Лицо бездны
Шрифт:
– А кто осмелится нырнуть?
– скептически произнес Серегин, - до отверстия капа - глубина не менее 12 метров, да там и заплутать не долго.
– Я нырну, если не найдется добровольца помоложе, - сказал Гусев нетерпеливо.
– Только не надо больше размышлять, давайте что-то делать, товарищ капитан. Звоните старпому, боцману, у кого они там хранятся? Надеюсь, баллоны в порядке?
Капитан, кашлянув, покосился на неподвижно стоящего у окна вахтенного штурмана. Взял стармеха за локоть, вывел его на крыло мостика.
– Слушай, дедушка, ты только не
– поднял он руку в ответ на быстрый взгляд стармеха.
– Не надо, чтобы слушали люди... это наши нюансы...
– Он сморщился, глядя сверху на распластавшееся вокруг море с темно-синими буграми некрупных волн, на покачивавшиеся среди этих волн два днища перевернутых судов. На меньшем копошились с инструментом спасатели.
– Короче, гидрокостюмов у нас нет, Вячеслав Николаевич, - сказал он наконец-то, что никогда в другое время не выговорил бы своему строптивому стармеху.
– Вы что, все тут с ума посходили?
– вырвал локоть Гусев.
– Почему нет, если они должны быть, как есть шлюпки, мачты, главный двигатель! Мы спасатели! Где старпом?
– Я говорил с ним, - отвел глаза капитан.
– Он сдал гидрокостюмы на склад. Объяснил так, что их положено протирать, спиртом, спирт команда расходует не туда... А сейчас знаешь борьба с этим самым... проклятым зельем. Ну, он и сдал костюмы от греха.
Стармех схватился за голову, глядя в лицо капитану. Хотел, наверное, что-то крикнуть, но сдержался, опустил руки.
– Здесь такое дело, дед, - заговорил с запинкой Серегин.
– Из штаба сообщили, что японцы предлагают помощь. Они берутся в считанные часы доставить водолазов, понтоны, гарантируют спасение человека и парохода.
– Ну так надо же соглашаться!
– воскликнул стармех.
– Я тоже ответил им так, прости, не посоветовался с тобой, Вячеслав Иванович.
– Какой совет, о чем ты говоришь! Человек там, какие могут быть торги! Он повел рукой по горизонту.
– Гляди, собралось полфлота, а толку нет, ни у кого же ничего не приспособлено для спасательных дел. Мы собрались, а парень гибнет. Пока притащим сюда понтоны, водолазов из Приморска!
– Я все им так радировал, - капитан постукивал пальцами по планширу.
– Но они решили, что слишком дорого, приказали нам обеспечить спасение своими силами.
– Хороши моряки!
– Стармех махнул рукой.
– Так у нас все, в нашей системе. В самые ответственные моменты командует тот, кто ни хрена, извини, не смыслит в деле, вроде начальничков в нашей столице. Получится дело - им честь и хвала. Провалим - они в стороне, отвечать нам... Ну что, капитан, значит, ничего не остается, как вырезать отверстие в борту, пока светло, и достать парнишку. Это я, с вашего позволения, беру на себя.
– Все так...
– буркнул капитан. Непорядок, о котором ему пришлось рассказать стармеху, был в полной мере упущением палубной команды, а значит, и его капитанским проколом в первую очередь. И то, что Гусев не ругался, унижало капитана еще больше, потому что как старший по званию на пароходе он считал себя в какой-то
– Все так, - повторял он. Отверстие вырезать, конечно, можно, только тетя Дуся не стала бы этого делать.
– Уборщица?
– с интересом взглянул на него стармех.
– Именно так, Вячеслав Николаевич. Любая уборщица, в том числе и наша тетя Дуся, знает, что если ведро плавает в воде вверх дном, то нельзя вырезать в дне дырку, оно тотчас утонет.
– Что же предложит тетя Дуся? Пусть оно плавает, пока оттуда не перестанут стучать? Двое суток мы мучим парнишку, давайте добьем его до конца дусиной мудростью.
Капитан остановился.
– Я не хотел подначивать, Вячеслав Николаевич, хотя язычки у нас у обоих, я гляжу, хороши.
– Он поднял на Гусева воспаленные бессонницей глаза. Это я не вам, себе говорю, фильтрую идеи, а ничего доброго не нахожу. Водолазов я запросил в Приморске, будут здесь через сутки. Но к вечеру обещают ухудшение погоды, шторм. Удержится ли буксир на артикаплах? Выживет ли парень еще сутки без воды, пищи, в холоде, раздетый.
– Как хотите, надо немедленно резать и выручать мужика!
– сказал стармех.
– Пока мы его вырежем, воздух уйдет и пароход утонет, - капитан снова заходил по мостику. Если б сразу - бах - и дыра.
– Товарищ капитан, можно?
– спросил поднявшийся на мостик боцман. Я думаю так: надо надрезать, потом рвануть разом - и порядок.
– Спасибо, Петр Семенович, остается маленькая деталь, где взять сварщика?
– он поглядел на стармеха. Где достать вашего долбанного ударника комтруда? Капитан поднял ладонь, останавливая пытавшегося вмешаться боцмана.
– Знаю, что и вы когда-то варили, Петр Семенович, и вот дедушка наверняка умеет, но для такого дела нужен специалист высокого класса, рисковать мы не можем. Третий! окликнул капитан вахтенного.
– Переговорите с пароходами, у кого есть классный специалист.
– Есть, - ответил молодой штурман, отходя к переговорной станции.
– А я дам радио штабу с нашим предложением, - сказал капитан.
– Без штаба - не имеем права?
– крикнул стармех.
– Им оттуда все так хорошо видно, особенно шефу, с его портовским образованием?
– Ух вы и язва!
– сдержанно улыбнулся капитан, хлопнул стармеха по плечу.
– Право-то мы имеем вместе с вами, Вячеслав Николаевич, только отвечать придется мне, потому уж позвольте, я все же свяжусь.
В десятом часу утра с рыбацкого транспортного рефрижератора доставили на боте газоэлектросварщика, угрюмого вида мужчину, который, выслушав суть дела, сразу сказал, что резать можно только электродами, и ни в коем случае не газовой горелкой.
– Но газом же легче, Геннадий Викторович, возразил ему стармех с выражением почтения, которое всегда оказывают технари истинным мастерам своего дела.
Сварщик посмотрел на него из-под густых, .висячих бровей. Уловил уважительный тон и потому ответил обстоятельнее, чем сделал бы это для другого, не разбирающегося в деле человека.