные падальщики… — крик перешёл в рыдание.
Моран схватил женщину за плечи, заставил посмотреть в глаза:
— Может, ты и права. Но я знаю, почему мы делаем это. А почему это делают люди? Люди, живущие на этой планете и методично занимающиеся уничтожением друг друга? Объясни, почему?
— Он был ребёнком. А ты убил его, хладнокровно и расчетливо ты убил его.
Нет, она совсем не слушала его, слышала, но отказывалась слушать.
Чёрные глаза Берка загорелись синим светом, в голосе послышался металл:
— Смотри на меня, — это была не просьба и не приказ. Её просто заставили повиноваться.