Лгунья

Уиндзор Валери

– Какого черта...?
– возмутилась я.

– Да брось, Крис, - сказал Мэл.
– Давай без глупостей. Мы же с тобой столько лет были любовниками, - у меня было такое неописуемое выражение лица, что он расхохотался.
– Я как раз поведал о наших отношениях твоей мерзкой кузине.
– Рука его снова оказалась у меня на ягодице.
– Так пусть это выглядит правдоподобно.

Я попыталась его оттолкнуть, но он был настроен решительно и обнял меня за талию.

– Потанцуем?

– Нет, спасибо.

Он сжал меня крепче.

–

Один танец, - сказал он.
– Давай, не упрямься. Как в старые времена. Или мне придется рассказать кое-какую правду твоему одурманенному козопасу.

Я позволила ему затащить меня на помост.

– Оставь меня в покое, Мэл, - сказала я.
– Нас ничто не связывает.

– Ну, это зависит от того, кто ты такая, правда? Если хочешь быть Крис, ты не можешь просто уйти от меня после восьми лет и ожидать, что я не стану как-то сопротивляться. С другой стороны, если хочешь быть маленькой домохозяйкой где-нибудь на севере, то ради бога. Только в этом случае ты затеяла очень умную игру, и я хочу в ней поучаствовать.

Я спиной чувствовала взгляд дяди Ксавьера.

– Для начала, - говорил Мэл, - можешь сказать, что у вас вчера делали копы.

– Откуда тебе это известно?
– я была поражена.

– Я с тебя глаз не спускаю, Крис. В курсе всего, что касается твоей особы.

– Что ж, в таком случае тебе должно быть известно, зачем они приезжали, правда?
– холодно заметила я. Музыка кончилась. Отличный шанс сбежать отсюда.
– Извини.

Он поймал меня за руку и сжал так, что кость пронзила боль. Меня мгновенно приковало к месту.

– Не играй со мной в игры, - сказал он.

– Ладно, они приезжали, чтобы вернуть паспорт, - сказала я.
– Паспорт Крис. Вот и все. И, между прочим, тобой интересовались.

Он напрягся.

– Что они сказали?

– Спрашивали, знаю ли я тебя. Я сказала - да.

Он что-то буркнул, но группа заиграла громкую, прыгучую песенку в стиле рока, и я его не расслышала. Руку он так и не отпустил.

– Пошли, - крикнул он сквозь грохот.
– Пойдем куда-нибудь, где потише.

Я пыталась вырваться.

– Не хочу я никуда уходить. Мне нечего тебе сказать.

Игнорируя мои возражения, он потащил меня прочь от танцплощадки.

Под деревьями возле фонтана, рядом с группкой шумных подростков, я вдруг мельком заметила человека, высокого человека в очках, чье лицо показалось мне ужасно знакомым, настолько знакомым, что от неожиданности я даже не сразу сообразила, где я его видела. Нет, я ошиблась. Это не он. Это все иллюминация, игра света. Сердце ухнуло вниз. Он смотрел на танцплощадку, этот человек. Он меня не видел.

– Пошли, - сказала я Мэлу.
– Быстро. Где твоя машина?

Мы резко поменялись ролями. Он все ещё сжимал мне руку, но теперь тянула его я.

– Ну куда ты?
– заныл он, проталкиваясь за мной сквозь толпу.

– Где твоя машина?

– Вон там, - он кивнул на гостиницу.

Я

побежала, таща его на буксире. Дядя Ксавьер наверняка все это видел. Селеста точно видела. Мы проскочили мимо нее, и она обиженно поджала губы.

– Давай!
– рявкнула я.
– Живей.

Он отпер машину биппером сигнализации. Я рухнула на переднее сиденье.

– Поезжай, - сказала я.

– Куда?

– Куда угодно.

Народу было море, мы с трудом выехали из города. Я скорчилась на сиденье под приборной доской.

– Это что, новая игра? Какого черта?
– спросил он.

– Там кое-кто, кого я не хочу видеть. Быстрее.

Он рассмеялся.

– Ну ты прямо хлопушка с сюрпризом, - сказал он.
– Кое-кто это кто?

Меня трясло.

– Не твое дело, - сказала я.

Я велела себе успокоиться. Успокойся, сказала я. Напомнила себе, что меня теперь не так-то легко узнать с первого взгляда, тем более в толчее, да при таком освещении, да в тени. Я теперь худая, говорила я, худая, в шрамах и очень загорелая, и волосы у меня длинные, выгоревшие на солнце, и совсем другая прическа, и платье с тугим поясом и разрезами. Если держаться подальше от площади, сказала я себе, пока не придет время ехать домой, то все будет в порядке. Завтра я уеду. С завтрашнего дня проследить за мной будет невозможно.

Я сделала глубокий вдох и выдох. Дрожь почти унялась. Я села нормально. Когда мы отъехали от города, нас накрыла тьма. Бедный старина Тони, подумала я, следит за человеком, которого больше не существует. Я не представляла, как он меня выследил. И ещё более необъяснимо - почему он вообще это сделал. У меня вырвался саркастический смешок. Сеть почти сомкнулась над моей головой. Мэл следит за Крис, Тони - за Маргарет, полиция пока не знает, за кем следит, но чтобы это выяснить, много времени им не потребуется.

– Что смешного?
– спросил Мэл.

Ничего. Ничего смешного. Мэл и высокий человек в тени, немного похожий на Тони, загубили мне последний вечер с дядей Ксавьером.

Минут двадцать мы ехали в молчании, пока не приблизились к Кусу. Мэл свернул в лес. Нас обступили деревья, тонкие и янтарные в свете фар.

– Так, - сказал он, останавливая машину.
– Давай поговорим о полиции. Чего они хотели?

– Я тебе уже рассказала.

– Да, рассказала, как же, только я тебе почему-то не верю. Думаю, дело не только в паспорте.

Я сжала губы и ничего не ответила.

– Так что, если у тебя есть какие-то планы, - сказал он, - например, если ты в ближайшем будущем собираешься снова драпануть, то забудь об этом. Потому что я буду следовать за тобой по пятам, леди. Ты от меня никогда не избавишься.

Он выключил фары. Небо впереди все равно излучало странное янтарное свечение. Я думала, это огни города, но потом поняла, что город-то остался позади. Впрочем, с чего это я взяла. У меня же топографический кретинизм.