Лицо бездны
Шрифт:
– На шлюпталях держится, - сказал сидевший за румпелем старпом.
– Лещенко, придержи бот!
– Он плавно повел румпелем, подводя бот к грязно-алому днищу буксира. Матрос зацепился отпорным крюком за бортовой киль, оглянулся на старпома.
– Может, выберусь?
– Давай, осторожно.
Бот привязали пеньковым концом. Следом за матросом на днище вскарабкался третий электромеханик. Сорокапятометровая туша буксира, выставившая в небо насадки винта, походила на перевернувшуюся лапками вверх утку. Корма едва заметно
– Ну что, чиф, здесь все в порядке, - сказал электромеханик, обойдя днище.
– Думаю, вполне можно буксировать, не оторвется, если воздух не выйдет.
– Надо наладить поддув, - сказал старпом.
– Просверлить в борту отверстие, вставить шланг и работать компрессорам по мере надобности.
– Здесь толстая обшивка, не просто и сверлить, - сказал Васютин. Наклонившись, он достал из ящика молоток и постукал по борту в одном, другом месте. Миллиметров двадцать, не меньше, - определил он по звуку и постучал еще раз. И вдруг лица у всех четверых вытянулись. Изнутри судна раздался ответный стук.
– Живые!
– крикнул старпом.
– А ну стучи, Володя!
Моторист постучал - в ответ затрещали частые, настойчивые удары. Так стучат в железную дверь тюремной камеры доведенные до отчаяния узники.
– Братцы, там люди!
– крикнул Лещенко. Он упал на колени и, наклонившись к заросшему ракушками днищу, крикнул:
– Эй! Кто там есть?
Все замолкли, прислушиваясь. Ответа не последовало. Старпом, выхватив у моториста молоток, стукнул раз и после паузы - три раза подряд. В ответ повторили: "тук"... "тук-тук-тук..."
Известие о сигналах изнутри буксира разом перечеркнуло подготовленный на совещании и утвержденный Штабом план операции. Ни о какой буксировке не могло быть и речи, пока не будут вызволены из беды люди. Сколько их там живых? В каком состоянии? Но самое главное - как высвободить их из ловушки? На коротком командирском совещании решили просверлить несколько отверстий в борту судна, чтобы во-первых, услышать голоса тех, кто там, в машинном отделении, во-вторых, приспособить шланг для поддува уходящего воздуха.
– Только надо сразу же заготовить чопы, - заметил боцман.
– Понятно, вот ты этим и займись, - сказал капитан.
– Передай чопы тому, кто будет сверлить. Вы, Александр Иванович?
– спросил он электромеханика.
– Естественно, - сказал тот как о деле окончательно решенном.
– Воды бы им подать, товарищ капитан, - с состраданием в голосе предложила буфетчица.
– Наверное, ни воды, ни что кушать у них нет...
– Будут им и еда и чай, Ася, - бросил капитан, сейчас надо спасать, тогда все будет.
Экипаж собрался у фальшборта на главной палубе, провожая отходивший к Системе бот. Спустя некоторое время, работая переменными ходами, спасатель приблизился к перевернутой барже, с носа подали электрический
– и снова нагнулся, давя рукоятку. Дрель завизжала - и сверло провалилось. Тотчас изнутри ударила синеватая струя воздуха. Электромеханик спешно заткнул отверстие деревянным чопом.
– Во свистит! Это боцман вовремя придумал с чопами.
– Ты с ними, с ними разговаривай, нам не надо!
– крикнул старпом с носа спасателя.
– Сейчас!
– Александр Иванович нагнулся пониже, раскачав, вынул из отверстия деревяшку и крикнул в испускавшее воздух отверстие.
– Эй, братцы, кто там, откликнись!
В ответ раздался слабый голос Максима.
– Я здесь один. А сколько на шлюпке?
Электромеханик недоуменно взглянул на болтающуюся около борта перевернутую шлюпку, она держалась на невидимых сверху уходящих в глубину шлюлталях. Понял, что внутри слышно, как шлюпка бьется о борт.
– Шлюпка перевернулась, никого!
– крикнул он в отверстие.
– А я думал...
– Кто ты?
– Ковалев, Максим, третий механик... Замерз, спасайте, ребята!
– Держись, Максим, не оставим!
– кричал в отверстие электромеханик. Сильно пахнущая маслом, ржавчиной, аммиаком струя воздуха изнутри била ему в лицо. Сейчас придумаем быстренько, как тебя достать!
– Ребята, не думайте, я все уже рассчитал... Водолазов пошлите... Или парня в гидрокостюме, с запасным комплектом, машинный кап (Вентиляционная дверца вверху машинного отделения) открыт, поднырнуть легко, мы вместе уйдем...
– Добро, добро, Максим, мы найдем способ, ты будь уверен, извини, брат, закрою дыру, чтоб не выходил воздух.
– Не могу больше, ребята...
Максим Ковалев!
– Через несколько минут это имя стало известно всем на спасателе и собравшимся вокруг места катастрофы судам: в штаб полетела радиограмма с сенсационным сообщением.
Старший механик Гусев поднялся на мостик, где, не присаживаясь ни на минуту, мерил палубу шагами капитан Серегин.
– Что будем делать?
– обратился к нему Гусев.
– Этот вопрос я обращаю к вам: что будем делать?
– сказал капитан.
– Вы - человек наверху, - уязвленно заметил Гусев.
– Но вот одно из самых разумных предложений и сделал его, как ни странно, Максим Ковалев. Парнишка правильно подсказал, надо направить к нему водолаза.
– Надеюсь, вы не хуже меня знаете, что водолаз списался в отпуск, - сказал капитан.
– В таком случае стоит прислушаться к его второму предложению - отправить ныряльщика с запасным гидрокостюмом. Дайте команду старпому, костюмы у него.