Лев Петров
Шрифт:
Два пальца скользят по моей набухшей плоти, а затем он вдавливает их внутрь. После оргазма я настолько влажная, что они легко входят.
— Да, — задыхаюсь я. — Еще, я хочу еще, еще оргазмов, — говорю так, словно большую часть своей жизни голодала не только по еде.
Взгляд Льва полон эйфории. Он трахает меня пальцами, пока не начинаю дрожать от близости к тому, чтобы сломаться в его объятиях, но он отстраняется.
— Закинь свои ноги на мои плечи и обопрись руками о лодыжки, Айви.
Я моргаю от резких слов, тяжелое дыхание
— Прекрасно, — напевает он, и горячее дыхание овевает мою чувствительную кожу. Широкие ладони обхватывают мою задницу, руки тянутся, чтобы раздвинуть меня, и затем он оказывается рядом, язык и зубы, губы и ободряющие слова пожирают меня, как будто он тоже умирает с голоду.
Я быстро кончаю. Плачу, когда он погружает большой палец внутрь и поднимает его вверх, чтобы обвести тугой пучок нервов.
— Я хочу твой член, пожалуйста, — умоляю я.
— Ложись на кровать.
Я отползаю и бросаюсь к кровати, мое тело горит от волнения. Забираюсь на нее, пока он достает упаковку презервативов и бутылочку с чем-то. Он разрывает упаковку и проводит резинкой по всей длине. Расстегивая бюстгалтер, всхлипываю, когда он приближается. Я нервничаю, возбуждена и напугана одновременно. Лев сжимает флакон, покрывая руку прозрачной жидкостью. Проводит ладонью по своему члену, смачивая его, и я понимаю, что это смазка.
Он взбирается на матрас, и я инстинктивно отодвигаюсь назад, давая ему пространство, чтобы вместить его более крупное тело. Стоя на коленях, он наносит смазку на мою киску, и я сцепляю лодыжки за его спиной, пока он располагает свой член у моего входа.
— Сделай глубокий вдох, — он сглатывает, и я чувствую, что он тоже находится на острие ножа.
Член толстый в его собственной хватке, не говоря уже о моей. Широкая головка прижимается к моему отверстию, и я резко вдыхаю. Мой таз отталкивает вторжение, но он медленно надавливает на барьер. Жжет и щиплет, когда проникает внутрь, растягивая меня, и я вскрикиваю.
— Черт возьми, Айви, — рычит он.
— Это больно.
— Еще один вдох, — инструктирует он, и я медленно вдыхаю, пока он вводит дюйм за дюймом. Я заглушаю свои крики, он кряхтит, когда в конце концов входит до конца. — Умоляй меня не делать тебе больно, умоляй меня быть нежным. Я могу сорваться в любую минуту, принцесса.
— Не делай мне больно, — шепчу я.
Его голова опускается, глаза закрываются, и он выходит до самого кончика, тело содрогается. Это больно, слишком сильно, слишком глубоко, слишком широко, но мое тело все равно принимает его. Я хватаюсь за предплечья, крепко держась, когда он толкается обратно и снова вздрагивает надо мной.
— Такой большой, — шепчу я.
— Такая чертовски тугая, — рычит он.
Я встречаюсь с ним взглядом, и он качает головой. Он борется. Я закусываю губу, когда на этот раз он нападает
— Лев, о боже.
Его следующий выпад выбивает из меня дух. Я встречаюсь с ним взглядом, он мрачнее, чем когда-либо.
— Черт, прости меня, — задыхается он, вырывается и жестко входит.
Я кричу в шоке, давление необъяснимо. Жду боли, но ее заглушает такое огромное удовольствие, что не замечаю ее. Следующий толчок отбрасывает меня вверх по кровати.
— Блядь, да, — рычит он. Становясь на колени, он легко обхватывает мою шею и жестко, контролируемыми, мощными толчками начинает трахать меня. Его рука сжимается и разжимается, позволяя воздуху проникать в легкие. Ресницы дрожат, киска пульсирует, и когда он добавляет пальцы, я распадаюсь на части, издавая глубокий стон.
— Разве я разрешал тебе кончать? — его ладонь шлепает по груди.
Жжение длится мгновение, и мои глаза распахиваются.
— Разрешал? — снова спрашивает он.
— Это слишком хорошо, — шепчу я.
— Ты кончишь, когда я тебе скажу, — выплевывает он, вырываясь. — Встань на колени, — он переворачивает меня, и я поднимаюсь на ноги. — Вот так, моя хорошая девочка.
Похвала захлестывает меня, заставляя вздрогнуть. Руки обхватывают мою талию, такие большие, что почти касаются друг друга. Тупой кончик его члена возвращается, стремясь войти, затем он погружается глубоко внутрь.
Я отстраняюсь.
— Слишком большой.
— Впусти меня, принцесса, — шепчет он, мягко отводя мои бедра назад, пока мой рот не приоткрывается, а он не погружается по самую рукоятку. Он двигается в этой позе, пока я не расслабляюсь, а затем, начинает грубо трахать меня. — Не смей кончать. Придержи это, — шипит он, когда я извиваюсь и борюсь с оргазмом.
Его кожа прижимается к моей, яйца ударяются о клитор. Широкий обхват члена массирует каждый миллиметр моего тела, когда он берет меня с тем же уровнем агрессии, что и своих противников в клетке. Мои зубы сжимаются, и тело готовится к удару, только меня бьют не кулаком, а восхитительно большим членом, и это не похоже ни на что, что я когда-либо испытывала за всю свою жизнь.
— Я НЕ МОГУ! — кричу я. — Пожалуйста, пожалуйста!
— Нет, — он шлепает меня по заднице. — Если ты кончишь, я лишу тебя следующего оргазма на неделю.
Неделю?
Мне показалось, он сказал, что я освобожусь от его долга?
— Лев, пожалуйста, о боже, пожалуйста, — пытаюсь отстраниться, но его тяжелые, последовательные толчки врезаются в меня, шлепая и затрагивая каждое нервное окончание.
— Сейчас, детка. Черт возьми, кончай на меня прямо сейчас!
Я разрываюсь на части по команде, мое тело глубоко засасывает его, и он выкрикивает мое имя. Член дергается, он кончает вместе со мной. Мы наклоняемся вперед, его вес прижимает меня. Он стонет и толкается в последний раз, содрогаясь.