Лич
Шрифт:
Потери ацтланской армии росли в геометрической прогрессии, в основном зомби, однако в сложившихся обстоятельствах они трудно возобновляемый ресурс. Кирилл не мог повернуть назад, слишком многое на кону.
Даже спустя четверо суток Ксочипеп не смог настигнуть основные силы противника, тот драпал с феноменальной скоростью, практически без отдыха. Сказывается накачка эмульсией.
Вскоре и без того не лучшее настроение омрачила весть о гибели дракона Кэомата, который слишком приблизился к ромейцам, а те выпустили
Достигнув нужного места с войском, архилич застал обглоданный до костей скелет крылатой рептилии. Солдаты Ксочипепа быстро нашли останки, взяли под охрану и остались дожидаться царя.
— Какие прожорливые эти кликуны, — Кирилл провел рукой по черепу Кэомата без намека на чешую, мышцы, сухожилия. Будто отполированная добела слоновая кость. — Не хотел бы я с ними столкнуться.
— Они жрут магию и все, что ей насыщено, — сказала Виктория. — Магический источник для них как свет для мотыльков.
— Почему кости оставили?
— Наверное, не успели сожрать. Срок жизни тварей с момента пробуждения исчисляется минутами, в лучшем случае, десятками минут.
— Вот и новый претендент на роль драколича. Душа Кэомата должна быть в сохранности, с момента смерти прошло не слишком много времени.
— Ундолиму это не понравится.
— Разумеется, но против он не будет. Потери надо восполнять.
За три часа жрецы-личи подготовились к обряду. Выжгли на земле малую печать Уицилопочтли, расставили магические черепа, вырезали на костях слова заклинаний. Так как времени мало, Кирилл приказал ограничиться только самым необходимым, укрепить скелет и напитать его дополнительной силой можно потом.
Обряд проходил по тому же сценарию, что и в случае с Хеонак. В самый ответственный момент распахнулся разрыв в ноосферу, оттуда к скелету Кэомата потянулась струя эктоплазмы.
— Займи этот сосуд! Я приказываю!
Сизый «дым» начал медленно впитываться в кости. Вырезанные на них символы, глазницы черепа вспыхнули зеленым светом, после разрыв в Изнанку самостоятельно закрылся. Мир живых и мир духов сами собой стараются избегать соприкосновения.
— Получилось? — поинтересовался Квинт, помогавший в проведении ритуала.
— Откуда я знаю? Сейчас посмотрим.
Пару минут спустя скелет вопреки здравому смыслу самостоятельно начал двигаться. Кэомат попытался приподняться, опиравшись на поломанные остатки крыльев. Пасть раскрылась, он видимо хотел что-то сказать или сделать вдох, разумеется, ничего не вышло.
— Ты Кэомат? — обратился Кирилл к драколичу. — Кивни, если он.
Воскрешенное существо утвердительно кивнуло.
— Попробуй что-нибудь сказать, мы наложили чары голоса на твои кости. Это достаточно просто, мысли сами обратятся в звук, стоит захотеть.
Дракон несколько минут щелкал пастью, пока не достиг первых успехов.
— А-а-а… э-э, К-к…цикаль… — в этом кряхтении
— Ты был мертв, мы тебя вернули, сделали первым драконом-личем. Уж извини, что в таком виде. Кликуны обглодали твое тело до костей.
— Н-не… хочу…
— Не паникуй, Кэомат, мы потом нарастим мясо на костях, если захочешь. Просто время дорого, нам надо двигаться на северо-запад, громить Пошесть. Помнишь?
— П-поо… мню.
— Могу я рассчитывать на твою помощь? — Кирилл на самом деле наложил магический поводок на драколича, но тому это знать пока необязательно. Продуктивность работы на совесть куда выше, чем из-под палки. — Первый немертвый дракон.
— Х… хорошо.
Кэомат оглядел остатки своих крыльев с обломанными пальцами, на которых раньше крепились перепонки.
— Летать тебе пока не суждено. Увы. Придется топать по земле, как мы.
— Дерьмо! Ненавижу нурийцев и треклятых кликунов, — прорвалось у взбешенного драколич. — Я буду медленно зажаривать их до хрустящей корочки!
— Попробуй дыхнуть огнем.
Из пасти вырвался поток ярко-зеленого огня. Наглядное подтверждение того, что драконье пламя это завязано на магии, а не биохимических процессах.
— Я им всем покажу!
— Есть еще порох в пороховницах. От тебя будет толк. Как в целом ощущения?
— Все так непривычно… Хочу вздохнуть, но не получается, у меня не бьется сердце, а движения скованные.
— Привыкнешь. Скованность исчезнет.
— Как скоро?
— У меня несколько месяцев ушло на адаптацию.
— Но сейчас ты не совсем ходячий труп, верно?
— Мы с Тлалоком являемся нежитью переходной ступени.
— Сделайте и меня таким!
— Это долго, сложно, требует редких ингредиентов, — врал архилич. — И вообще нет гарантии, что ритуал сработает на драконе.
— Превращение в лича ведь сработало.
— Позже, когда закончим с Саварией. Договорились?
— Поклянись.
— Не буду, — пошел Кирилл в отказ. — Ты и твои собратья не в том положении, чтобы требовать такого. Я помогаю вам лишь по доброте душевной. Или считаешь, Ацтлан не обойдется без драконов?
— Ты и доброта? Не смеши.
— Почему я не могу быть добрым в отношении своих верных слуг?
— Кто родится от союза полубога с обычным человеком? — пока Кирилл во главе армии следовал через Курганы, было достаточно времени для посторонних разговоров. Виктория охотно отвечала на глупые вопросы.
— Обычный человек с даром к магии либо без него.
— А если два полубога заделают ребенка?
— Получится просто сильный маг. Наследование дара в той же мере, что у родителей, ничем не гарантируется. Тут на все воля судьбы.