Лгунья

Уиндзор Валери

– Не понимаю, что Крис в тебе нашла, - сказала я. Грустно было думать, что я в ней так ошибалась. Может, она его боялась? Что ж, немудрено. Надеюсь, где бы она сейчас ни была, она не знает, как мало тебя расстроила её смерть.

Я задела его за живое. Он взорвался.

– Откуда ты знаешь, что меня расстроило, а что нет? Ты вообще ничего не знаешь о нас с Крис.

Я немного испугалась. Мне казалось, что я его приперла к стенке, но не тут-то было. Я заметила, как в уголке глаза у него сверкнула слеза. А может, это был просто отблеск странного

свечения на глазном яблоке.

– Извини, - пробормотала я.

Последовала долгая пауза.

– Слушай, - сказала я наконец, - я ведь говорю тебе чистую правду. У меня и без тебя проблем хватает. Так что я и в самом деле уезжаю. Завтра. Но без всяких денег. Клянусь.

Он обдумал мои слова. Возможно, он решил, что самое время испытать другой подход. Он предложил мне сигарету.

– Нет, спасибо.

– Не возражаешь, я закурю?
– и прикурил, не дожидаясь моего ответа. Так ты, значит, секретарша, верно?

Я кивнула.

– Ну да. Это во всех газетах было. Домохозяйка и секретарша из Сток-он-Трент. Тела так и не нашли. Это ведь ты, правильно?

– Да, - сказала я.

Он выдохнул дым.

– Забавно. Крис тоже была секретаршей.

– Я знаю.

– Ну, разумеется, знаешь. Мы с ней наладили славный бизнес. Поставляли информацию. На информацию всегда огромный спрос.

– Информацию какого рода?

Он пожал плечами.

– Любую. Какую угодно.

– Промышленный шпионаж?

– Иногда. Информации-то море. Мы много сотрудничали с иностранными кампаниями. Ничем не гнушались. Будь то шифр сейфа, или расположение сигнализации. Или какая-нибудь внутренняя информация о рынке. Или кому-то могла понадобиться копия с диска. Это очень распространенная просьба. На диске может храниться уйма данных. Информация - это живые деньги, и мы делали их в больших количествах, когда нам везло. Это было весело. Жаль, что все кончилось.

– И как это вам удавалось?
– спросила я.

– Смотря о чем шла речь. Я находил клиентов, договаривался о денежной стороне дела. Крис выполняла внутреннюю работу. Иногда клиенты платили нам определенную сумму. Но чаще мы делали по-другому: Крис нанималась на работу, потом несколько месяцев изучала дела кампании, а потом я шел и находил клиентов, заинтересованных в том, что она могла продать. А потом ещё через пару месяцев она увольнялась, мол, замуж собралась или беременна, ну и тому подобное. Это зависело от того, под каким именем она работала. Иногда она была Кристин Масбу. Иногда Мэри Хейвард. У неё было четыре или пять имен.

– И ни разу она не попадалась?

– По существу, нет. Пару раз приходилось ложиться на дно. С год назад примерно был огромный бум: украли всю заработную плату там, где она работала. Было очевидно, что вора нужно искать под носом. И какой-то умник при помощи компьютера обнаружил, что имя Мэри Хейвард фигурировало в похожем инциденте в Харроу лет пять назад. Так что на время пришлось уехать из Лондона. Она устроилась на временную работу

в Питерборо. Все по закону, чин чином. Под настоящим именем. И мы устроили пару очень выгодных сделок, пока она там работала.

– Значит, вы продавали информацию преступникам?
– спросила я.

Он улыбнулся.

– Это смотря кого ты называешь преступниками. Вообще-то, преступникам редко. В основном - бизнесменам. Но мы не слишком пристально изучали мотивацию наших клиентов. Продавали всякому, кто предлагал рыночную цену.

В машине витал сильный запах табачного дыма. Я приоткрыла окно, чтобы проветрить, но снаружи пахло ещё сильнее: горький, кислый запах.

– Ты говорил, что вам было весело, - полюбопытствовала я.
– Крис тоже?

– Ну, Крис, очевидно, все меньше радости находила в наших занятиях. Он сморщил нос.
– Странный запах, - он прикурил вторую сигарету.
– Я тебе вот что скажу, - продолжал он.
– Как ты смотришь на то, чтобы занять её место?

– Какое место?
– тупо спросила я.

– Место Крис. Ты секретарша. Ты умна. У тебя есть для этого все данные. Ты лучшая лгунья из всех, кого я встречал.
– Его правая рука поглаживала спинку моего сиденья.
– Ты по-настоящему можешь занять её место в жизни, если захочешь. Я не возражаю.
– Он глядел на меня сквозь облако дыма.
– Ничуть не возражаю.
– Левая рука потянулась к моему колену.
– У тебя отличная задница, - сказал он.
– Красивые ноги. Мы можем стать партнерами, ты и я.

Я столкнула его руку с колена.

– Прекрати, - сказала я.

– Хотя, если честно, у тебя не такой уж большой выбор, верно?
– Я чувствовала его никотиновое дыхание.
– И у тебя настоящий талант к такой работе. Из нас получилась бы славная команда. Подумай.

Небо над деревьями было тяжелым, огненно-рыжим.

– Что там такое?
– тревожно спросила я.
– Не пожар ли?

Он вышел из машины посмотреть.

– Господи Иисусе, - сказал он.
– Подожди-ка.

Он дошел до поворота тропы в сотне ярдах впереди, бегом вернулся, вскочил на место водителя, захлопнул дверь и завел двигатель. Круто развернулся, и машина, взвизгнув тормозами, подскакивая на корнях, помчалась обратно к дороге. Чем дальше, тем хуже. До нас доносился треск горящего леса. Воздух был густым и кроваво-красным. Дым резал глаза, забивал горло, легкие. Я закашлялась.

– Господи, да мы же едем прямо на него, - сказала я.
– Поворачивай.

Из-за поворота выскочила полицейская машина, обогнала нас и, развернувшись, перекрыла дорогу. Мэл резко затормозил. В глазах его стоял страх. По-видимому - в силу привычки - он решил, что полиция гонится за ним.

– Все в порядке, - сказала я.
– Наверное, они просто хотят перекрыть дорогу.

Так и было. Полицейский в форме вышел из машины и направился к нам. Он был один.

– Вам придется развернуться, - сказал он.
– Я вынужден заблокировать дорогу.