Либерастия
Шрифт:
Сегодня носят "фендера",
Чтобы воспеть в тяжелом роке
Интриги скотного двора." (А.Башлачев).[16]
В нашей стране ситуация, чем-то напоминающая французские 60-е, приходится на самый конец 70-х- начало 80-х годов. Закат брежневской геронтократии - и звездный час отечественной, извините за выражение, "контркультуры". В основе ее лежали не "парадигмальные сдвиги" или какие-нибудь еще "тонкие вибрации", а противостояние официальной цензуре. Специфически "молодежного" в нашей культурной оппозиции тоже немного. Репертуар рок- звезд 80-х куда более "почвенный" и традиционный, чем у "хиппи-рока", модного на российских танцплощадках в 70-е годы: Б.Гребенщиков поет русские романсы и песни А. Вертинского, Ю. Шевчук и А. Башлачев не скрывают того, что их учитель - В. Высоцкий;
Панки любят грязь, а хиппи -цветы,
И тех, и других берут менты.
Ты можешь жить любя, ты можешь жить грубя,
Но если ты не мент, возьмут и тебя...
(Б. Гребенщиков. "Немое кино").[17]
Резче у Шевчука в "Тусовщике" или в "Мальчиках-мажорах":
"...Уставясь в плюющее спермой видео, Нежась в миноре итальянских кастратов, Мажоры грустят об испанской корриде. Им хочется, бедным, в Майами или в Париж, А Уфа, Свердловск - разве это престиж?"
Субкультурная "молодежность" время от времени насаждалась как раз сверху. Это звучит странно, и мало соответствует устоявшимся представлениям о советской бюрократии. Но, например, в рок-клубе, организованном в 1981 г. ленинградским обкомом КПСС и УКГБ, жесткая цензура текстов сочеталась с демонстративным либерализмом по отношению к "фенечкам", которыми украшали себя завсегдатаи. В фильме С.Соловьева "Асса" молодежным рок-героем назначается не поэт с гитарой (как в реальной жизни), а тусовщик по кличке "Африка". Главный атрибут его "нонконформизма" - серьга в ухе.
Тем не менее, нашу культурную оппозицию 80-х годов тоже называли "молодежной", и на то имелись основания, потому что ее массовую социальную опору действительно составляло младшее поколение советского "среднего класса" (см.[18]) Понятно, почему. С каждым поколением углублялась трещина между официальной догматикой и сознанием людей, мало-мальски образованных. В 80-е она стала пропастью. А молодые люди охотнее участвовали в небезопасных социальных экспериментах, нежели старшие, обремененные семьей и карьерой.
После свержения Горбачева (в 90-е гг.) мы повторяем западный путь, но в ускоренном темпе и в особо злокачественных формах.
"Субкультурная революция" плохо сочетается с искусством, как и с любым другим настоящим делом. "...То, что сейчас нам навязывают (выделено И.С.) в качестве искусства, таковым не является; все это цинично, противоестественно, и потому опасно" (Донатас Банионис)[19] Творческие личности (рок-музыканты, писатели, режиссеры, сценаристы, художники) постепенно оттесняются на общественную периферию специалистами по разливу суррогатов. Культура и субкультура меняются местами. На Западе. У нас во многих жанрах уже и оттеснять стало некого. "Рок-н-ролл мертв". Искусство русской песни, пережившее сталинские репрессии, за последние 10 лет не дало ни одного нового имени, которое не стыдно было бы упомянуть после Вертинского, Окуджавы, Башлачева. И ведь не то беда, что болванчики обоего (а также неопределенного) пола разевают рот под простейшую фонограмму, набранную двумя пальцами на синтезаторе: "чпок-чпок, блям-блям". Беда - то, что убогая субкультура "от трех вокзалов" заполняет не какие-то специальные резервуары для такого сорта продукции, а общедоступные каналы государственного телевидения: это-де "музыка", "современная русская песня". (Впрочем, и репертуар MTV сегодня отличается от отечественной "попсни" в основном архивной составляющей.) "Молодежность" - на редкость удачное средство для надувания мыльных пузырей. "...Наиболее обсуждаемая и ориентированная на молодежь область литературы - это интеллектуальные книги. Здесь вне всякой конкуренции Пелевин..." ("Московский комсомолец")[20] От повсеместной назойливости подобных заявлений достоинства В.Пелевина становятся самоочевидными как "Волга впадает в Каспийское мое", и чтобы в них усомниться (хотя бы наедине с собой), требуется не только независимость мышления, но и определенное гражданское мужество. Ведь получается, что ты не просто немолодой (старая кошелка, что ли?), но еще и мало-интеллектуальный. То есть глупый. "От кутюр" из сказки Андерсена "Новое платье короля". И никто не воскликнет: "Братцы! Да
Самое глубокое заблуждение - описывать эти прискорбные события как столкновение "стилей" или "поколений".
1 ноября 1999 г. в РГГУ состоялся студенческий митинг - редкое событие на фоне общественной пассивности столичного студенчества. Причина? Участники митинга выступили, например, против сокращения учебных программ.
Интересная картина. Молодые люди - не все, конечно, но и не столь уж малая часть - хотят учиться, приобретать специальность, что-то действительно значить в жизни (а не воображать, что значишь). А пожилые дяди и тети тянут их за рукава, как раньше тянули "по Ленинскому пути": "Если ты молодежь, ты должен интересоваться попсней и наркотиками! Посмотри, каких певцов господин Швыдкой считает полезными для твоего музыкального вкуса. Аллегрову, Агутина, Свиридову и Меладзе.[21] Ты что, сопляк, не веришь доктору искусствоведения, начальнику всего Российского телевидения? .
"Только что в новом кинотеатре "35 мм" на Покровке пошел "Кислотный дом" - последний фильм, показанный на "Ликах любви" и встреченный там овациями. Снятый по новеллам Ирвина Уэлша, писателя, придумавшего (выделено ИС) "поколение экстази", он естественно напоминает о его предыдущей экранизации - Trainspotting... Диковинные сюжеты - здоровенный наркоман перевоплощается в новорожденного младенца, юный раздолбай встречает в баре Господа Бога...
– сняты словно под кайфом. Актеры оттягиваются как хотят, оператор, мусоля косячок, еле поспевает за ними с камерой, и все ломки заканчиваются хэппи-эндом."[22]
"Trainspotting" - тошнотворный образчик героиновой субкультуры - преподносится Викторией Никифоровой в газете "Сегодня" как "масштабный идеологический фильм" и "Манифест подрастающего поколения", после которого, оказывается, "глюки, ширево и наркоманский сленг прочно вошли в имидж тинэйджера"[23]
Понимаете? "Тинейджер" - значит подросток. "Ширево" - то есть внутривенные наркотики - оказывается, "вошло в имидж" не каких-то отдельных представителей, а подростков вообще. Но пишет это не пьяный подросток. Такое представление о "подрастающем поколении" вдалбливается в его головы извне, в данном конкретном случае - ежедневной газетой холдинга "Медиа - мост" (магнат В. Гусинский).
"Когда мне говорят: "Народ этого не поймет" или, как на ТВ-6: "Вы сделайте что-нибудь молодежное", то мне как-то с этими людьми и говорить дальше не о чем. Я все-таки в свое время занимался как психиатр юношеским возрастом и знал про молодежь практически все. Не было более размытого понятия ни по языку, ни по молодежной моде, ни по музыке. Есть группы, которые ни в чем не соприкасаются. Молодежь ведь можно делить и на тех, кто умеет читать, и на тех, кто читать не умеет. Последние - аудитория "молодежных каналов"?" (Андрей Бильжо)[24]
Сегодня словосочетание "молодежная культура" можно смело ставить в ряд с такими терминологическими шедеврами как "арийская физика" или "комсомольская правда".
Под этой вывеской идеологические институты "открытого общества" (ТВ, шоу-бизнес, Голливуд) навязывают молодежи субкультурный суррогат вместо реальных культурных ценностей. Задачи, которые при этом решаются, только отчасти (и может быть, не в первую очередь) связаны с коммерцией. Хотя и коммерческий расчет очевиден: торговля суррогатом при прочих равных условиях всегда выгоднее. Но главное: то, что в результате заранее блокируется любой источник потенциального свободомыслия, вообще самостоятельности в суждениях о мире. Утверждается социальное неравенство, поскольку нормальных (не дебильных) от рождения детей лишают доступа к сокровищам цивилизации и выселяют (якобы "по их же собственной просьбе") в гетто, где с Шекспиром можно знакомиться только после соответствующей редактуры: Меркуцио будет трансвеститом, а Монтекки и Капулетти - двумя бандами наркодилеров (последняя голливудская версия "Ромео и Джульетты").