Лики любви
Шрифт:
В этот ранний час перед больницей стояло мало машин. Эрни затормозил прямо у приемного отделения. Мини-автобус, который ехал впереди них, уже стоял пустой: должно быть, оба семейства были внутри и ждали новостей. Сердце Алекс сжалось при одной мысли о томительном, тягостном ожидании.
Эрни выключил зажигание, и Алекс, чувствуя необходимость что-то сделать, повернулась к нему.
— Извини. — Она положила руку ему на плечо, словно желая удержать. — Я была не права, когда сказала… — Алекс помотала головой, не в
— Ничего, — грубовато ответил Эрни. Ты меня тоже прости. Мы столько всего пережили за последние двенадцать часов… как будто целая жизнь прошла. — Он криво улыбнулся. — Как-то трудно осмыслить сразу происшедшее и сделать правильные выводы, в особенности когда вмешиваются непредвиденные обстоятельства.
Алекс прерывисто вздохнула.
— Я очень хочу верить тебе и полагаться на тебя, — прошептала она, стараясь, чтобы Эрни понял ее до конца.
Тот кивнул.
— Да, мы должны дать друг другу шанс. Это нужно нам обоим, Александра.
— Я тоже этого хочу! Я так давно этого хочу, Эрни, что мне просто страшно. Словно это не может сбыться. Я все время боюсь: что-нибудь случится или кто-нибудь придет и все испортит.
Эрни отстегнул ремень безопасности и, наклонившись к Алекс, взял в ладони ее лицо, не давая отвести глаз.
— Никто не заставит нас разлюбить друг друга, — прошептал он и поцеловал ее. Поцеловал с таким пылом, что все мысли вмиг вылетели из головы Алекс.
Она ответила на поцелуй, страстно желая, чтобы все их мечты сбылись и они с Эрни были вместе до конца жизни. Жар поцелуя прогнал холод реальности, и они забыли, где находятся и почему. Жизнь брала свое. Словно на минутку тучи разошлись и на всем свете остались лишь они двое.
— Помни об этом, Александра, — хрипло потребовал Эрни, отрываясь от ее губ. — Я здесь ради тебя. Понимаешь? Что бы ни случилось этой ночью, обещай мне…
Эрни убрал беспорядочно рассыпанные кудряшки с ее лба. Сдерживаемая страсть, которая звучала в его голосе, заставила Алекс внимательнее прислушаться к словам. Поцелуй вернул ей силы, наполнил теплом и верой в их счастливое совместное будущее.
— Обещай мне, — повторил Эрни, его глаза горели, как угли, — что не позволишь ничему и никому разлучить нас.
— Но сейчас меня ждут родные, — напомнила ему Алекс.
— Конечно, — согласился Эрни. — И я помогу тебе всем, чем могу. Но я имел в виду немного другое: ты должна верить в то, что между нами было, есть… и будет.
— Я здесь для того, чтобы быть с тобой, Эрни! — воскликнула она, согретая обещанием, которое звучало в его голосе. — И так было всегда.
— Рад это слышать, — ответил Эрни. И с чуть кривоватой улыбкой спросил: — Ну как, ты хочешь идти туда?
Конечно же Алекс этого не хотела. Она предпочла бы остаться с Эрни. Но подавила эгоистичное желание и ответила:
— Меня ведь ждут…
Эрни кивнул, отстегнул ее ремень и вылез из машины. Алекс не стала дожидаться, пока он откроет ей дверцу.
Держась за
Здесь была кухонька за низкой перегородкой, стол со стульями, два дивана, книжный шкаф и телевизор. Финн и родители Алекс сидели за столом с кружками кофе и нетронутой тарелкой печенья. Джон и Алиса Рамзи устроились на диване, голова жены покоилась на плече мужа. Вид у обоих был до предела измученный. Все были еще в праздничной одежде, что выглядело весьма нелепо в стенах больницы.
— Слышали новости? — спросил Патрик Шонесси у Эрни.
— Нет.
— Их повезли на рентген.
— Тогда скоро мы все узнаем.
Алекс села рядом с матерью, а Эрни пошел поговорить с Джоном Рамзи. Финн встав, чтобы приготовить новоприбывшим кофе. Ожидание давило всем на нервы. Гадать было бесполезно. Пока они точно не узнают, что с Маделин и Дугласом, глупо было строить какие-либо планы.
Эрни упомянул, что заказал для Шонесси и Рамзи номера в местной гостинице, за что получил благодарность присутствующих. Рано или поздно, но всем понадобится отдохнуть, а возвращаться в поместье было слишком далеко. Усталость уже брала свое: глаза закрывались сами собой, спины горбились…
Наконец появился доктор Хиггинс. Его приход подействовал на всех как электрошок, вернув в бодрствующее состояние. Седовласому и похожему на щепку Хиггинсу было за пятьдесят, его добрые глаза и мягкое обращение невольно вызывали доверие.
— Они поправятся, — объявил он, прогнав самые худшие опасения.
— Тогда в чем проблемы? — спросил отец Алекс, подымаясь и готовясь встретить эти проблемы лицом к лицу.
— Черепа и позвоночники целы, но у обоих сильное сотрясение мозга. За пострадавшими надо будет понаблюдать еще несколько дней.
— А что с левой ногой Дугласа?
— Переломы в двух местах. Еще у него сломаны три ребра. Внутренних повреждений нет, но много сильных ушибов и ссадин. Рану на голове уже зашили, царапины обработали. У него еще долго все будет болеть, но проблем с выздоровлением не предвидится.
— Слава Богу! — прошептала мать Алекс. В ее глазах стояли слезы. — Можно нам увидеть Дуга?
— В скорости. Только разговаривать с ним у вас не получится.
— А что с нашей дочерью? — спросил Джон Рамзи.
Доктор Хиггинс повернулся к нему с выражением сочувствия на лице.
— Мне очень жаль, но ваша дочь пострадала сильнее. У нее сломаны бедренная кость и рука. И есть внутренние повреждения. Ничего опасного для ее здоровья, но…
— Что — «но»? — пронзительно воскликнула Алиса.
И тут сдержанно и серьезно доктор Хиггинс сообщил им новость, которая уничтожила успокоительное действие его предыдущих слов.
— Мы ничего не могли с этим поделать. Кровотечение… — Он печально покачал головой и вздохнул. — Ваша дочь потеряла ребенка.