Лев
Шрифт:
— До этого вы что-то не особо стеснялись.
— Ну, — он чуть пожимает плечами, — до этого я относился к вам немного иначе.
Снова сложив на груди руки, чуть настороженно интересуюсь:
— А что изменилось?
— Выходные — убил.
— В каком смысле? — не понимаю я.
— В прямом. Отдохнуть не получилось. Помимо дел, все мысли — только о вас. Сам себя не пойму. Характер у вас — прямо скажем, не сахар.
— Ну, знаете, — говорю я, — вы бы на свой сперва посмотрели.
Молчит. Угрюмо смотрит в сторону.
Вздохнув, беру чашки и одно приношу ему и отдаю
— Поужинаете со мной сегодня? — хмуро спрашивает Лев.
Смотрю ему в глаза. Держится вроде холодно, но во взгляде читается надежда.
— Лев, я очень благодарна вам за то, что вы извинились перед Олегом. Правда. И уважать вас стала больше. Это тоже правда. Но вот насчёт поужинать вместе… Скажите мне, зачем это вам?
— Что именно?
— Ну… Вот это всё. Цветы, приглашения поужинать вместе. Все эти ухаживания. Мы же с вами очень разные люди, Лев. Давайте смотреть правде в глаза.
— А должны быть одинаковые, что ли?
— Да нет, — делаю осторожный глоток, — просто я лично не понимаю, как мы можем с вами общаться. Я же вижу, что вам некомфортно общаться не так, как вы привыкли. Да и просто: мне кажется, что у нас очень разные мировоззрения.
— Может и не разные. В любом случае, я считаю, что будет хорошо, если мы с вами поладим.
— А зачем, Лев? Вы со мной дружить хотите?
— Дружить я со своим котом могу, — бурчит он.
Улыбку сдержать не получается.
— А чего тогда?
— Да хер его знает! — восклицает он.
Ставит чашку на стол и встаёт. Отходит ко окну. Сунув руку в карманы джинсов, стоит. Молча развожу руками. Не знаю почему, но сейчас я не испытываю к нему никакой неприязни. Однако, я правда не понимаю, как мы с ним можем вообще общаться. И этот разговор — прямое подтверждение тому, что у нас это не получается.
— Олеся, — поворачивается он ко мне. Смотрит в глаза. — Нравитесь вы мне, понимаете? Не знаю почему, но нравитесь сильно. Может даже характер этот ваш. Темперамент, всё такое. Я действительно не привык общаться с девчонками в таком формате, когда каждое слово фильтруешь, иначе на тебя обидятся.
— Вы напрасно думаете, что я — очень обидчивая, — возражаю я. — Это не так.
— Вы… Очень правильная какая-то. И обычно я таких девчонок стороной обходил. Ну, вот как вы сказали, чувствуется, что не по пути. С другой стороны, если только о сексе речь, то — как бы и пофиг, — потрахались-разбежались.
— Лев…
— Извините, — хмурится он. — Но вы меня всё-таки выслушайте.
— Хорошо, — киваю я, обхватив чашку и грея ладони.
— Признаю, я был не прав, когда угрожал вам. Я был злой на вашего финдиректора, и у меня на то были веские основания. Но это, конечно, не оправдания тому, что я вас напугал.
Даже удивлена. Надо же…
— При этом будет правдой сказать, что вы мне очень понравились. Ну, внешне, как девушка. В моём вкусе, понимаете?
Молчу.
— По-дурацки себя чувствую, потому что я противник беганья за девушками, которые дали от ворот поворот, и прочего такого.
Глава шестнадцатая
Глядя в его умные карие глаза, я понимаю только одно. Даже если бы я хотела сейчас сказать ему, что он мне безразличен, даже если бы я так чувствовала, я бы всё равно так ему не сказала. Нет, не из жалости. Такого мужчину жалеть трудно. Если вообще возможно. Уважать, восхищаться — да. Жалеть? Нет, это нереально.
Но моё смятение вызвано даже не этим. А тем прежде всего, что я не чувсствую, что он безразличен. Как раз наоборот. Все эти выходные я же просто мечтала, чтобы он пришёл снова. Это противоречит многому из того, что о нём думала и я до сих так и не поняла, чем же он меня так притягивает. Но то, что притягивает — это факт. Более того — меня манит к нему. И я не понимаю этого. Ведь то, что я ему сказала — правда. Я так действительно думаю. Мы — слишком разные, чтобы даже просто дружить. Так отчего я так сейчас растерялась? Отчего?!
— Лев, ммм… — взглянув в сторону, а затем снова ему в глаза, тихо произношу я. — Не нужно ставить вопрос так. Вы будто налагаете на меня какую-то ответственность.
— Только за ваше решение для себя самой.
Вздыхаю. Прикусив губу, смотрю в сторону, на тёмное окно.
Он молчит. Ждёт.
Избежать ответа не получится. Это очевидно. Он не уйдёт, пока его не получит.
Снова вздохнув, поворачиваюсь к нему, смотрю ему прямо в глаза.
— Нет, Лев, вы мне не безразличны. Но это не значитесь, что вы мне нравитесь. Я просто не равнодушна. Честно говоря, мне очень трудно объяснить это, потому что я не понимаю, как к вам отношусь. Вы — мужчина притягательный, харизматичный. Можно даже сказать — видный. Но… — куснув губу, снова вздыхаю., снова смотрю в сторону, снова ему в глаза. — Я не понимаю, чего вы от меня хотите. И не понимаю, чего от вас ждать.
— Ровно того, — спокойно произносит он, — что я и сказал. Совместного ужина.
— Зачем он вам?
Теперь смущается он. Это заметно очень слабо, практически незаметно вовсе. Но вот эта секундная пауза, эти чуть больше нахмурившиеся брови, эти пару раз взыгравшие желваки, это напряжение, которое он старается незаметно для меня преодолеть — выдают его с головой. Я уже достаточно хорошо с ним знакома, чтобы это заметить.
— Затем, — говорит он, — что вечер без вас — хуже вечера с вами.
Слабо усмехаюсь.
— С чего вы решили?
— Просто так чувствую. Понимаю, что буду злиться на себя, если вы откажетесь. Буду считать, что сделал что-то неправильно. Не нашёл нужных слов, сдался, ещё что-нибудь такое. В общем, ваш отказ меня огорчит. Переживу, понятное дело, но есть у меня такое чувство, что нам с вами нужно дать нам же с вами — второй шанс, — и добавляет: — Извините за пафос. Так чувствую.
— Будете стараться меня охмурить? — невольно улыбаюсь я.
— Да, — улыбнувшись в ответ, чуть кивает он. — Буду стараться.